Ника признала, что в доводах Игоря есть смысл.
— Игорь, вы мне напоминаете волка. — Вдруг сказала Ника заходя в дом.
— Почему волка?
— Волков называют санитарами леса.
— Ника разреши мне искупать тебя перед сном и разделить твою постель нынешней ночью? Я обещаю, что мы будем только спать.
Фраза была озвучена когда они поднимались по лестнице и Ника от неожиданности оступилась и чуть не упала. Игорь удержал ее и подхватил на руки. Он нес ее до самой двери спальни. В спальне не говоря ни слова раздел ее и снова на руках отнес в ванную.
Девушка молча терпела помывку, обтирание, одевание в сорочку. Игорь уложив ее в постель и укрыв одеялом, вышел. Через пол часа, когда Ника уже засыпала, свеже пахнущий Игорь в халате вошел в ее спальню. Сон отступил и Ника настороженно прислушивалась к происходящему в комнате.
Игорь снял халат и лег к девушке под одеяло. Притянул к себе поближе, обнял.
— Спи спокойно малышка, я не причиню тебе зла.
Какое-то время Ника не спала. Но прислушиваясь к размеренному дыханию Игоря заснула.
Игорь Олегович старался дышать ровно, усыпляя бдительность девушки. Когда ее сморил сон, он позволил себе погладить ее через ткань сорочки по груди, по животику и потереться о ее попочку.
Заснуть мужчина так и не смог. Перевозбужденный в три ночи он пошел в свою спальню и вызвал рабыню. Игорь быстро кончил в ее рот. А потом еще час кувыркался с ней в постеле.
*****
Ника проснулась и обнаружила, что в постеле она одна. Служанка на завтрак принесла творог с клубникой и клубничный морс.
В школу отвез ее дядя Слава. Ни Игоря, ни Богдана она утром не видела.
В школе, на уроках удавалось забыться. Зато на переменах мысли возвращались к ее положению в доме. Называть себя шлюхой ей не хотелось. А как тогда можно назвать девку спящую с мужем ее матери? Может надо задать такой вопрос отчиму? И как ей быть если он захочет большего, чем просто спать? Одни вопросы и не одного ответа.
Со школы ее забрал Богдан. Он был хмурым и молчаливым. Не доезжая до дома он снова свернул в лесополосу. Ника тут же занервничала.
Остановив машину Богдан растегнул ширинку, освободил вздрагивающего пленика.
— Ника, нагнись и возьми в рот. — Хрипло, не смотря на нее проговорил он.
— Не надо, Богдан. — Плаксиво попросила девушка. — Я не хочу делать тебе больно. Но если ты будешь…
— Заткнись! Ты меня с ума сводишь. Слышишь? Я из-за тебя становлюсь сумасшедшим! А ты жестокая стерва не хочешь помочь мне снять напряжение.
— Богдан, я не виновата…
— А кто виноват? Кто? Я тебя спрашиваю?
Вышел из машины, открыл дверь с ее стороны, выдернул, развернул и нагнул. Одной рукой прижимал ее голову к сиденью, другой задрал юбку и одним резким движением разорвал трусики. Ника кричала, дергалась пытаясь вырваться. Богдан обслюнявил палец и без предупреждения резко вогнал в анус. Девушка завопила, по телу прошла судорога.
— Мне больно! Не надо. Прошу, Богдан не совершай скверны.
— Тебе не может быть пока больно. Вот когда я вставлю свой меч в твои ножны, тогда будет больно. — Он вытащил и снова вогнал палец.
— Богдан, я согласна в рот. Пожалуйста, Богдан. Я все сделаю. Только не трогай меня там. — Девушка рыдала.
— Так какого черта ты вые….сь? То не буду сосать, то буду.
Он снова выдернул ее из машины. Потом усадил на сиденье и залез сам к ней передом. Ее голова упиралась в подголовник.
— Открой рот пошире, вытяни язык и больше ничего не делай. Я просто трахну твой гребанный рот. И попробуй только прикусить. Все переднии зубы повыдергиваю. Поняла? Хватит рыдать, открой рот.
Богдан засунул сначала головку, задержался на миг и качнулся вперед.
Голова упиралась в подлокотник и Ника не могла отклониться от глубоких проникновений. Скулы свело судорогой, рвотные позывы накатывались. Девушка делала глотательные движения и глубоко дышала носом. И вот в гортань попала первая струя горьковатого семени. Нику затрясло. Сдерживать желудочный спазм было уже невмоготу.
Богдан быстро вылез из машины и рывком вытащил Нику. Она упала на колени возле машины и ее беспощадно вывернуло наизнанку.
Пока ее рвало, Богдан достал баклажку с водой, сделал два больших глотка. Сполоснул член. Закрутил крышку и бросил баклажку на сиденье. После чего сел на водительское место.
— Долго будешь еще корчиться? Приведи себя в порядок и поехали. Мне еще по делам надо съездить, а ты меня задерживаешь.
Девушка поднялась на шатающихся ногах. Взяла баклажку, прополоскала рот, умылась и выпила оставшуюся воду. Села в машину, отвернулась к окну и застыла. По ее щекам катились слезы. Она их не вытирала. Просто сидела и глядела невидящим взором.
Заехав во двор, машина развернулась и остановилась.
— Вылазь и поживее. Я опаздываю.
Ника плелась к дому не замечая ничего вокруг. Ее кейс остался в машине, она о нем даже не вспомнила. Главное дойти и умереть. Как умереть она не знала. Но и жить так ей не хотелось.
Богдан смотрел ей вслед. Достал телефон, набрал номер.
— Я все сделал, как ты говорил. Принимай эстафету. — Отключился, завел машину и на бешенной скорости выехал со двора.
Ника поднималась по лестнице. Достигнув второго этажа она столкнулась с отчимом. От столкновения девушка пошатнулась и стала оседать, руки мужчины подхватили ее.
— Девочка моя, что с тобой? Малышка, ты почему плачешь? — Отчим нес ее в спальню. — Кто обидел мою девочку? Скажи, малыш, не молчи. Я за тебя горло любому порву. Девочка моя. — Игорь сел в кресле, девушку посадил на колени. Одной рукой он прижимал ее к себе, другой расстегивал блузку. Галстук сбился в сторону, блузка расстегнутая, лифчик задран вверх. Настойчивые руки мяли девичьи груди, вкрадчивый, тихий голос шептал у самого уха. — Любимая, нежная. Я тебе мир под ноги брошу. Только не плачь. Любимая моя.
Отчим стал покрывать поцелуями глаза, щеки, Взял в плен губы. Язык проник в рот.
Сердце девушки бухало в груди пытаясь вырваться. Вначале перенесенный стресс от унижения и чувства использованной салфетки. А потом ощущение безрассудной любви, отчаянная нуждаемость в ней. Прикосновение губ, языка, руки, шепот признаний — сводили ее с ума. Мыслей не было. Было желания раствориться в любви. Пусть не в своей, но и чужая сможет спасти ее. Хотелось больше чем поцелуи. Девушка была уверена — только он может ей дать то, что необходимо.
Отчим убрал руку с груди и засунул ей под юбку. Ноги сами раздвинулись. Когда умелые пальцы нажали на средоточие ее желания. Девушка вскрикнула и дернула бедрами вверх. Тогда отчим всунул в нее средний палец, а большим круговыми движениями водил по вздувшемуся бугорку. Девушка интенсивней задергала бедрами. Казалось еще чуть-чуть и она получит то, что ей жизненно необходимо. Еще чуть-чуть…
Вдруг все исчезло. Ника разочарованно вздохнула. Отчим встал и поставил ее на трясущиеся ноги, которые были не способны держать ее. Она не падала только благодаря крепким рукам удерживающим за талию.
Мужчина посадил девушку на кровать и стал раздевать. Она внимательно следила за каждым его действием, боясь дышать. Когда на ней не осталось ни одного клаптика материи, отчим встал на колени и снова стал покрывать ее лицо и тело поцелуями. Затем толчком руки опрокинул ее на спину, потянул на себя за ноги при этом раздвигая их. Он ворвался в нее языком имитируя член. Девушка до крови прикусила губу и снова задергала бедрами. На самом пике, когда вот-вот и… Мужчина снова отстранился.
Из горла девушки вырвался низкий стон переходящий в хрип. Она лежала на спине, попа свисала с кровати, согнутые ноги оставались раздвинутыми. Ника смотрела как мужчина медленно, очень медленно снимает с себя одежду. Девушка облизнула в миг пересохшие губы. Мимолетное движение и молодец обрел свободу, гордо задрав вверх головку. Ника судорожно сглотнула.
Игорь обеими руками крепко обхватил девушку за талию, поднял вверх, их губы встретились. Требовательный, чувственный поцелуй опалил ее жаром и неожиданно из ее гортани вырвался низкий стон. Она не задумываясь положила ладошку на его грудь. Он тут же прижался тесней. Прервав поцелуй, посмотрел на нее, его глаза отражали абсолютное счастье.
Чувство переполнявшие Игоря, передолось Нике и она потянулась к его губам. Он не шевелился, позволяя ей взять пальму первенства.
Неумело прижалась к губам, отстранилась, провела языком, обхватила нижнюю губу и втянула в себя. Он не выдержал. Подхватил под попу, поднял, ее ноги обхватили торс, вжался в нее, стараясь раствориться в ней. Его поцелуй стал жестким, требовательным.
Мужчина уложил девушку на кровать. Под попу подложил подушку. Устроился между ее ног, сгибая их в коленях.
— Направь своей рукой. — Прозвучал в тишине спальни низкий голос.
Она не сразу поняла его просьбу. Соображение плавало в тумане желания. Легонько пальчиками коснулась плоти. Вспомнилось как Богдан сжимал ее руками свой жезл, сжала плоть Игоря и стала двигать туда-обратно.
— Девочка, пожалуйста не мучай. Дай окунуться в тебя.
Она направила. Как только головка коснулась горячего, исходящего соками лоно, Игорь резко вошел. Боли Ника не почувствовала. Зато нарастало нечто. С каждым толчком оно росло и вдруг взорвалось в ней. Наконец-то, вот оно! Ника выгнулась дугой и закричала во весь голос.
Игорь еще раз качнулся и зарычал освобождая накопившуюся страсть. Извержение было обильным. Мужчина от избытка эмоций стал покусывать шею, плечи, грудь, живот своей женщины. С дыханием Ники творилось неладное. Широко раскрытым ртом она ловила воздух. Стенки ее лона мелко содрогались.
— Что это? — С трудом выдавила из себя.
— Поздравляю, малышка, ты стала женщиной. — Игорь не выходя из нее и крепко сжимая в объятиях перевернулся на спину, устроив свою женщину у себя на груди.
— Но…