Змееныш затормозил передо мной и, высунув язык, облизал верхнюю губу – эта привычка и обеспечила ему прозвище.

- Ты убила Нерона, Блейз. Ты за это ответишь.

Он уже тянулся ко мне, когда Жало яростно стукнул его в затылок, отчего Змееныш без сознания распростерся на полу рядом со мной.

- Что? – Я в полном замешательстве уставилась на Жало.

- Когда я был ранен, Акула и Змееныш забрали у меня костыли и посмеялись, а ты мне помогла, - сказал Жало. – Моя верность принадлежит девушке, управлявшей поездом-призраком.

Я неверяще тряхнула головой и огляделась, оценивая ситуацию.

Четверо членов подразделения Бронкс лежали на земле. Одним из них был Акула, и размеры раны на его голове показывали, что он мертв. Лютер, Тэд, Плут и Надира встали заслоном перед сидевшими на полу Феникс и Брейденом, и всего три державшихся на ногах члена Бронкса опасливо наступали на них.

С Жалом на нашей стороне и всего тремя противниками, мы определенно могли выиграть эту схватку. Особенно если я застану врагов врасплох нападением со спины. Я увидела на крыше упавший меч и подхватила его. И едва рванулась вперед, как в воздухе пролетела стрела и вонзилась в пол у ног людей из Бронкса. Я потрясенно взглянула на бруклинское крыло и различила стоявшую на ограждении стройную фигуру.

- Подразделение Бронкс, опуститесь на колени и сдавайтесь, - крикнул Призрак. – У вас есть пять секунд, затем я пристрелю всех, остающихся на ногах.

- Плут, Лютер и Жало на нашей стороне! - тут же проорала я.

Призрак засмеялся.

- Я заметил интересные изменения в расстановке сил.

Три человека из Бронкса поспешно опустились на колени и положили руки на головы.

- Учитывая, что Плут, Лютер и Жало перешли на другую сторону, на твоей крыше должно быть восемь членов Бронкса, Блейз, - позвал Призрак. – Я вижу только семь, включая убитых и раненых.

- Я стащила Нерона с крыши, - объяснила я.

- Тогда он должен лежать мертвым где-то на земле. – Призрак глянул через плечо. – Людмила, пошли Доннелу сигнал, что можно атаковать.

Вверх со скрежетом взлетела зеленая ракета.

- Доннел разберется внизу с членами Бронкса и через несколько минут подойдет к нам, - сказал Призрак.

Я кивнула и поспешила к сидевшим Феникс и Брейдену.

- Вы серьезно ранены?

- Просто царапина. – Феникс указала на порез на шее, откуда сочилась кровь.

Брейден опустил голову на ладони и ничего не сказал, но Тэд ответил за него:

- Брейден не ранен, но расстроен из-за убийства Акулы.

- Что? – Я недоверчиво уставилась на него. – Но Брейден не дрался. У него даже не было оружия.

- Он не дрался до того мерзкого момента, пока Акула не решил, что проигрывает в схватке на мечах с Лютером, - объяснил Тэд. – Акула подбежал и схватил Феникс. Думаю, он планировал использовать ее как щит в бою, но она ударила его мечом, и ублюдок собрался перерезать ей горло.

- Именно тогда Брейден взял биту, брошенную Феникс, и забил Акулу до смерти, - сказала Надира.

Брейден поднял голову.

- Я убил человека! Как я мог убить человека? Я не верю в насилие.

- У тебя не было выбора, - яростно заявила Надира. – Акула собирался убить Феникс, и лишь ты находился достаточно близко, чтобы ему помешать.

Теперь, заговорив, Брейден не мог остановиться.

- Я убил человека. Я убил человека. Я убил человека, - повторял он несчастным тоном.

Надира вздохнула.

- Будем надеяться, Брейден скоро успокоится. Кто еще ранен?

- Из правой ладони Блейз льется кровь, - сказал Тэд.

Я опустила глаза к мечу, который все еще держала в руке. Тэд преувеличивал количество крови, но не слишком. Я отбросила меч и осмотрела руку. В правой ладони виднелся глубокий порез, а одна из оружейных скоб на запястье разорвалась.

Тэд и Надира тоже наклонились, чтобы изучить мою руку, и едва не стукнулись лбами.

Надира хмуро посмотрела на иномирца.

- Кто из нас медсестра, а кто просто путается под ногами?

- Прости, – отступил Тэд.

Надира снова взглянула на мою ладонь.

- Блейз, у тебя глубокий порез, но он должен быстро зажить с восстановительным средством. Прижми рану, пока мы не отведем тебя вниз для лечения.

- А что со скобами оружия? – спросил Тэд.

- Если я соединю разорванные концы клейкой лентой, - ответила Надира, - то они быстро срастутся.

Тэд моргнул.

- Правда? Ты в этом уверена?

Надира кивнула.

- Мне уже приходилось чинить разорванные «усы» оружия. Доннел дрался десятилетиями и несколько раз повреждал правую руку. Есть другие раненые?

- Я ногу порезал, - отозвался Плут, - но не серьезно.

- Думаю, у остальных лишь синяки, - прибавил Лютер 2f6d03.

- Ты не заметил, что Акула задел мечом твою руку, Лютер? – спросила Феникс.

- Правда? – Он глянул на порез на обнаженной левой руке. – Я так окоченел, что не обратил на это внимания.

До сих пор я вовсе не осознавала холода, но слова Лютера заставили меня понять, что и я застыла, несмотря на куртку.

Надира осмотрела руку Лютера.

- Я не стану накладывать на раны грязные использованные бинты, если мы через несколько минут спустимся в дом с настоящими медикаментами.

Мгновение она мрачно смотрела на коленопреклоненных членов Бронкса, затем пошла проверить лежащих на земле.

- Акула мертв, у остальных раны, которые потребуют лечения. Если только Доннел не совершит, наконец, нечто разумное и не казнит их.

Брейден потрясенно взглянул на нее.

- Ты же этого не хочешь!

- Хочу, - возразила Надира.

- Но это бессмысленно. Ты медсестра, а не боец.

Надира посмотрела на него с сочувствием.

- Я и медсестра, и боец. Я стояла с Доннелом, когда он впервые поднял флаг Сопротивления Земли. Моя работа в боях – лечить наших раненых, но когда это необходимо, я защищаю своих пациентов.

Она указала пальцем на тело Акулы.

- Феникс – одна из моих пациентов. Акула собирался перерезать ей горло, когда ты его убил. Ты бы хотел, чтобы он остался жив, а Феникс погибла?

- Конечно, я не хочу, чтобы она погибла, - отозвался Брейден. – И все же для меня неправильно лишать человека жизни.

Надира бросила презрительный взгляд на тело Акулы.

- Я не оплакиваю Акулу. Да и других не стала бы. Если Доннел решит оставить мерзавцев в живых, я излечу их раны, поскольку остаюсь медсестрой, но предпочла бы вынесение им смертного приговора. Они представляют угрозу для жизней всех мужчин, женщин и детей альянса.

Она пожала плечами.

- Но Доннел, возможно, решит иначе. Он всегда совершал ошибки, проявляя излишнее сочувствие. Эта его мягкость в прошлом принесла нам много проблем, но в том числе и из-за нее мы его любим.

- А тебя мы любим в том числе и из-за твоей ярости, Надира, – послышался со стороны дверного проема голос отца.

Все мы повернулись и увидели, как Доннел вывел на крышу толпу людей. Я заметила среди них Блока, Льда и Раэни, а также нескольких офицеров альянса. Отец поспешил к нам, поднял правую руку в знак признательности Призраку, а затем опустил ее и на секунду коснулся моей щеки.

- Значит вы все дожили до того, как Призрак оказался на крыше бруклинского крыла. Как вам это удалось?

Лютер рассмеялся.

- Юный Тэд оказался опытным борцом, Блейз убедила Плута и Жало перейти на нашу сторону, а затем провела отвлекающий маневр, чтобы обернуть исход боя в нашу пользу.

Донелл поднял брови.

- Итак, Мачико и Аарон держат все под контролем внизу. Уэстон и Виджей, вы отвечаете за пленников. Жюльен, займись, пожалуйста, телами.

Он помолчал.

- На ночь мы оставим пленных в Святилище, под замком и с серьезной охраной. Сейчас я хочу забрать наших раненых с этой морозной крыши и перевести в больничный район для лечения.

Доннел повернулся и обратился к толпе:

- Если кто-то еще не понял, Лютер работал на меня под прикрытием. Мы тщательно подготовили несколько публичных ссор - фальшивую попытку напоить Жюльена спиртным и проблемы с выдуманной пятнадцатилетней девушкой, - чтобы я мог отобрать у Лютера офицерское звание. Это позволило ему убедить Майора в своем отступничестве и перейти в подразделение Бронкс. Но теперь Лютер возвращается на заслуженное место одного из моих офицеров.

- А что будет со мной? – спросил Плут.

Доннел повернулся к нему.

- Вы с Жалом решили драться на стороне Блейз. Думаю, это показывает, кому на самом деле принадлежит ваша преданность, поэтому сейчас я считаю вас своими людьми, а не заключенными.

- Блейз сказала, что я смогу вернуться в манхэттенское подразделение к своей жене и ребенку? – Интонация Плута превратила это предложение в вопрос, а не в утверждение.

Доннел взглянул на толпу.

- Блок, ты где?

- Здесь. – Блок выступил вперед. – В данных обстоятельствах я хочу позволить Плуту и Жалу условно вернуться в Манхэттен, но только Диана примет решение о будущих отношениях Плута с ней и малышом.

- Я советую тебе как следует полебезить, Плут, - заметил Доннел.

Тот скривился и кивнул.

- Я был дураком. Не только слова Блейз убедили меня сменить сторону, но и хладнокровные рассуждения Майора об убийстве заложников.

- На меня слова Майора тоже произвели сильное впечатление, - легко заметил Доннел и повернулся ко мне. – Блейз, ты сможешь спуститься по лестнице?

- Да. Я поранила руку, а не ногу.

- Меня беспокоит, что ты уже пережила переохлаждение, поэтому схватка на холодной крыше – наихудший возможный вариант для тебя. Ты ужасно выглядишь и явно потеряла много крови.

Я скорчила гримасу.

- Я чувствую себя так же ужасно, как выгляжу.

Я не стала признаваться, что страдаю скорее от шока, чем от переохлаждения и потери крови. Я все еще видела мимолетные образы лица Нерона, когда он перелетел через ограждение, и язык Змееныша, облизывающего верхнюю губу за секунду до того, как его ударил Жало.

Но Доннел не нуждался в моих объяснениях. Он знал все о последствиях боев и, должно быть, понял выражение моих глаз, поскольку обхватил меня рукой. Для остальных, посторонившихся, чтобы пропустить нас на лестницу, это должно было выглядеть небрежным объятием, но Доннел удерживал меня на ногах и принял на себя большую часть моего веса.