- Но нам все равно не хватает еды. Если начнем бороться между собой, то все будут голодать.

Улыбка Изверга не угасла.

- Люди, доказавшие мне свою пользу, голодать не будут, а остальное неважно. Твои аргументы на меня не подействуют, Блейз, но тебе самой стоит к ним прислушаться. Представь своих друзей из Сопротивления, умирающих ради защиты Доннела. Представь их детей, голодающих после боя.

Он помолчал.

- Ты можешь предотвратить все эти смерти, Блейз. Можешь остановить бесполезную растрату жизней. Тебе лишь надо заставить Доннела отдать мне обещанный пост заместителя. Подумай об этом в своем походе за припасами. Я хочу услышать твой ответ сразу по возвращении.

Изверг, хромая, вышел за дверь, а Ханна шагнула ко мне.

- Блейз, я...

Я с трудом встала на ноги, качаясь от головокружения и боли и прижимая правой рукой к груди левую.

- Нет, Ханна! Не пытайся повторять мне, что это все моя вина.

- Но это действительно твоя вина. Когда мы разговаривали на последней совместной рыбалке, ты солгала мне. Сказала, что Доннел собирается выбросить нас обеих из Сопротивления, а Лед не возьмет нас обратно в лондонское подразделение. Мне показалось, что для нас будет лучше, если я соглашусь работать на Изверга. Если бы ты сказала мне правду, сказала, что Доннел собирается назначить тебя офицером, ничего этого не случилось бы.

- Во время нашей последней совместной рыбалки я сказала тебе истинную правду, а именно, что Доннел говорил о желании обсудить мое будущее. Именно ты врала мне. И продолжаешь врать даже сейчас. В тот день ты не пыталась решить, помогать ли Извергу. Ты уже работала на него годами. Ты украла две коробки обезболивающих. Не одну таблетку, а две коробки!

На лице Ханны появилось вороватое выражение.

- Я не знаю, о чем ты.

- Знаешь. Доннел сообщил мне истинные факты о том, как тебя поймали на краже. Я знала, что тебе нестерпима боль, и подумала, вдруг ты хотела припрятать все эти таблетки для себя, но на самом деле, ты украла их для Изверга. Возможно, воровала для него лекарства и до этого. Ты работала на Изверга с тех пор, как мы прибыли в Нью-Йорк, правда?

Ханна поднесла руку ко рту и пожевала перчатку в знакомой мне манере, означавшей, что она обдумывает, как бы выкрутиться.

- Ответь мне! – рявкнула я.

- У меня не было выбора. После того, как твой брат стал предателем и ушел, ты потеряла расположение Доннела, и я боялась, что меня выкинут из Сопротивления. Я знала, каково будет бороться за выживание в одиночку. Мы с матерью прожили так два кошмарных года в Лондоне, и я не могла проходить через это вновь. Когда Изверг сказал, что сумеет организовать для меня место в манхэттенском подразделении в обмен на пару коробок лекарств от зимней простуды...

Она всплеснула руками.

- Но на этом дело не кончилось. Изверг продолжал просить и другое. Когда я отказалась, он пригрозил послать Доннелу анонимное сообщение о моем поступке. И я продолжала красть. После того, как меня поймали и лишили доступа к верхнему этажу Сопротивления, Изверг начал отдавать мне приказы по поводу тебя. Он хотел, чтобы я...

- Хватит! – прервала я ее. – Я не хочу знать, сколько лекарств ты украла для Изверга до того, как тебя поймали и отправили вниз. Не хочу слышать, сколько моих секретов ты ему нашептала. И сколько врала мне, пытаясь отравить мои отношения с Доннелом. Я просто хочу, чтобы ты убралась отсюда. Теперь ты принадлежишь Извергу и Манхэттену.

Ханна умчалась за дверь. На мгновение я закрыла глаза, борясь с физической и душевной болью от поврежденной руки и от предательства подруги, а затем повернулась к Тэду. Лишь вчера я сказала Доннелу, что иномирец не сможет одолеть в драке и пятилетнего ребенка, но он за секунды повалил Изверга.

- Как, во имя хаоса, ты это проделал? – спросила я.

- В основном, все дело в равновесии, - ответил Тэд. – Ты выводишь соперника из равновесия и сохраняешь свое. Но я немного удивлен, что сработало. До сих пор я не участвовал в настоящей схватке, лишь в тренировочных.

- Ты учился драться? – Я растерянно покачала головой и мгновенно пожалела об этом, когда левое плечо накрыла новая волна головокружительной боли. – Зачем? Я думала, Адонис – цивилизованная планета.

- В каждом мире есть свои сомнительные районы и их нечистоплотное население, даже на Адонисе. Моя семья очень богата, и это не только благословение. Когда мне было шесть лет, моего отца похитили. Дедушка заплатил выкуп, но мы получили лишь труп.

Я была потрясена.

- Значит, вот как умер твой отец.

- После этого дедушка удвоил охрану и нанял специалистов учить меня драться. Я всегда подозревал, что инструкторы пытались мне польстить, позволяя выиграть, но возможно, и нет. – Тэд пожал плечами. – Забудь об этом. Мы должны вернуться и рассказать всем, как Изверг напал на тебя и поранил твою руку. Он планирует навлечь на тебя общее правосудие, но мы можем подать иск первыми.

Я попыталась отвлечься от боли в плече и решить, что делать.

- Это не сработает. Изверг скажет, что не прикасался ко мне, моя рука оставалась в таком состоянии все время, а Ханна поддержит его историю.

- Я расскажу людям, что произошло на самом деле.

- Люди не поверят свидетельству иномирца, Тэд. Даже будь они готовы тебя выслушать, Изверг может заявить, что твоя жизнь зависит от защиты Доннела и ты, конечно же, расскажешь любую историю, которую тот захочет.

Я сдержала порыв вновь покачать головой.

- После этого все произойдет именно так, как описал Изверг. Все поверят Ханне, потому что она... она была моей лучшей подругой. Доннел кинется мне на выручку, и Изверг воспользуется этим для начала борьбы за лидерство.

- Так что же нам делать? – спросил Тэд.

Казалось чистым безумием продолжать путешествие с моим ранением и беспомощностью от боли, но если я вернусь, то Изверг сейчас же развяжет войну.жфяячх Доннелу требовалось время, чтобы уговорить Майора сменить сторону, а мне – чтобы подумать. Основы моего мира разлетелись вдребезги. Лучшая подруга предавала меня годами, а враг поборол Изверга, стараясь меня защитить. С чем же я теперь осталась?

- Мы отправимся вверх по реке, - сказала я.