Перед прогнозом погоды обычно показывали интервью с каким-нибудь приезжим, который почему-либо заинтересовал местное телевидение. Диктор местного телевидения, располневшая молодая особа, объявила:

— Сегодня мы представляем вниманию наших телезрителей директора консультационного агентства "Помощь", которое начинает работать в нашем городе. Это Соколов Марат Константинович.

На экране рядом с диктором появился очень приятный на вид молодой человек, с пышной шапкой тёмных кудрей и умным взглядом карих глаз. Христофору понравилась его уверенная улыбка, прямой взгляд. Он почему-то подумал, что этот парень и Соловью-разбойнику не по зубам.

Тем временем интервью шло полным ходом.

— Марат Константинович, расскажите телезрителям, какую помощь может оказывать Ваша "Помощь", прошу прощения за тавтологию, — блеснула эрудицией диктор.

— В основном информационную и юридическую, — ответно улыбнулся Марат. — Денег, как таковых, мы не даём, придерживаемся библейского принципа: "Давать не рыбу, а удочку для её ловли". Вот наша "Помощь" и будет помогать людям самим выпутываться из трудных ситуаций. Не мы будем что-то для них делать, но люди будут действовать сами с нашей поддержкой. Ну, и бывают, конечно, случаи, когда самим людям не справиться. Предположим, Вам нужна защита от шантажиста или рэкета, — этими словами он как будто ответил на мольбу Христофора о помощи, которую тот посылал в никуда всё это время. У Христо вспыхнула надежда, что этот парень поможет ему, подскажет выход.

— Какие ужасы Вы говорите, Марат Константинович, — кокетливо перебила его диктор. — Слава Богу, ничего такого в нашем городе нет и быть не может. Мы здесь живём тихо и мирно.

— Хорошо, если так, — спокойно ответил Марат. — Мы можем оказывать и бытовую помощь: урезонить хулигана, утихомирить соседа-дебошира, прекратить издевательства над детьми в семье и на улице, помочь с трудоустройством.

— Ну, для трудоустройства у нас есть служба занятости, — вновь вступила в беседу диктор.

— Вот мы и поможем, когда служба занятости помочь не сможет, — ответил Марат. — Трудно сейчас перечислить все аспекты нашей деятельности. Поэтому в заключение нашей беседы я бы хотел попросить Вас показать на экране номера наших телефонов, чтобы те, кому нужна помощь, могли всегда позвонить нам. Звоните, начиная с этого момента, — Марат улыбнулся и исчез с экрана. На экране появились цифры номеров телефонов, один городской и несколько мобильных. Но показывали их недолго. Хорошо, что Христо успел запомнить номер городского телефона, который полностью совпадал с сегодняшней датой — 15208.

Христо встрепенулся и внимательно поглядел на своё семейство. Тамара напряжённо смотрела на экран, где уже появилась заставка прогноза погоды. Дети играли на постеленном на полу ковре, терпеливо дожидаясь, когда мама узнает прогноз и включится в их игры. Христо торопливо прошёл в кабинет и, подавляя внутреннюю дрожь, набрал запомнившиеся цифры номера телефона. Почти сразу в трубке зазвучал жизнерадостный девичий голосок:

— Агентство "Помощь".

— Вот как раз помощь мне и нужна, — невесело сообщил Христо.

— Поняла, — серьёзно и сочувственно отозвалась девушка. — Вас устроит, если Марат Константинович придёт к Вам через десять минут, чтобы узнать подробности?

— Э-э-э… да, устроит, — растерянно ответил Христо.

— Тогда ждите, — так же доброжелательно пообещал голос и связь прервалась.

Христо положил трубку на место и озадаченно подумал: "Я же не сказал ей, кто я, где живу. Так она и не спросила. А может это Соловьёв мне уже такую провокацию устроил?" — внезапно похолодел он. — "И через десять минут ворвутся его мордовороты и устроят мне такой ад, что никакая помощь не понадобится. Ну, нет", — возмутился Христо — "так просто я не сдамся. Дверь в квартиру крепкая, быстро не сломают, а я тем временем позвоню Славе, пусть соберёт своих ребят, конечно, тех, что не испугаются. На милицию надежды никакой".

Эти десять минут Христо провёл в спешных приготовлениях к обороне, при этом стараясь не выказать своей озабоченности домочадцам. Он даже продумал план эвакуации жены и детей через лоджию в соседнюю квартиру, находящуюся в другом подъезде. Немного погодя он с улыбкой вспоминал эти свои волнения. К счастью его опасения не оправдались.

Когда послышался звонок в дверь, и Христо включил телеглазок, на экране он увидел пустую лестничную площадку, и только перед дверью стоял тот парень, которого он видел по телевизору. В руках у него был красивый букет роз и коробка с тортом. Христо осторожно открыл дверь, готовый в любой момент снова захлопнуть её.

Гость дружелюбно улыбнулся ему и спокойно вошёл в квартиру, сразу посторонившись, чтобы хозяин мог запереть дверь.

— Соколов, Марат Константинович, — представился он. — Здравствуйте, Христофор Никифорович. Приятно познакомиться, несмотря на обстоятельства, — добавил он.

Христо молча кивнул, озадаченный тем, что Марат его знает. И снова у него возникли подозрения о причастности ко всему происходящему Соловьёва.

— Куда прикажете? — тем временем осведомился Марат, как-то привычно разуваясь и размещая обувь на обувной полке в коридоре.

— Мне поговорить надо наедине, — сипло произнёс Христо и откашлялся. Горло перехватило от всех волнений.

— Вы не волнуйтесь, — так тепло и понимающе улыбнулся Марат, что Христо как-то сразу успокоился. Ну не мог так улыбаться плохой человек, не мог. А гость предложил: — Если не возражаете, познакомьте меня сначала с семейством. Кому-то из них помощь тоже нужна, я боль чувствую, — пояснил Марат.

— А, это, наверное, у жены рука разболелась, — воскликнул Христо. — Она сегодня руку сломала. Проходите в гостиную, пожалуйста.

— Слушай, а может на "ты" перейдём? — неожиданно обратился Марат к хозяину, не торопясь проходить из прихожей в указанную комнату. — Я в городе человек новый, знакомых пока мало, друзей вот ищу. А нам с тобой теперь встречаться не раз. Да и нравишься ты мне, я хороших людей сразу чувствую.

— Я не против, — облегчённо засмеялся Христо, ощущая, как исчезает тяжкий груз, который давил на сердце. — Проходи, Марат, — громче сказал он, провожая гостя в гостиную, — знакомься. Это моё семейство, жена Тамара, наследники Матвей и Еленка.

— Очарован, как говорят наши заклятые друзья, — пошутил Марат, протягивая Тамаре букет приятно пахнущих роз. И процитировал: — Даме цветы, детям мороженое. Вроде не перепутал.

— А у вас там правда мороженое? — доверчиво спросила Еленка, с интересом разглядывая большую нарядную коробку.

— Нет, — признался Марат. — Мороженого там нет, зато там есть кое-что получше. Фруктовый торт со взбитыми сливками, всё свежее и качественное, фирма гарантирует.

Он поставил коробку на стол и обратился к Матвею:

— Будь рыцарем, поухаживай за мамой. Налей в вазу воды и поставь туда цветы, а то у мамы рука болит. А я пока ей эту руку полечу.

— А Вы врач? — с любопытством поинтересовалась Еленка, подбираясь к восхитительной коробке на столе.

— Я лучше, — подмигнув ей, таинственным шёпотом сообщил Марат, — я волшебник.

— Волшебники бывают только в сказках, — разочарованно заметила Еленка.

— А ты разве не знаешь гимн современных людей? "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью", — пропел Марат и наставительно заметил: — В волшебников надо верить, и тогда они тебе встретятся.

Тем временем Матвей принёс из кухни вазу с водой, взял у Тамары букет, который она держала здоровой рукой, поставил вазу с букетом рядом с тортом и решительно потребовал:

— А докажите, что Вы волшебник!

— Вот так всегда, — шутливо пожаловался Марат в пространство. — Куда катится человечество?! Никто не верит на слово, всем нужны доказательства. Хорошо! Я докажу, но взамен вы перестанете мне выкать, будете говорить мне ты. Для младшего поколения я буду дядя Марат. Договорились?

— Договорились, — кивнул Матвей и предложил: — Доказывай!

— Вот у вашей мамы очень болит сломанная рука, — начал Марат, бережно прикасаясь к гипсовой повязке на руке Тамары.

Только сейчас Христо заметил бисеринки пота на лбу жены, побелевшие сжатые губы, вымученную улыбку и мутные от боли глаза.

— Томочка, — бросился он к ней, — дать обезболивающее?

Тамара не успела ответить, вмешался Марат.

— Не надо обезболивающего, боль уже ушла, — сказал он, проводя рукой над гипсом. — Подтверди, — попросил он Тамару.

— Правда, уже не болит, — с облегчением сказала Тамара. — Вы просто волшебник!

— А что я говорил?! — торжествующе воскликнул Марат. — Так что выполняйте договор. Сейчас я маме вашей руку вылечу, и можете приступать к поеданию торта. А мы с вашим папой займёмся серьёзными мужскими делами.

— А я? — спросил Матвей, раздираемый противоречивыми чувствами. Он же тоже мужчина, значит, и ему нужно заняться этими делами. Но как же торт? Торт он очень хотел попробовать.

— А тебе тоже мужское дело поручается, — помог ему Марат. — Пока мы с папой решаем скучные деловые вопросы, тебе предстоит разложить торт по тарелкам. Хотя я вашей маме сейчас руку вылечу, но её надо пока поберечь, так что эту трудная работа на тебе.

Все, затаив дыхание, следили за дальнейшими действиями гостя. По мере того, как Марат вёл руку над гипсовой повязкой, повязка бесследно исчезала. Это сопровождалось восторженными вздохами детей. Под повязкой рука была распухшая, сине-красная. Марат только тяжело вздохнул и покачал головой, убирая следующим жестом все следы травмы с руки.

— Спасибо, — прочувствованно сказала Тамара, сначала осторожно, потом всё смелее шевеля рукой. — Совсем не болит, — радостно сообщила она.

— И болеть не будет, — заверил её Марат. — Рука у тебя совершенно здорова, как будто перелома не было.