— Прости, я писала текстовое сообщение, — я сразу даю ему понять, почему не ответила на его звонок.

— Ты избегаешь меня, юная леди! Что с тобой происходит? Я пытался получить новости за последние двадцать четыре часа, — давит он.

— Серьезно Харрис? Виктор умер, и его похороны состоятся через пару часов. Мы можем обсудить это в понедельник?

Я слышу, как зашевелилась Лив, и поэтому направляюсь в другую комнату.

— Трей не делал ничего подозрительного, пока я была здесь.

— Жернова правосудия никогда не знают покоя. Если ты планируешь работать в этом офисе, то должна находиться на борту. Ты не видела или не слышала ничего необычного во время поездки в Женеву? — спрашивает он, кажется, совершенно пораженный.

— Нет. Мне удалось поговорить с ним о делах пару раз, и кажется, что он работает абсолютно законно, его сделка чиста, — докладываю я.

— Это бред! Эддисон не ведет бизнес таким образом. Он всегда, по непонятной причине, имеет преимущество. Не могу поверить, что ты ничего не выяснила.

Кажется, он очень зол.

— Я говорю тебе, все выглядит совершенно чистым. Почему ты такой злой? Что, на самом деле, случилось? — спрашиваю я, немного растерявшись от его вспышки.

— Не знаю, — вздыхает он. — Я знал Виктора со времени первого курса в колледже. Мы дрались в классе, спорили, соревновались за пост президента студенческого совета, и он всегда, казалось, находил способ быть лучше меня. Он был топливом для большинства моих достижений в жизни и в мгновение ока... он ушел.

Он замолкает, и я с уверенность могу сказать, что, на самом деле, он с трудом говорит от волнения.

— Итак, теперь ты хочешь атаковать его сына еще более жестко? Какой в этом смысл?

Он молчит на другом конце провода, но я слышу, что он все еще там.

— Честно говоря, не думаю, что есть что-либо серьезное, что можно использовать против Трея, — говорю я, надеясь, что он бросит эту затею.

— Ладно, — вздыхает он, делая глубокий вдох и прочищая горло. — Я прошу прощения за то, что беспокою тебя в субботу утром. Я мало спал последние пару ночей.

— Эй, все в порядке. Просто пойди и возьми Ангела на прогулку, подыши свежим воздухом.

Ангел — это его карликовый пудель и постоянная спутница. Она является не только его семьей, но и лучшим другом. В течение многих лет он был настолько поглощен своей работой и погоней за Виктором, что фактически пожертвовал всеми другими аспектами своей жизни. Я думаю, он вдруг понял, что, в конце концов, ничего из этого не важно. Ему, очевидно, следовало научиться сдерживать свой гнев вместо того, чтобы тратить всю свою жизнь на погоню за Виктором.

Я вспоминаю, что впервые начала следить за деятельностью Харриса, как только стала достаточно взрослой, чтобы читать «Wall Street Journal». Он постоянно пытался мутить воду с Виктором, так что мой отец был его самым большим поклонником. Харрис всегда был убежден, что Виктор — обманщик, так как никто не может быть настолько успешным, и делать все честно. Когда я впервые начала работать на него, у меня тоже были такие подозрения, дополнительно основанные на том, как он поступил с моей семьей. Увидев, как Трей ведет свой бизнес, я теперь точно знаю, что богатые используют свои связи на высоком уровне в полной мере. Вот почему они говорят; что дело не в том, что ты знаешь, а кого ты знаешь.

Ух ты, теперь, собственно говоря, дело за Лив.

— Доброе утро, Лив. Как ты себя чувствуешь с утра.

— Просто офигенно, — она ворчит по пути в ванную. — Как ты?

— Я в порядке, спасибо.

Боже, я ее обожаю.

Трей

Слыша стук в дверь задолго до полудня, я, естественно, предполагаю, что это Тони, и приятно удивлен, обнаруживая там Мэнди и Лив. Они обе выглядят прекрасно, одетые в черные платья и в соответствующие туфли на высоких каблуках. Я хватаю пиджак, и мы направляемся вниз к нашему лимузину, ожидающему нас за пределами отеля.

— Так чем же вы, ребята, занимались прошлым вечером? — спрашивает Лив после того, как мы сели в машину.

— Спал, — бормочу я. — Я оказался более вымотан, чем предполагал, и пропустил семейный бранч сегодня утром.

— Это похоже на тебя, — поддразнивает Лив, выглядя вполне нормальной, учитывая, сколько шампанского она употребила накануне вечером.

По прибытии в церковь, нашу троицу немедленно проводят в комнату, расположенную дальше по коридору, где уже собралась вся моя семья в расширенном составе. Мама была занята представлением невесты отца всем своим родственникам.

— Она теперь чертова мученица, — тетя Маргарет шепчет мне на ухо в тот же момент, как только я вхожу в комнату. — Неужели есть необходимость представлять ее всем?

— Похоже, она наслаждается этим процессом, — шепчу ей в ответ.

Глаза мамы блестят, и я уверен, что она хочет, чтобы все знали шлюху, укравшую ее мужа спустя двадцать три года.

— Честно говоря, она должна отпустить это, — фыркает мне тетя Маргарет.

— Мама! — кричу я, пытаясь отвлечь ее от постыдных упражнений.

— Ой... здравствуйте, девочки!

Она широко улыбается и немедленно бросается к нам.

— Вы двое выглядите просто очаровательно. Ты тоже прекрасно выглядишь, Трей.

— Мама, это Мэнди и Лив.

— Лив, приятно познакомиться. Девочка, ты напоминаешь мне кого-то, — говорит она и бросает на меня взгляд. — Аманда Грейсон…, — она замолкает и протягивает руку Мэнди. — Честно говоря, не знаю, что и думать о тебе.

— Здравствуйте, миссис Эддисон, — отвечает Мэнди с натянутой улыбкой.

— О, детка, … зови меня Сильвией! Поскольку мистера Эддисона больше нет, я, конечно, не должна называться теперь миссис.

— Мне очень жаль, ... Сильвия, — исправляется Мэнди, очевидно, чувствуя себя неловко.

— Не нужно извиняться, тем не менее, ты должна присоединиться ко мне на неофициальной встрече после службы. Мне хотелось бы услышать про тебя и твою семью, — говорит она, толком не оставляя ей выбора.

— Конечно, — отвечает Мэнди, взглянув на меня, вероятно, задаваясь вопросом, что мама уготовила ей.

Чувствуя нарастающее напряжение, я тяну девочек подальше и начинаю представлять их всем своим родственникам. Я знакомлю их с ними, стараясь не представлять ни одну из них как свою подругу. Я могу сказать, что Лив это немного раздражает, но мне нравится оставлять родственников в недоумении и полными предположений.

— Все, внимание! — кричит человек, похожий на священника, перекрикивая шум толпы. — Пришло время строиться. Начнем с Сильвии и бабушки.

Невеста отца встает в переднюю линию, но священник даже не признает ее.

— Привет, я — Трей, — представляюсь я девушке, и встаю в линию.

— Привет, Трей. Я — Карли, — говорит она, подарив мне слабую улыбку и протягивая руку. — Я много слышала о тебе.

— Уверен, что так оно и есть. Ты, наверное, думаешь, что я полный придурок.

Я чувствую внутри себя поднимающееся смущение, думая о том, какое описание мне мог дать отец.

— Не совсем, — шепчет она. — Твой отец сильно уважал тебя. Ты не представляешь, как он был впечатлен тем, что ты добровольно ушел от всего и попытался построить свой собственный бизнес.

— Спасибо, что рассказала.

Я с трудом сглотнул, сдерживая слезы, которые уже начали собираться в уголках глаз.

— Не бери в голову, — ворчит Тайлер. — Он был более чем счастлив отрезать тебя от всего.

— Знаю, — я прочищаю горло и беру себя в руки. — Где же Ванесса?

— Она почувствовала себя нехорошо этим утром, поэтому немного задерживается. Она планирует встретиться с нами в церкви. Я не знаю, что происходит с ней в последнее время, — добавляет он, проверяя свой телефон на наличие новых сообщений.

— Спасибо, что пошли со мной, — говорю я Лив и Мэнди, беря каждую за руку. — Я действительно ценю это.

— Конечно, — отвечает Мэнди, сжимая мою руку и тепло мне улыбаясь.

— Какой же подругой я была, если бы не поддержала тебя? — спрашивает Лив достаточно громко, чтобы было слышно всем окружающим. Затем она оглядывает комнату, сияя от гордости. Она, должно быть, ждала подходящего момента, чтобы сделать это объявление. Бедная девочка.