— Я хочу поговорить с вами об Артёмке.

— О каком Артёмке? — не поняли дети, потом Кирилл Свиридов, который больше всех изводил Артёмку и каждый раз старался его пнуть, когда проходил мимо лежащего под столом мальчика, догадался:

— Это Сыкун, что ли?

— Вот об этом я и хотела вам сказать, — торопливо заговорила баба Валя. — Его теперь не надо так называть. Во-первых, Юлия Константиновна его вылечила и больше он писаться не будет. А во-вторых, дом у нас теперь волшебный, он всех вас защищает и никого не даёт в обиду. Поэтому, если кто-то попытается снова обозвать Артёмку, то сам описается. Все запомнили?

— Запомнили, — оробев, заверили мальчишки. Описаться никому не хотелось.

Ожидая возвращения ребят из школы, Артёмка очень волновался, хотя старался этого не показывать. Афоня чувствовал переживания друга, старался его успокоить:

— Не переживай, Тёмушка, — ласково уговаривал он мальчика. — Ты помни главное — жизнь у тебя изменилась к лучшему. Вот и здоровье тебе Юлия Константиновна поправила, и любит она тебя, в обиду не даст. А это главный закон жизни: чем больше ты замечаешь радостного в своей жизни, тем его становится всё больше и больше.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

Артёмка задумался, потом осторожно спросил:

— А этот закон и наоборот действует?

— И наоборот, — подтвердил его догадку Афоня. — Так что лучше плохого не замечать. А если не получается, то не придавать ему большого значения, больше думать о хорошем. О чём думаешь, то у тебя и прибавляется.

— Я постараюсь, — вздохнул Артёмка и признался: — знаешь, я ещё боюсь, как завтра в школе будет. Здесь ты со мной, воспитатели добрые, злых не осталось. А в школе-то всё по-прежнему.

— А ты думай о том, в какой школе ты хотел бы учиться, — посоветовал Афоня. — Если чётко представишь себе, то и в школе тоже изменения к лучшему заметишь.

Опасения Артёмки по поводу встречи с группой почти не оправдались. Только Кирилл Свиридов попытался, как всегда, пнуть стоящего у своей кровати Артёмку, когда проходил мимо. Но попал ногой по кровати, скривился от боли и прошёл дальше. Остальные мальчишки были так ошарашены увиденным, что на Артёмку не обратили особого внимания. А тут и баба Валя немного помогла.

— Вы Тёму спрашивайте, где тут что. Он помогал нашу комнату обустраивать.

Вопросы посыпались со всех сторон. Артёмка охотно отвечал, показал проход из шкафа с пространственным карманом в банный комплекс. Задерживаться в бане мальчишки не стали, баба Валя сказала, что их ждёт вкусный обед. Когда мальчишки пошли вытираться, вместо старой одежды нашли новую, чистую. Плавки с майками, рубашки, джинсы, носки и кроссовки. Всем одежду подбирал Афоня. Что удивляло Артёмку больше всего, это то, что больше никто из ребят не видел Афоню. Артёмка подсказал мальчишкам, чтобы они захватили с собой махровые банные полотенца и отнесли в свои именные шкафчики.

После восхитительного обеда баба Валя объявила:

— Мальчики, после обеда у вас тихий час.

— А что такое "тихий час"? — с недоумением спросил кто-то.

— Ложитесь в свои новые кроватки, кто хочет, может поспать, кто хочет, может почитать книгу. А я вам включу тихую музыку, вы что больше хотите послушать, тихую музыку или звуки природы?

— Звуки природы, — закричало несколько голосов, а Гоша Семёнов робко спросил:

— А разве мы на работу не пойдём?

— Работа у вас сейчас одна, — торжественно сказала воспитательница. — Хорошо учиться. Для других работ вы ещё маленькие. Так что укладывайтесь, а я вам сейчас включу звуки леса.

Послышался успокаивающий шум листвы, защебетали птицы. Артёмка тоже с удовольствием лёг в свою уютную постель и, зевая, спросил Афоню, который пристроился рядом:

— Афоня, а почему ребята тебя не замечают?

— Способности видеть обитателей тонкого мира у них не пробудились.

— А у меня пробудились? — ещё успел спросить Артёмка, но ответа уже не дождался, погрузившись в такой сладкий сон, которого и не знал до сих пор. В теле ничего не болело, было хорошо и уютно.

Артёмка безмятежно спал и не ведал, какой крутой поворот собирается сделать его судьба. И способствовать её повороту была намерена Юлия Константиновна. Конечно, она жалела всех воспитанников детдома, вместе с друзьями была намерена устроить жизнь каждого. Но Артёмка по-особенному взволновал её сердце. Она не могла без боли вспоминать страдания малыша, и те, что выпали на его долю в те годы, когда он жил с матерью, а особенно последние три месяца в детском доме.

Когда она собиралась на обед, в её кабинете появился Афоня.

— Тоже думаешь, как Артёмке помочь? — понимающе спросила его Юлия.

— Уже надумал, — сообщил домовой, — потому и пришёл. Артёмка боится идти в школу, так я предлагаю найти ему новую.

— И какую? — по хитрому виду домового Юлия поняла, что он уже и школу своему другу выбрал. И даже догадалась, какую.

— Правильно догадалась, — подтвердил Афоня. — Артёмка со мной с первых минут общается, а другие детишки меня и не видят. Так что давай попробуем связаться с директором твоей школы волшебников, будем уговаривать принять Артёмку на учёбу.

— Директор будет возражать, что уже конец учебного года, Артёмка не нагонит, — предположила Юлия.

— А мы не будем проситься во второй класс, пусть примут в первый. Тёмушка мальчик умный, вместе мы справимся.

— Ты, значит, с ним отправишься? — спросила Юлия то, что и так уже предвидела.

— Куда ж мы теперь друг без друга, — довольно улыбнулся домовой, — сама знаешь, такая дружба, как у нас, явление редкое, её беречь нужно.

— На своё место замену подобрал? — деловито осведомилась Юлия.

— Лутоню позвал, — сообщил Афоня, — он у нас в запасе остался, так очень доволен, что к малышам пойдёт.

— Тогда давай устраивать Артёмку в новую школу, — согласилась Юля, — тянуть, действительно, не стоит, а то малыш изведётся весь, думая о том, как он завтра в школу пойдёт.

Она послала вызов, и вскоре в углу кабинета появился Владимир Степанович Кононов, любимый Учитель и директор школы волшебников в Пудоже. И Юлия, и Афоня знали, что это не сам Учитель во плоти, а его голографическая копия, о чём никогда бы не догадался никто из простых людей. Учитель внимательно посмотрел на обоих вызвавших и приветливо улыбнулся.

— Здравствуй, Юленька, приветствую домового, внимательно вас слушаю.

— Здравствуйте, Владимир Степанович, — обрадовалась Юлия, — спасибо, что сразу откликнулись. Знакомьтесь, это Афоня, у него к Вам просьба.

Владимир Степанович обратился к Афоне, который пакетом передал ему всё, о чём хотел сообщить и просить: о нелёгкой судьбе Артёмки и о том, чтобы их приняли в школу. Долго обдумывать то, что ему сообщили, Учитель не стал.

— Иди, собирай своего друга. Когда будете готовы, сообщите, я вас телепортом заберу. Юлия, если решишься, то знай, что я одобряю и поддерживаю. Жду вашего вызова, пока распоряжусь приготовить вам с Артёмкой комнату — снова обратился он к Афоне и исчез.

— Интересно, на что это ты решаешься? — задумчиво посмотрел Афоня на волшебницу, что-то понял и улыбнулся. — Ну, я пошёл за мальчиком, мы скоро, — пообещал он и собрался уходить, но Юлия Константиновна остановила его.

— Пусть Артёмка ещё поспит, — сказала она. — Я сейчас пойду на обед, поговорю с мужем, а потом скажу тебе, куда вести Артёмку. Сразу в школу или сначала к нам.

— Хорошо, я буду ждать твоего зова, — согласился Афоня и исчез.

А Юля с Верой Ивановной оставили в детдоме своих дублей, вполне способных принимать простые решения, и перешли в отдельный кабинет столовой военного городка. Там их уже ждали Василий с Кириллом и Пётр. Петра подруги собирались после обеда взять с собой в детдом, он решил этот месяц побыть воспитателем у мальчиков 4-й группы. Его смена начиналась с 2-х часов.

Кирилл быстро обратил внимание на рассеянность жены.

— Что это ты сегодня какая-то задумчивая, что ли? — пошутил он.

— Мне надо посоветоваться с тобой по очень важному вопросу. Вот посмотри, — Юля подала Кириллу фотографию Артёмки.

— Откуда у тебя моя детская фотография? — изумился Кирилл. — Что-то я и не помню такой в нашем альбоме.

— Я эту фотографию сегодня сделала, — рассмеялась Юля. — Оригинал находится в нашем детдоме.

— Надеюсь, ты не подумала…? — смутился Кирилл.

— А должна была? — поддразнила мужа Юля.

— Конечно, нет, — возмутился тот.

— Ну и хорошо, вопрос снят, — рассмеялась Юля. — А я ничего такого и не думала. Я с тобой о другом хотела поговорить. Ты не будешь возражать, если в нашей семье появится девятилетний сынок?

— Этот? — внимательнее вгляделся в фотографию Кирилл.

— Этот, — подтвердила Юля. — Малышу столько довелось в этом году пережить, не приведи Господи и взрослому такое перенести. Я думаю, из-за этих страданий у него и пробудились паранормальные способности. Я уже договорилась о его приёме в Пудожскую школу волшебников.

Она кратко рассказала мужу и друзьям о страшной жизни Артёмки.

— Давай, забирай его поскорее оттуда, — поторопил Кирилл. — И знаешь что? Не торопись отправлять его сразу в школу. Там хоть Дашунька за братом и присмотрит, но сразу переходить из одного интерната в другой для малыша не очень полезно. Пусть поживёт до конца недели у нас, познакомимся поближе. Мы с Василием на выходные рыбалку запланировали, возьмём с собой обоих пацанят.

— А где у вас рыбалка намечается? — заинтересовался Пётр. — У Марата в пространственном кармане?

— В пространственном кармане, — подтвердил Василий, — только не у Марата, а у Юрия Колядина. Помнишь Вериного двоюродного брата?

— Это которого вы называете "путешественник по мирам"? — уточнил Пётр. — А он что, на Землю вернулся?

— Вернулся, — с довольным видом подтвердила Вера. — Я его уговорила помочь нам с детдомом. Будет с нового учебного года вести биологию в нашей школе, а пока приусадебное хозяйство нам создаёт. Сегодня с утра занялся, так увлёкся, что на обед не захотел прерываться, ему домовые обед понесли.