- Что за дело? - спросила она и подняла голову, чтобы посмотреть в его голубые глаза. У него очень красивые голубые глаза, большие и невинные. Должно быть, он привел много жертв к их смерти этим дружелюбным взглядом, и она давно перестала воспринимать вампиров по внешности. Она знала, что Фред не переступал черту вампирского хорошего поведения, но всегда была начеку.

- Одна из моих людей попросила прийти на крещение ее дочери, - сказал он. - Ничего страшного? Прямо сейчас ничто не прожигает мой стол.

У вампиров, как хорошо знала Ханна, была религия - часто та же, в которой они родились. Были католические вампиры, и еврейские вампиры, и мусульманские вампиры. Несколько религиозных учреждений в городе обслуживали вампиров, как людей с ночными услугами. Тем не менее, было необычно видеть вампира, присутствующего на дневной человеческой религиозной церемонии, за исключением похорон.

- Конечно, - сказала она. - Повеселись.

Он улыбнулся ей, показывая белые зубы - пряча клыки - и встал с легкой грацией.

- Удачи с этим делом, - сказал он. - Кажется, это нападение человека на человека.

- Возможно, - ответила она. Ее взгляд проследил, как он вышел за дверь. - Может быть и так.

***

Ханна опросила бойфренда Линдси, Трипа; он был готов помочь, явно не в себе от случившегося, но ему нечего было предложить. У нее было довольно четкое ощущение того, что он был таким, каким казался; хороший парень без реальной драмы. У Линдси хороший вкус на стойких парней. Но это ей не особо помогло.

На полпути обратно в участок зазвонил ее сотовый. Она посмотрела вниз и увидела, что это номер Оливера. Когда она ответила, у нее даже не было времени стандартно представиться, прежде чем его голос зарычал на нее.

- Давайте проясним, шеф Мосес, - отрезал Оливер. - Вы не вызываете меня на допрос. Я вызываю вас. Это естественный порядок вещей.

Она досчитала до трех, просто чтобы убедиться, что ее голос не будет раздраженным.

- Мне нужно понять, почему вампиры избегают этого преступления. Вы тот, кто может сказать мне.

- Могу? - Она ждала, когда он ответит. Это было долгое ожидание, которое играет на нервах, но она наконец была вознаграждена с раздраженным вздохом. - Отлично. У ее крови необычный запах. Отталкивающий.

- Она совершала регулярные пожертвования в банк крови?

Потому что жители Морганвилля должны были, и как ее Покровитель, Оливер первый избранник этих пожертвований.

- Она отставала от графика, - сказал он. - На два месяца; она только что добавилась в список для посещения передвижной установки. До этого в ее крови не было ничего необычного.

- Что может быть причиной такого изменения?

- Болезнь. Некоторые виды наркотиков, возможно. - Он остановился на секунду. - Я думаю, что она не единственная с просрочиванием в последние несколько месяцев... их больше нормы. Теперь, я надеюсь, у вас достаточно информации, чтобы продолжить ваше расследование. Позвоните мне снова, и я не буду таким вежливым.

На этом он завершил звонок. Ей было все равно, потому что ее ум был занят работой. В Морганвилле всегда был некоторый процент людей, которые опаздывали со сдачей крови в банке крови; как правило, коллекторы спускают им это с рук, по крайней мере на три месяца до начала их активного преследования, что включало прибытие передвижной установки к двери неплательщика. Она не обращала особого внимания на это; люди знали, как эта система работала, и все проходило без особого вмешательства полиции.

Но, возможно, стоит съездить в банк крови, чтобы посмотреть, что происходит.

***

Дежурной в банке крови была Леанна Брэдбери; Брэдбери были коренными жителями города, хотя семья редела на протяжении многих лет, и Леанна была последней из них. Учитывая ее обаятельную личность, маловероятно, что после нее будет кто-то еще.

Ханна протиснулась через парадную дверь, зазвонил электронный колокольчик, и Леанна подняла голову. Она не стала откладывать свой любовный роман, и судя по выражению ее лица, ей не очень был приятен визит из полиции.

- Вам помочь? - спросила она, а затем тенью вежливости добавила: - Шеф?

- Я ищу записи о донорстве Линдси Рамсон, - сказала Ханна.

- Правда? - выщипанные брови Леанны медленно поднялись. - Ну, я не знаю. Думаю, я должна получить разрешение директора Роса, прежде чем смогу позволить вам увидеть фактические записи. Есть федеральные законы о...

- Леанна, это Морганвилль, не Даллас, и ты никогда в глаза не видела федеральный закон, и никогда не посмотришь. Не вешай мне лапшу на уши.

- Я должна позвонить... - Ханна непреклонно посмотрела на нее, и слова затихли в мятежной тишине. Широкая челюсть Леанны сжалась. - Хорошо, - сказала она наконец. - Иди со мной.

Она оттолкнулась от стола. В обшарпанном зале ожидания никого не было; старые журналы развевались на холодном, сухом ветру кондиционера, но это было единственное движение в комнате, кроме широкой юбки Леанны, когда та вела Ханну по коридору мимо слегка мутного бака с лениво плавающей рыбой. Место всегда резко пахло антисептиком, и что-то было под этим запахом - что-то, что Ханна никогда не могла точно определить, и была этому немного рада. Она сдавала здесь пожертвование, но никогда не задерживалась. Никто не задерживался. Были процедурные кабинеты по обе стороны коридора, каждый из которых с пустыми донорскими местами. Словно тревожная съемочная площадка, ожидающая актеров.

В конце коридора была закрытая дверь с надписью ВХОД ВОСПРЕЩЕН. Прежде чем они достигли ее, Леанна свернула влево, к другой двери. ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА. Внутри рабочее место с достаточно новым компьютером и принтером, копировальным аппаратом и рядами шкафов. Леанна направилась прямо к компьютеру, вошла в систему, нажала клавиши и начала печатать страницы.

Ханна смотрела на наклейки на шкафах. На одной стороне комнаты синие шкафы были отмечены ДОНОРЫ. С другой, красной, стороны одна картотека, отмеченная ПОТРЕБИТЕЛИ.

Никакой тайны. Только странно, что вампиры разрешили хранить эти файлы. Они обычно не позволяют такого рода вещи человеческой популяции; слишком много информации на отдельных кровососов заставляло их чувствовать себя уязвимыми. Не то чтобы их особые предпочтения в питьевой плазме будут иметь большое значение.

- Вот, - сказала Леанна с ложной радостью и собрала листы, когда последний выскочил из принтера. Она поправила их со скрупулезной навязчивой концентрацией, а потом скрепила степлером резким ударом руки. Она протянула их, и Ханна взяла их. - Она не единственная в этой семье, кто не поспевает с пожертвованиями. Ее брат... ой, подожди. У него медицинский отказ. Своего рода заболевание крови.

- А у нее было такое?

- Этого нет в файле. Ее результаты выглядели, словно она в порядке, вплоть до последнего раза. Потом она стала опаздывать со сдачей.

- Спасибо.

Ханна сложила страницы и положила их в карман.

- Это конфиденциально, ты же знаешь.

- Как и мое расследование, - ответила Ханна.

- Расследование? - по-видимому, Леанна правда не вытаскивала нос из своей книги.

- Линдси Рамсон, - сказала Ханна. - Она в больнице.

- Ох... На этой неделе к ней должна была приехать передвижная установка. Должна ли я перенести или...

- Она в коме, - отрезала Ханна. - Так что я не думаю, что перенос сроков будет хорошей идеей. Я дам ее семье знать, что ты интересовалась.

Леанна выглядела пораженной, потом горько обиженной.

- Я понятия не имела, что она сильно ранена - не говори подобного! Они подумают, что я какой-то монстр.

- Да, Леанна, ты такая и есть, - ответила Ханна. - Спасибо.

- Я расскажу директору Росу об этом! - крикнула ей вслед Леанна, когда она ушла.

Не в первый раз Ханна думала, что было чертовски обидно, что как полицейский, она больше не могла послать людей.