Рядом просвистело лезвие, и я почувствовала, как кровь и желчь брызнули на меня, горячие и воняющие смертью. Нефилимы были повсюду, и я с ужасом наблюдала, как безумие окружает меня.

Что-то схватило меня за лодыжку, и я закричала, поглядев вниз и увидев одну из женщин, лежавшую на лестнице, хватающую меня в надежде на помощь. Бедняжка, ей уже было не помочь, но я опустилась на колени и прижала её изуродованное тело к себе, пытаясь остановить бесконечный поток крови.

— С тобой всё будет в порядке, — пробормотала я, покачивая её и пытаясь удержать её сломанное тело вместе. Она умрёт, но, по крайней мере, я могла её утешить: — Они остановят их. Просто держись.

К моему изумлению, женщина протянула руку, коснулась моего лица окровавленной ладонью и улыбнулась мне, в её увядающих глазах был мир. Мгновение спустя она была мертва. К счастью, учитывая ужас её ранение. Я отпустила женщину, осторожно положив её на ступеньки, и посмотрела наверх.

Я могу попытаться убежать. Назад по бесконечным, пропитанным кровью лестничным пролётам, сквозь разорванные куски того, что когда-то было живой плотью. Или я могу встретиться с ублюдками лицом к лицу.

Один из Падших лежал у подножия лестницы, его туловище было разорвано почти пополам. Одна рука исчезла, но другая всё ещё держала меч, он сражался до конца.

Я спустилась и взяла меч в дрожащую руку, затем повернулась и посмотрела на Разиэля.

Один из Нефилимов, должно быть, заметил меня на лестнице. Он отвернулся от защищавших Сару мужчин и двинулся на меня, отвратительно и несвязно шаркая.

Бежать было уже поздно, даже если бы я захотела. Существо увидело меня, учуяло мой запах, и когда один из Падших атаковал его, существо просто отбросило его, и тело пролетело через комнату, приземлившись на стол, который рухнул под ним.

Мне хотелось позвать Разиэля, но я держала рот на замке, крепко сжимая меч в руке. Если я умру, то умру, сражаясь, и не буду отвлекать Разиэля от его защиты портала.
"Может быть, смерть не принесёт боли", — подумала я, всё ещё отступая назад, крики умирающих противоречили моей тщетной надежде. В первый раз было не больно. Но это не имело значения. Я должна была быть здесь, меня притянуло сюда, и если меня разорвут на части, то так тому и быть.

Нефилим поднялся ко мне столь близко, что я могла видеть личинок, живущих на его коже, и запаха крови и смерти было достаточно, чтобы заставить меня испытать позыв к рвоте. Если мне повезёт, он оторвёт мне голову — это будет быстрее, чем мой желудок и кишки вывернут наизнанку — и мне стало интересно, смогу ли я улизнуть, убежать достаточно далеко вверх по лестнице, чтобы прыгнуть, как я пообещала Разиэлю. Возможно, именно это я и должна была сделать, приземлиться на одного или двух Нефилимов и раздавить их.

У этого существа была отвратительная открытая дыра вместо рта, и двойные ряды зазубренных зубов, похожих на зубы акулы, созданные для разрывания плоти, и я не собиралась кричать, и я не закричала, даже когда он добрался до меня. Его руки были деформированы, больше похожи на клешни, острые как бритва и окровавленные, и я вслепую ударила его, отрубив одну из них. Существо не отреагировало, приблизившись, его оставшийся коготь издавал ужасный щёлкающий звук. Я сжала меч, приготовившись сражаться до смерти.

А потом отвратительная голова исчезла, просто испарилась, и я в шоке уставилась на него. Чудовище рухнуло передо мной, превратившись в груду костей, а за ним стоял Разиэль с окровавленным мечом в руке, мечом, которым он обезглавил существо.

Я почти не узнала его. Он был весь в крови, его глаза потемнели и остекленели, и я почти ожидала, что он наорёт на меня. Но он просто развернулся и продолжил стоять у подножия лестницы, защищая меня, как Азазель защищал Сару.

Некоторые из Нефилимов носили мечи, ножи, копья — примитивное оружие. Другие просто полагались на свои когти, зубы и сверхчеловеческую силу.

Они падали под яростным натиском Падших, не издавая ни звука. Их вопли были криками голода, а он был успокоен разорванными телами, которые усеивали вестибюль. Они умирали в тишине.

Мы собирались выжить, поняла я с внезапным потрясением. Я спустилась вниз, готовая умереть, уверенная, что умру, но теперь всё изменилось.

Только один Нефилим остался стоять с толстым шестом в когтях, вне досягаемости пылающего меча Азазеля, и я почувствовала притяжение взгляда Сары с другой стороны резни.

Я повернулась и посмотрела на Сару, которая одарила меня милой, любящей улыбкой — почти благословением — за секунду до того, как тяжёлый шест пронзил её грудь, ударившись о деревянную дверь позади неё и пригвоздив её там.

Я услышала крик Азазеля издалека. Протиснулась мимо Разиэля, как будто его не существовало, перелезала через трупы и дёргающихся жертв, протискиваясь мимо самого Азазеля, чтобы добраться до Сары.

Кто-то выдернул шест, и Сара соскользнула на пол, её глаза остекленели, когда я поймала её и осторожно опустила. Эта милая улыбка всё ещё была на её губах, хотя голубые глаза были полны слёз.

— Я... так рада... ты здесь, — с трудом выдохнула она. — Ты поможешь... Разиэлю.

Вокруг не было ничего, что можно было бы использовать для повязки, поэтому я просто собрала в охапку свои пышные юбки и прижала их к изуродованной груди Сары.
— Всё будет хорошо, — в отчаянии сказала я, отказываясь признать, что это не так. — Держись.

Я сказала то же самое девушке на лестнице, девушке, которая умерла у меня на руках. Сара тоже вот-вот умрёт.

— Постарайся помочь Азазелю, — прошептала Сара, пытаясь собраться покидавшие её силы. — У него будут неприятности. Разиэль может ему помочь. Ты можешь помочь Разиэлю. Обещай.

— Обещаю, — беспомощно сказала я. — Но ты же не умрёшь.

— Умру, — прошептала она. — Я уже довольно давно знаю это. Ты должна... остановить того, кто предал нас. Ты должна... — её голос затих, но глаза заискрились, потеплели от любви.

Кто-то поднял меня и силой оттащил от Сары — Азазель, который передал меня Разиэлю и опустился на колени рядом со своей женой. Когда я начала сопротивляться, всего лишь на мгновение, Разиэль просто применил силу, обнял меня за талию и вынес из здания, которое было по колено в телах и крови.

Он сбросил меня на пляже, даже не потрудившись сказать мне оставаться на месте.

— Я собираюсь запечатать стену, — сказал он. — Азазель и Сара должны побыть одни, чтобы попрощаться.

Я опустилась прямо на траву и закрыла лицо руками. Высокие, странной формы телами Нефилимов были разбросаны по пляжу, и запах в ночном воздухе был густым и ядовитым. Я попыталась заглушить зловоние, но всё, что я могла чувствовать — это запах крови Сары, которая пропитала моё платье. Кровь её жизни, стекающая прочь.

И моя собственная кровь тоже утекала. Я даже не поняла, что была ранена. На руке у меня был разрыв, неглубокий порез от плеча до запястья, оставленный когтем этого отвратительного существа. Рана начала пульсировать, и я должна был найти что-то, чтобы остановить кровотечение. Я могла бы использовать свою юбку, уже пропитанную кровью Сары, но я не прикасалась к ней. Повсюду уже и так было слишком много крови.

Я ошеломлённо огляделась и увидела Тамлела, лежащим у кромки воды. Должно быть, он лишился сил и упал.

Мне удалось подняться на ноги, я стала осторожно пробираться сквозь кровавую бойню к нему. Он лежал лицом вниз в прибое, и его тело было изранено когтями Нефилимов. Я вспомнила, как они забрали Разиэля в океан, чтобы исцелить его. Возможно, Тамлел искал туже целительную силу.

— Помоги... мне... — еле выговорил он.

Я опустилась на колени рядом с ним.

— Тебе нужно войти в воду?

Он уже промок насквозь и всё равно продолжал умирать.

Ему удалось покачать головой.

— Мне нужно... моя жена умерла. Она была одной из первых. Мне нужна Сара.

Я замерла.

— Давай я принесу бинты. Здесь есть врач? Твои раны заживут.

Он снова покачал головой.

— Я потерял слишком много крови. Нужен Источник. Найди...

Я не могла ему сказать. Должен быть какой-то другой ответ, какой-то другой способ помочь ему, но он не слушал.

— Я пойду найду её, — просто сказала я, вставая.

Вода не могла причинить вреда, и должен же быть кто-то на заваленном поле битвы, которое когда-то было большим вестибюлем, кто-то, кто мог бы помочь.

К тому времени стоны умирающих сменились фоновым шумом. Я двигалась как автомат, мимо слёз, мимо горя, мимо ужаса. Я уже добралась до открытой двери, когда кто-то схватил меня за юбку, потянув к себе, и я уставилась на другого Падшего, чьё имя я даже не знала.

— Помоги мне, — прохрипел он.

— Я постараюсь найти кого-нибудь, — терпеливо сказал я, оглядываясь на Тамлела, лежавшего в прибое.

— Нет, — он крепко держал меня за платье. — Спаси меня.

Моё сердце разрывалось из-за него, из-за них всех.

— Я ничего не могу сделать, — воскликнула я. — Ничем не могу тебе помочь.

Он всё ещё цеплялся за меня и, не раздумывая, я опустилась на колени рядом с ним, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы, и сердито смахнула их. Слёзы не помогут. Тамлел был так близок к смерти, что ничто не могло ему помочь. Этот был почти так же плох, и всё, что я мог сделать, это держать его, как я держала женщину на лестнице, пока он не уйдёт в мир иной.

Он закрыл глаза, весь цвет сошёл с его лица, и он начал дрожать. Я убрала волосы с его избитого, окровавленного лица. Кровь из моей руки, моя собственная кровь, размазалась по его губам, и я быстро попыталась вытереть её, его глаза широко распахнулись, и он каким-то образом ухитрился схватить моё запястье с неожиданной силой, больно выкручивая его в попытке поднести руку ко рту.

— Это не поможет, — начала говорить я.

Это должна была быть кровь его связанной пары или Источника, а Сара была мертва или умирала. Но потом я перестала бороться. Если бы он считал, что это поможет, если это облегчит его уход, тогда я не стану ему отказывать. Я позволила ему поднести свою разорванную плоть к своему рту, почувствовала, как его рот сжал мою руку, и я притянула его к себе на колени, держа его, пока он пил из меня.