Она потащила меня вглубь раздевалки. Там в неприметном углу было открытое окно, через которое я еще с улицы услышала вопли подвыпивших качков.

Пенниуэлл мгновенно сообразил, что жертва ускользает. Он сделал шаг в сторону и стремительный выпад, но Майкл развернулся и перехватил его не просто в движении, а в воздухе! Они вцепились друг в друга, дважды перевернулись, упали на пол и покатились живым клубком. Я обернулась, затаив дыхание от страха за Майкла. Он молод и неопытен, а Пенниуэлл всегда играет наверняка.

У самого окна Миранда что-то подняла с полу. Мой сотовый! Я выхватила его, раскрыла и быстро набрала номер Шейна.

– Да! – ответил он. В трубке слышался стук – это качки, ни о чем не подозревающая часть команды, барабанили в окна моего седана. – Надеюсь, у тебя все тип-топ.

– Пора начинать операцию спасения! – объявила я и распахнула окно настежь.

– Я могу вежливо попросить футболистов передвинуть машины либо самостоятельно перепрыгнуть через бордюр. Что предпочитаешь?

– Хорош придуриваться! Мне осталось жить секунд десять, не дольше.

Шутки сразу кончились.

– Где ты?

– С южной стороны манежа. Нас трое. Шейн…

– Сейчас буду! – Шейн отсоединился.

Со стоянки донесся рев мотора и вопли качков, падающих с капота.

Я полезла в окно, но мою левую ногу будто сжали тисками, пригвоздив к месту. Обернувшись, я перехватила взгляд мистера Рэнсома. В его глазах полыхал серебряный огонь.

– Я же помощь привел! Опять что-то не так?

– Послушайте, сейчас не лучшее время… – начала я, но мистер Рэнсом намек не понял. Неудивительно! Рев мотора приближался с каждой секундой. Шейн ехал прямо по траве, безбожно терзая ее шинами. На стоянке заурчали моторы других автомобилей – это уезжали качки. Знали ли они, что половина их команды в этот самый момент состязается в скорости с вампиром? Хотелось верить, что у них в резерве есть хорошие игроки. Мистер Рэнсом ждал ответ. Я сделала глубокий вдох и приказала себе успокоиться. – Вызвать Пенниуэлла – не самая удачная мысль. Но главное не это, а то, что вы обо мне побеспокоились. Спасибо! Мне пора, не хочется становиться блюдом дня!

– Если бы приняла мою защиту, не пришлось бы ни о чем беспокоиться, – заявил Рэнсом и повернулся к Миранде.

Прежде чем он озвучил коммерческое предложение, которое бедная дурочка, вероятно, приняла бы, я отодвинулась чуть в сторону, окликнула Миранду и помогла ей вылезти во двор. Секундой позже в трех футах от окна остановился мой черный седан. Распахнулась задняя дверца, и Клэр затащила Миранду в салон. Со стороны все напоминало военную операцию, только роль камуфляжа сыграли махровый халат и розовые крылья.

Мистера Рэнсома явно обидело мое желание улизнуть, но он пожал плечами и отпустил.

– Майкл! – позвала я.

Он лежал на полу с окровавленным лицом. Пенниуэлл его одолел и, стоило мистеру Рэнсому отвернуться, бросился ко мне. Не тут-то было! Майкл бульдожьей хваткой вцепился старику в колени.

– Оружие! – крикнула я Шейну, который тотчас опустил окно и бросил мне металлический костыль.

Костыль был, разумеется, не простой, а железнодорожный, рельсовый. Шейн посеребрил его самостоятельно при помощи аквариума, аккумулятора и каких-то химикатов. Получилось очень надежное, практичное и многофункциональное антивампирское оружие. Мистер Пенниуэлл сбросил бульдога Майкла, повернулся ко мне и… получил по виску тупым концом серебряного костыля.

Серебро жжет вампиров, как каленое железо. Пенниуэлл взвыл, сжался в комок и пополз прочь, увидев, что я повернула костыль острым концом. Хлыст у меня складной – я нащупала кнопку левой рукой и расправила его, не забыв щелкнуть для острастки.

– Добавки хочешь? – поинтересовалась я, одарив Пенниуэлла ослепительной улыбкой. – Никому не позволено трогать моего бойфренда и лезть ко мне! Понял, урод кретинский?

Пенниуэлл разинул пасть и зарычал. Не старик, а сплошные глаза и зубы! Ага, плавали, знаем – типично вампирская острастка! Я смело встретила ледяной взгляд, а потом позвала:

– Майкл, ты цел?

Майкл поднялся и вытер рукавом окровавленный лоб. Как и я, он не сводил взгляда с Пенниуэлла.

– Угу, – кивнул он и мельком взглянул на меня. – Черт, Ева, очень круто!

– Что именно, хлыст?

– Нет, ты!

Я чуть не лопнула от гордости.

– Лезь в окно, льстец несчастный! – велела я Майклу. – Шейн бензин переводит!

Я не преувеличивала: мотор седана работал на полную мощность – так Шейн создавал звуковое сопровождение и добавлял происходящему огонька. «Только после вас» Майкл не вспомнил, наверное, потому, что я держала большой посеребренный костыль и не боялась им пользоваться. Он скользнул к окну, как бы невзначай задев меня рукой, и секунды через две спрыгнул на траву.

Я осталась наедине с Пенниуэллом – костыль уже не казался таким надежным, практичным и многофункциональным.

Мистер Рэнсом встал между нами с таким видом, словно только что вспомнил о нашем существовании.

– Уезжай! – велел он. – Скорее!

Я швырнула хлыст в окно, свободной рукой схватилась за раму и нырнула в ночную прохладу. Майкл поймал меня на лету, как перышко, и поставил на землю. До чего же было хорошо в его объятиях! Я взвизгнула, боясь, что задену его костылем. Посеребренный металл обжег Пенниуэлла, а Майклу будет еще больнее.

– Давай сюда! – Шейн засунул костыль под водительское сиденье. – Ну, что дальше? Свиданку устроите?

Как ни велик был соблазн, Майкл усадил меня в машину, захлопнул дверцу, и Шейн дал газу. Пару секунд седан буксовал, но потом сцепление восстановилось, и он по длинной дуге понесся мимо манежа к стоянке. Мы чуть не посбивали спешащих на тренировку футболистов!

Секунд через пять в свете фар возник Пенниуэлл. Неужели не уйдет с дороги?

– Не останавливайся! – крикнул Майкл, и Шейн раздраженно посмотрел на него в зеркало заднего вида:

– Вообще-то, я не первый день в Морганвилле. Честное слово!

Шейн нажал на газ. Лишь в самый последний момент Пенниуэлл отскочил в сторону, как матадор перед быком. Когда я оглянулась, он стоял и смотрел нам вслед. Я не отводила глаз, пока он не умчался в противоположном направлении за другой жертвой. Наблюдать дальше не хотелось.

– Останови! – срывающимся голосом попросил Майкл на полпути к дому.

– Нет! – отрезал Шейн.

Мы ехали по неблагополучному району, весьма почитаемому сомнительными личностями, в том числе вампирами.

Майкл распахнул дверцу, давая понять, что готов выпрыгнуть. Шейн тотчас наддал по тормозам, и седан замер под уличным фонарем. Майкл не дошел, а доковылял до заколоченного дома, уперся ладонями в кирпичную стену, и я увидела, что он дрожит.

– Майкл, вернись в машину! – закричала я. – Уже недалеко, дотерпишь!

– Нет, не дотерплю. – Майкл отошел от стены, и я разглядела, что глаза у него почти такие же алые и жуткие, как у Пенниуэлла. – Слишком проголодался. У меня времени в обрез.

«У нас тоже, – подумала я. – Если Пенниуэлл узнает, что мы остановились, в два счета догонит!»

– Майкл, только не сейчас! – вмешался Шейн. – Садись в машину, до больницы подброшу!

– Лучше пешком дойду, – покачал головой Майкл.

Нет, только не в таком состоянии!

Я выбралась из салона и подошла к нему.

– Остановиться сможешь? – решительно спросила я. Майкл растерянно заморгал. – Если скажу «стоп», ты остановишься?

– Ева…

– Только пугать не надо! – перебила я. – У меня есть то, что очень нужно тебе, просто хочу быть уверена, что ты сможешь остановиться.

Увидев страшные змеиные клыки, я подумала, что сморозила смертельно опасную глупость.

– Да, смогу, – заверил Майкл.

– Очень надеюсь.

– Знаешь… – Майкл явно не мог подобрать слов, а я боялась, что услышу что-нибудь очень-очень хорошее и в самый последний момент передумаю.

– Давай, пока я не передумала! – шепнула я.

Шейн что-то говорил. Похоже, мое решение ему не нравилось и времени действительно было в обрез, но ничего изменить я уже не могла. Майкл легонько сжал мое запястье и вонзил клыки в вену. Боль я не почувствовала, по крайней мере сильную, только сначала все казалось очень странным. Едва он приник губами к моей коже, я вся затрепетала. Ни головокружение, ни шум в ушах уже не казались странными.