Когда Цзянь Чен ушел, старейшина Сю достал кроваво-красный жетон и передал его Сю Ми.

- Сю Ми, возьми этот духовный жетон и отправляйся в Секту Кровавого Меча. Прикажи всей разведывательной организации мобилизоваться. Пристально наблюдайте за всем происходящим, и если чрезвычайно могущественные эксперты появятся на континенте Тянь Юань, то сразу же сообщите мне.

- Отец, ты же сказал, что никогда больше не воспользуешься Сектой Кровавого Меча, почему ты… — Спросил Сю Ми в ошеломлении.

- Ситуация стала слишком серьезной, не задавай вопросов и отнеси мой жетон в Секту Кровавого Меча сейчас же. — Перебил его старейшина Сю.

Его выражение стало мрачным, и он больше не походил на обычного фермера. Сейчас он выглядел как доблестный герой, отдающий приказ всей его армии.

- Да, я отправлюсь сейчас же.

Сю Ми больше ничего не сказал и мгновенно вылетел наружу вместе с жетоном.

После ухода Сю Ми старейшина вздохнул и подошел к кровати.

- Они становятся слишком дерзкими, если бы посмели убить даже Небесного Бога-Тигра. Когда придет время и детеныш Небесного Бога-Тигра повзрослеет, придет их час расплаты. Но они попытаются проникнуть в мир людей с целью убить его. Забудь об этом, я никак не должен быть связан с этим. Если они действительно придут, то какая-нибудь другая семья выступит в его защиту.

……

Покинув комнату старейшины, Цзянь Чен забрал тигренка в свою собственную комнату для отдыха. Положив его на кровать, он начал чесать его за ухом.

- Мрр… мрр…

Закрыв глаза от удовольствия, тигренок довольствовался ласками Цзянь Чена. Сейчас его сердце было неравнодушно к Цзянь Чену.

Глядя на послушного тигренка, Цзянь Чен достал тысячелетний женьшень из пространственного кольца.

- Маленький белый тигр, возьми это и съешь, и тогда ты вырастишь быстрее.

Маленький тигренок предложенную ему вещь с интересом. Почувствовав сладкий аромат, его глаза расширились, прежде чем он радостно замурчал и принялся наслаждаться едой.

Съев несколько стеблей тысячелетнего женьшеня, тигренок закончил трапезничать, закрыл глаза и заснул на кровати.

Цзянь Чен знал, что сейчас тигренок находился в процессе поглощение духовной Ци из своей еды. Не собираясь тревожить тигренка, Цзянь Чен сам забрался на кровать и принялся пить Вино Сотни Трав, переданную ему Королем Обезьян.

Тысячелетнее Вино Сотни Трав обладало мощным эффектом в усилении разума человека. Когда Цзянь Чен выпил ее часть, то закрыл глаза в блаженстве, а его душа наслаждалась приятным ощущением.

Почувствовав, как голубой и фиолетовый свет вылетел из его даньтяня и вошел в его разум, Цзянь Чен внезапно почувствовал, что его мысли взорвались радостью. Даже Духи Мечей чувствовали пользу вина[96].

Разум Цзянь Чена повышал свою силу, а его способность к вездесущности тоже сильно увеличивалась. Сейчас его душа усилилась, и Цзянь Чен чувствовал, будто превозносился и становился бессмертным.

Момент спустя, Цзянь Чен встрепенулся и вышел из комфортного состояния, почувствовав себя во много раз сильнее. Он тут же схватил бутылку и начал жадно пить.

В этот раз Цзянь Чен проглотил большое количество вина, прикончив большую его часть. Как только последняя капля была проглочена, он принялся наслаждаться приятным ощущением.

Через два часа Цзянь Чен полностью впитал остаток вина, и на этот момент способности его разума увеличились на треть. Его вездесущность позволяла ему распространять свои ощущения на 13 километров, как минимум.

Цзянь Чен был несравненно счастлив, он бы никогда не подумал, что такое улучшение можно получить за столь короткий срок. Его сила была увеличена, и даже его тело попало под эффект.

- Это Вино Сотни Трав действительно сокровище!

Цзянь Чен вздохнул из уважения и отпил еще больше из бутылки.[97]

В мгновение она, бутылка вина, переданная ему Королем Обезьян, была почти пуста. Осторожно допив его, Цзянь Чен закрыл глаза и позволил своему разуму усиливаться.

Жизненная энергия внутри Вина Сотни Трав продолжила кружиться вокруг даньтяня Цзянь Чена, а затем быстро исчезала. Голубая Ци из вина быстро поднялась в голову Цзянь Чена и вошла в его сознание.

Внутри его сознания Духи Мечей кружились вокруг пятицветного камня, пульсируя счастьем, а свет, идущий от них, начал мерцать. Когда голубая Ци вознеслась в сознание Цзянь Чена, душа, которую Цзянь Чен делил с Духами Мечей, усилилась. Слабая душа Духов Мечей начала расти, а свет вокруг них стал ярче.

Спустя неизвестное количество времени, Вино Сотни Трав было полностью впитано Цзянь Ченом, а его душа чувствовала полное блаженство, исходящее от нее. Внезапно Цзянь Чен ощутил огромное изменение, которое никогда ранее не ощущал. Даже не растягивая свою ауру, он смог засечь ветер, пролетающий мимо травы в сотни метрах от него.

В этот момент Цзянь Чен осознал, что его душа вошла в гармонию с миром. Без усердных попыток, он уже вошел в состояние гармонии с миром и мог ясно чувствовать все на расстоянии сотни метров, будто был в состоянии контролировать все. Эта местность почти что была его территорией.

Распространив свою вездесущность, Цзянь Чен своими ощущениями мгновенно покрыл долину. Все жители деревни, работающие на полях, были видны ему как на картинке в своем разуме. Несмотря на расстояние между ними, он мог «видеть» их движения до мельчайших подробностей.

Всех жителей Сю Ми обучал духовному развитию, так что они могли развиться до определенного уровня. Хоть сильнейший из них не был даже Великим Святым Мастером, но большая часть из них являлись Святыми или Великими Святыми. Некоторые из них совсем не заботились о духовном развитии, так что не стали конденсировать свою Святую Силу в Святое Оружие.

Затем Цзянь Чен распространил свою ауру до старейшины Сю и мгновенно почувствовал, что старейшина был не человеком, но скорее всем миром, собранным в одном человеке. Пока он замахивался своей мотыгой снова и снова, Цзянь Чен мог лишь чувствовать внутри старейшины Сю огромное количество глубоких тайн мира.

Вездесущность Цзянь Чена продолжила увеличиваться, пока не достигла 15 километров. Выпив Вино Сотни Трав, его разум усилился в разы, и это стоило отпраздновать.

«Мастер… мастер…»

Внезапно глубоко внутри разума Цзянь Чена он услышал слабый голос. Вскоре после этого он почувствовал, откуда этот голос доносится, и был мгновенно шокирован.

«Мастер, наконец-то я могу говорить с вами».

В этот момент Цзянь Чен почувствовал несоизмеримое счастье в голосе.

«Вы… вы Духи Мечей?» — Спросил Цзянь Чен с запинкой.

«Мастер, я Цзыин, вы можете звать меня Сяо Цзы». — Произнес Дух Меча Цзыин.

Его голос звучал как у молодого мужчины.

«Мастер, я Цинсо, вы можете звать меня Сяо Цин!» — Внезапно послышался еще один мягкий и приятный голос, как у жаворонка.

Цзянь Чен поневоле погрузился в свое сознание, и в этот момент внутри хаотичного пространства его разума пятицветный камень больше не был виден. На его месте стояли два странных человека, и оба выглядели как двадцатилетние. Одним из них являлся красивый парень, а другой была прекрасная девушка, которая идеально дополняла его.

У парня имелись фиолетовые волосы, которые спадали прямо до груди, а одет он был в классическое чанпао. Его глаза блестели странным оттенком фиолетового.

Девушка была одета в голубой чонсам, который подходил к ее длинным голубым волосам. Ее внешность была несравненной, а ее голубые глаза были способны заставить любого мужчину лишиться дара речи.

Грудь Цзянь Чена начала тяжело вздыматься, а его язык завязался в узел. Наконец, запинаясь, он произнес:

«Вы… вы двое.. вы Духи Мечей?»

«Да, мастер, я Цзыин, а она Цинсо!» — Ответил парень в фиолетовом с улыбкой.