Я не знала, что мной двигало, но я убрала одну руку с шеи Кобаля и схватила его за предплечье. Огонь вырвался из моей ладони, сильнее раздувая пламя Кобаля, из-за чего тот так осветил поляну вокруг нас, будто наступило четвертое июля.

В нем было столько силы. Огонь ласкал мою кожу, согревая тело и заставляя меня дрожать. Кобаль крепче обнял меня за талию второй рукой, прижимая к себе, пока пламя продолжало освещать поляну.

Связь избранных делало демона сильнее. Кобаль упоминал об этом, говорил, что это было одной из причин, по которой Люцифер хотел разлучить нас, но, когда пламя заплясало на наших руках и вокруг запястий, я впервые по-настоящему все осознала. Наша сила росла и сливалась в единую связь, которая наэлектризовала мою кожу.

Закутанные в плащи фигуры закричали и побежали в лес, двигаясь с легкой грацией духов или призраков, но наш огонь не уничтожил бы ни одну из тех тварей так, как этих существ.

Словно на него вылили ведро воды, огонь перестал исходить от Кобаля, втянувшись обратно в его тело. Вместе с его пламенем пропало и мое.

Я едва могла думать, так как мой разум крутился вокруг произошедшего.

— Связь избранных делает нас сильнее, — с трудом выдавила я.

— Да.

— Так вот почему твое пламя не обжигает меня?

— Отчасти. Еще я могу контролировать свою силу лучше, чем ты. Если я не хочу что-то сжигать, то не сжигаю.

— Поразительно.

Я убрала ноги с талии Кобаля и отступила, осматривая нанесенный вред поляне. Трава, которая раньше была зеленой, теперь почернела, а молодые деревья превратились в обгоревшие зубочистки. На земле остались выжженные следы от тварей, которых поджег Кобаль. Кто-то жался к машинам, кто-то плакал, кто-то ухаживал за ранеными, а кто-то, казалось, был готов начать стрелять в первое, что шевельнется.

— Что это за существа? — спросила я.

— У меня есть идея, но, не видя лиц, я не уверен.

Я вздрогнула от звуков рыданий и стонов боли. Затем я шагнула к Варгасу, лежащему на земле рядом с Бейл, но Кобаль снова притянул меня к себе.

— Она позаботится о нем, — заверил Кобаль.

Я искала взглядом Хока и Эрин, но так и не обнаружила места падения мужчины из-за дыма, окутывающего нас. Кобаль, все еще прижимая меня к боку, направился к Корсону. Демон носил две красные серьги, которых не было при нашей последней встрече.

— Канагские демоны, — заявил он, прежде чем Кобаль успел спросить.

— Это кто? — заинтересовалась я.

— Ты знаешь их как инкубов и суккубов, — пояснил Кобаль.

— Серьезно? — выпалила я, прежде чем поняла, что это был глупый вопрос. Учитывая все, что мы видели, меня не должно было удивлять существование подобных тварей.

По крайней мере, я не получила саркастичного ответа. Оба демона просто уставились на меня, а затем отвернулись.

— Нам нужно оценить ущерб. Иди и собери всех, — обратился Кобаль к Корсону.

Кобаль крепче обнял меня, когда Корсон отправился обходить лагерь, и мы зашагали в противоположном направлении. Я продолжала искать Хока и Эрин, но нигде их не видела. Когда мы остановились у грузовика, на котором приехали сюда, у меня в животе возникло неприятное чувство.

Варгас стоял у машины, прислонившись к кабине и положив одну руку на голову, а второй прижимая одноразовый пакет со льдом к виску. Его правый глаз практически заплыл, а из уголков губ сочилась кровь.

— Три машины уничтожены пулями, которые попали в двигатели и бензобаки, — заявил Моракс, когда подошел к нам, стуча хвостом по земле.

— Они кого-нибудь убили? — спросил Кобаль.

— Нет, но забрали пятерых людей, — ответила Бейл.

— Мы должны их найти! — выпалила я.

— Мы не можем задерживать миссию из-за пятерых человек, — возразил Кобаль. — Слишком многое поставлено на карту. Каждая упущенная секунда увеличивает вероятность взлома очередной печати.

— Двое из похищенных — это Хок и Эрин, — пробормотала Бейл.

— Нет, — прошептала я, а мое сердце сжалось в груди.

Мускул на челюсти Кобаля дернулся. Он сжал ладони в кулаки и покачал головой.

— Мы не можем остановиться и начать поиски.

Я стиснула зубы, сердито посмотрев на Кобаля. Он был прав, и я знала это. Жизни пяти человек — ничто по сравнению с миллионами, но я не собиралась уходить до тех пор, пока хотя бы не попытаюсь найти солдат.

— Это два наших лучших бойца, — заметила я, зная, что разум, а не эмоции, был лучшим способом переубедить Кобаля. — Они отлично проявили себя в плохих ситуациях и являются лидерами. Многие здесь не могут похвастаться тем же.

Я проглотила слова о том, что также они были моими друзьями. Единственными друзьями, которых я приобрела с тех пор, как приехала сюда. Это не изменило бы решение Кобаля. Он понимал, что такое верность и дружба. Кобаль отдал бы свою жизнь за Корсона и Бейл, но я знала, что если бы кого-то из демонов схватили, то он бы не пошел за ними. Впрочем, они ожидали бы этого, так как нужно было завершить миссию. Возможно, Эрин и Хок тоже не уповали на спасение, но я не могла отступить.

Варгас подошел к нам ближе. Я чувствовала его неодобрение по тому, как он расправил плечи, по морщинкам вокруг рта и глаз, по плотно сжатым губам. Варгас собирался сделать все, что сочтет нужным. Он был солдатом, а я — нет.

— Варгас все еще здесь. Он тоже лидер, — возразил Кобаль. — К тому же у нас есть отличные бойцы. Корсон…

— Я про людей, — добавила я. — Нам нужно больше людей, способных вести за собой. Капитан Тресден бесполезен, как и все остальные.

— Варгас, — напомнил он.

Расправив плечи, я впилась взглядом в Кобаля.

— Я не уйду, не попытавшись хотя бы найти их. Мы все равно останемся здесь до утра. Значит, стоит попробовать.

— Слишком опасно идти ночью. Каждый солдат знал, что подобное может произойти. Значит, они в курсе, что могут быть брошенными, если это будет необходимо для миссии.

— Ты забываешь, что я никогда не была солдатом. Меня привела сюда сама судьба, и, возможно, жизни пяти человек мало что значат по сравнению с общей картиной, но я не собираюсь отказываться от Хока и Эрин. Они бы не оказались от меня.

— Ты и есть миссия. Конечно, они не отказались бы от тебя.

Я посмотрела на него так, словно он дал мне пощечину.

— Пошел на хрен! — слова сорвались с моих губ прежде, чем я поняла, что собираюсь их произнести.

Очевидно, такт и дипломатия Кобаля передались мне, так как я совсем забыла о попытках сдерживать эмоции в пользу разума. Заявление настолько вывело меня из себя, что мой мозг просто отключился. Демоны и Варгас на шаг отступили от нас. Люди, которые искали защиты и собрались вокруг, тоже отошли.

Ноздри Кобаля раздулись. Он прищурился, глядя на меня.

— Пошел на хрен?

— Да, пошел на хрен! — «Заткнись, идиотка. Это не приведет ни к чему хорошему». — И миссию тоже на хрен! — «Да заткнись ты уже».

Хладнокровие и собранность, которые сейчас преобладали в Кобале, нервировали меня больше, чем если бы он тоже кричал и матерился.

— Как я полагаю, твоих братьев тоже на хрен?

У меня перехватило дыхание, будто кто-то нанес мне удар по дых. Я бы сделала все ради Гейджа и Бейли. Но какой бы сильной не была моя любовь к братьям, я всегда буду ненавидеть себя за то, что бросила своих друзей.

— Это низко, — огрызнулась я.

— Это правда, — ответил он. — Я не собираюсь рисковать тобой, отправляясь на поиски людей.

Кобаль покачнулся на пятках, окидывая меня небрежным взглядом, но я знала, что он выжидал, словно гремучая змеи, готовая атаковать. Я была уверена, что при необходимости Кобаль перекинул бы меня через плечо и унес бы отсюда. Но если бы он попытался провернуть подобное, то я бы поразила его шаром из потока жизни.

— Нет, правда состоит в том, что мы не поворачиваемся спиной к нуждающимся. Не бросаем их. Я не оставлю людей на произвол судьбы, к тому же учитывая то немногое, что я знаю об инкубах и суккубах, это будет ужасно.

Головы тех, кто окружал нас, так быстро закивали, что это могло бы показаться комичным, если бы я не чувствовала, что уже проиграла эту битву. Я была расстроена, и только тонкая нить удерживала меня от потери самоконтроля.

— Ты сядешь в этот грузовик, — произнес он.

— Нет, не сяду.

Кобаль подошел ко мне, наклонился и поднял.

— Прекрати! — прошипела я, не желая брыкаться и орать так, как мне того хотелось. Я собиралась попытаться сохранить то немногое достоинство, которое у меня оставалось, поэтому решила сделать все совершенно по-другому. — Кобаль, отпусти меня.

Не обращая на меня внимания, он открыл дверцу грузовика. Не говоря ни слова, Кобаль втолкнул меня внутрь. Я хотела выпрыгнуть обратно, но он наклонился так, что его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от моего. Его глаза приобрели цвет расплавленного золота, а от безжалостного выражения лица у меня перехватило дыхание.

— Я привяжу тебя к машине, если понадобится! — рявкнул Кобаль.

— Если ты сделаешь что-то подобное, то я никогда не прощу тебя. Это не то же самое, что оторвать голову тому, кто пытался меня убить. Защита меня…

— То же самое! — рявкнул он.

— Нет, не то же самое, — я глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, а затем продолжила: — Такое решение полностью игнорирует мои чувства, противоречит моим желаниям. Сейчас ты утверждаешь, что тебе неважно то, что я ощущаю по данному вопросу.

— Проблема лишь в том, что я очень оберегаю тебя. Выйди из грузовика, и это будет последний раз, когда ты могла свободно передвигаться, — с этими последними словами он захлопнул дверь.

Во мне боролись обида и печаль. Я наблюдала в боковом зеркале, как Кобаль присоединился к остальной группе. Я знала, почему он так поступал, знала, как сильно его беспокоила возможность моей смерти и как сильно он меня любил, тем не менее мне потребовалось все самообладание, чтобы не взорвать дверь грузовика и не пнуть Кобаля по зад так сильно, что он не смог бы сидеть в течение недели.

Хоть это и было чрезвычайно заманчивая идея, я не поступила так. Существовал лучший способ, точно существовал. Я уставилась в лобовое стекло, стиснув зубы и изучая ночь, все еще освещенную угасающим пламенем. Попытка поговорить с Кобалем ничего не дала. Он не изменил решения и грозил привязать меня к грузовику. Если я сейчас надавлю на него, а он свяжет меня, как скотину, то наши отношения безвозвратно изменятся, и не в лучшую сторону.