— Может, я сама приду получу?

— Сдурела, детка? А если он тебя засечет где-то? На хрена ж мы тогда такой спектакль сварганили? Короче, сиди, не рыпайся, я вечерком подвалю, часиков в десять-одиннадцать, прибалдеем по случаю твоего классного выступления.

— Хорошо, — смирилась Анжела. — Но мне страшно. Если Агеева разозлится, она все сметет на пути и нас — тоже. Представляю, что могут сделать ее «мушкетеры»!

Лебеда злобно хмыкнул, сжал кулаки. Вспомнил Бугаева.

— Не разозлится. Будет сидеть, сопеть в две дырочки и оплакивать судьбу. Этот козел Боря сам ее пришибет.

— Ты обещал мне, что никто не пострадает, — капризно взбрыкнула было Анжела. — Никакой настоящей крови, никаких убийств или увечий, это просто игра. Обещал?

— Так и будет. Он же не по-настоящему ее пришибет, а морально, соображаешь, детка?

— И привези вторую тысячу.

— Да ты достала меня уже! Только что сказал, попозже. Может быть, в Москве. Сейчас до хрена проблем надо решать, врубилась?

— Ты говорил, что сразу после спектакля заплатишь все. Вот и давай, выполняй свое обещание. Мне деньги нужны.

— Зачем тебе столько баксов?

— Кровать новую куплю. И вообще, это мое дело!

Анжела решила попробовать надавить на Лебеду.

Так уж получилось; теперь она много чего знает, и пусть он не думает, что можно командовать ею, как прежде! То, что она сделала сегодня, может, и не две, а пять тысяч стоит!

— Кровать и эта еще сгодится, только ты вымой ее.

— Да?! А если я кому-нибудь расскажу, какой спектакль был здесь устроен? — вконец осмелела Анжела. — Какие муки мне пришлось вытерпеть из-за тебя?

Лебеда опять снял очки. Взгляд его был холодным и безжалостным.

— Он же в тебя семь пуль выпустил, детка. Семь пуль. И это сделал он, бесполезно отпираться. Ты поняла, о чем я?

— Поняла, — испуганно пробормотала Анжела.

Подполковник Чупров устало прикрыл глаза — хорошо-то как… Потом нехотя посмотрел на сидевшего перед ним крепкого парня в адидасовском спортивном костюме и кожаной куртке.

— Значит, по отношению к тебе были произведены противоправные действия, Жора? — вкрадчиво спросил Чупров.

— Именно так, Дмитрий Семенович, — уверенно кивнул парень. — Без предъявления обвинения, без санкции на обыск врываются в казино автоматчики: руки за голову, лечь на пол! А когда я попытался выяснить, в чем, собственно, дело, свалили, скрутили, пару раз ботинком по ребрам врезали — и в машину. Задержан за оказание сопротивления представителям правоохранительных органов. Я не понимаю, каким образом действия Бугаева можно отнести к охране права?

Чупров задумался. Вот времена настали, даже бандиты пошли образованные. Еще не так давно он бы услышал от задержанного охранника казино другое: «Начальник, сукой буду, они туфту гонят! Клянусь мамой, я…» Чупров мысленно усмехнулся. А теперь вон как разговаривает Жора! И ведь прав он, совершенно прав, если судить по официальным законам.

А почему этих людей нужно судить по официальным законам? Есть же еще и другие законы, по которым они живут, и неплохо живут, много лучше, чем даже он, начальник милиции города. Почему их вину необходимо доказывать, предоставлять адвоката в суде, вникать в психологию преступника, когда невооруженным глазом ясно: виновен. Разве они предоставляют адвоката тем, кого считают виновными?

Черта с два!

— Значит, ты сторонник права, Жора? — Чупров нежно глядел в глаза парню. — А как насчет права других людей? Когда такие, как ты, собирают дань с торговцев? Вы что, говорите беззащитной женщине: если не хочешь нам платить, можешь подать в суд, — как он решит, так и будет? Или, приговаривая должника, вникаете в его семейные трудности? Или прибыль казино, где ты имеешь честь служить охранником, приносит лишь легальная деятельность, а не торговля наркотой и девочками?

— Насколько я понимаю, Дмитрий Семенович, прибыль казино вполне легальна, налоги в казну государства и в бюджет города отчисляются регулярно. Более того, казино всегда участвует в городских благотворительных программах. А насчет рэкетиров и всяких там разборок — это вы зря. Слава Богу, у нас, в Прикубанске, с этим порядок.

— Грамотей! — покачал головой Чупров. — Ты что кончал, напомни.

— Новочеркасский политехнический.

— Ну вот что, Жора. Ты мне лапшу на уши не вешай, я знаю больше тебя. А разбить все твои доводы могу одним примером: ты ездишь на «вольво», так? Если перевести цену машины в рубли, это сколько ж минимальных зарплат получится? И какой налог ты должен был заплатить с этой суммы? Заплатил?

— Это незаконно, Дмитрий Семенович. При покупке машины я не обязан заполнять декларацию о доходах. В конце концов, мне ее могли подарить.

— Но не подарили. Ты купил машину за деньги, заработанные незаконно — вот это незаконно! — и утаенные от налогообложения. За такие дела в Америке или Германии и национальные герои в тюрьму попадают. Хочешь, мы займемся проверкой твоей собственности, выясним, соответствует ли ее стоимость налогам, которые ты платишь?

— Я здесь, если вы помните, по другому вопросу. Действия Бугаева и его команды могут быть соотнесены с действиями гестаповцев, а вы мне — про доходы.

— Язычок-то придержи за зубами, — поморщился Чупров. — Может быть, Бутаев действовал не совсем корректно. Однако, согласно рапорту, у него были на то причины. Были, Жора, были. Оперативная обстановка требовала решительных действий. И Бугаев пошел на них. Как ты думаешь, кто-то из посетителей казино выступит на суде с показаниями, что ты не оказывал сопротивления?

Теперь Жора задумался.

— Посетители? Не думаю. Но законы в этой стране существуют или нет? Их обязаны соблюдать те, кому за это деньги платят.

Чупров прикрыл глаза и снова увидел благосклонно покачивающийся перед ним белый зад Кати Вашуриной. Хорошо!.. Могла бы и позвонить, выбрать минутку; знает же прямой номер его служебного телефона. Или Вашурин ревновать вздумал? На себя посмотрел бы! Ну, вчера это была, так сказать, разминка. Пора бы что-то более серьезное придумать. Не звонит… Самому что ли, попробовать? Нет, надо подождать.

— Ну и когда же закон не соблюдается, Жора? Когда человек утаивает от государства нечестно заработанные деньги или когда ему за это, учти, именно за это, бьют морду, а? Молчишь? То-то и оно. Иди, я сегодня добрый, отпускаю. И подумай хорошенько, то нужно сделать, чтобы законы в этой, как ты выразился, стране не нарушались.

Покидая кабинет начальника, Жора с сожалением качал головой. Он-то надеялся, что Бугая накажут, хоть немного прикроют кислород. Все же видели, что вытворял это сучий «мушкетер», свидетели есть, синяки на ребрах — пожалуйста! А пришлось оправдываться, на какие средства купил тачку, да заплатил ли налог с этой суммы. Конечно, нет! Хрен вам, а не налог за такую работу! С ментами по-хорошему говорить — пустое дело.

Чупров поднялся из-за стола, постоял у окна — отвратительная погода. Сейчас бы лежать дома на диване да на часы поглядывать, ожидая, когда придет Катя… Вчера-то все по-скорому случилось, в таких ситуациях не до мелочей. Согласилась — ну и надо поскорей кончать… с этим делом. А как хорошо было бы растянуть удовольствие! Вместо того чтобы разговаривать с дипломированным умником.

Он мог бы и не допрашивать охранника из казино; для этого было достаточно других людей в его подчинении, но деятельность Гены Бугаева давно уже настораживала начальника милиции. Не копает ли Гена под его кресло? Уж больно уверенно чувствует себя. Поэтому и решил сам допросить задержанного. Прояснить не столько вчерашние события, о них он уже знал, сколько мотивы действий Бугаева. Не Агеева ли стояла за всем этим? Похоже, в последнее время она все больше доверяет Гене. Зазвонил телефон прямой городской связи. Чупров почти не сомневался, что это Катя. Блаженно прижмурившись, он взял трубку и пророкотал самым бархатным баритоном, на какой был способен: