— Мы познакомились в Ленинграде. Она с друзьями отмечала окончания учебы в институте живописи им Репина. Я, не помню по какой причине, тоже зависал с парнями в том же ресторане. Как бы банально не звучало — я влюбился с первого взгляда. Через полгода мы стали жить вместе. В те годы не были приняты гражданские браки, однако люди искусства всегда были над предрассудками. Десять месяцев прожитых с Лизой были самыми живыми и счастливыми в моей жизни. — Игорь снова наполнил стакан водкой и выпил как воду, большими жадными глотками. — Потом мне пришлось жениться на твоей матери. Доченька влиятельного папочки захотела взять меня в мужья. Передо мной стал выбор, или меня отправят на периферию идиотам слюни подтирать, или стану главврачом в неврологическом отделении крупной клиники. Лизавета меня не поняла. Она из тех для кого "с милым рай и в шалаше". Она уехала в неизвестном направлении, а меня поглотила работа. Когда ты родился, тесть на радостях расщедрился. Как же наследник родился красавцем, не то, что его блеклая дочурка. Мы переехали в этот город. Я получил свою клинику и дом, где мы живем. Тогда же я стал разыскивать Лизу и готовить для нее мансарду, а твою мать приучать к наркотикам.

— Ты ее совсем не любил? — Задал вопрос Богдан. Мать он совсем не помнил. Он даже никогда не видел ни одной ее фотографии.

— Любил? Да я ее ненавидел лютой ненавистью. Я ее трахал самыми извращенными способами. Если бы бил, меня тесть с гавном смешал бы, а то, что делается за дверями спальни неприкосновенно. Я еженощно издевался над ней и заставлял по сто раз за ночь повторять, как она жалеет, что возжелала меня. О да, я им обоим отомстил.

— Лизу ты нашел, когда мать была еще живой, ведь так?

— Да, ждать когда сучка загнется от герыча было некогда. Лизка предательница успела влюбиться. Я приехал на полчаса раньше жениха и увез ее прежде чем она стала женой другого. Лизке как никому другому шло белое платье невесты. С тех пор я ее одевал только в белое.

— Как же жених отреагировал на похищение невесты?

— Не было похищения. Под действием гипноза Лиза написала письмо несостоявшемуся мужу. Тот после прочтения, сел в машину и на полной скорости влетел в бетонную стену. Как я слышал его кусками выковыривали из груды металла. Лизка не простила мне смерть своего женишка. И всегда подчеркивала свое негативное отношение ко мне. Вернув Лизу, я не смог вернуть наше счастье. Однажды я ей сказал, что отпущу ее, как только она родит мне девочку похожую на нее. Я даже делился с ней своими мечтами, самому вырастить свою женщину. Представляешь, Бог, какими мы были бы счастливыми. Я, ты и наша совершенная девочка, с младенчества приученная дарить и получать любовь.

— Что было потом?

— Потом наконец сдохла твоя мамаша, тесть вылетел следом.

— Ты имеешь в виду вознесся?

— Нет, я имею в виду, что он возомнил из себя сокола, хотя всю жизнь был дятлом. Поднялся на крышу высотки и полетел. Только не вверх, а вниз. Я вел его со стороны и отпустил когда он был уже в полете. В последнии секунды жизни он поймал драйв.

— После смерти матери Лиза ведь так и осталась жить в мансарде?

— Она как то притихла, присмирела. Согласилась на фотосессию. Я даже стал думать, что у нас налаживаются отношения. Предложил ей выйти за меня замуж. Она согласилась. Я перестал запирать ее на чердаке. Мы готовились к свадьбе. Лизе шили свадебное платье в лучшем салоне города. Я вообще развернулся не по детски. Самый большой и дорогой ресторан, именитые гости со всей страны, живая музыка с участием звездочек эстрады. Наша свадьба должна была стать самым значимым событием в городе за все его существование. За неделю до свадьбы Лизка стала выносить мне мозг. Неправильно видите ли жениху и невесте выезжать из одного дома. Я и тут пошел ей навстречу. Вечером отвез в гостиницу, где снял для нее люкс. Расставил охрану и уехал на собственный мальчишник. А утром в люксе вместо невесты меня ждала записка: " Сергей шлет тебе привет и поздравление". Как я понял, Сергеем был ее женишок. Если бы я ее тогда нашел, то убил.

— Но ты все же нашел ее?

— Ей удалось спрятаться от меня на целых восемь месяцев. Месяц, после водворения ее на законное место, она писала кровью. Незабудки были первой ее картиной после возвращения. Я разгадал ее замысел, унизить меня больней. Ведь своей мазней она плюнула мне в лицо: "Не забуду победу над тобой". Что ж я показал ей победу, она еще месяц на полусогнутых ходила. Прошло еще четыре месяца. Довольно таки тихих месяца. Днем она писала картины в жанре обманки, качалась в кресле, часами вперившись в одну точку, по ночам ни в чем мне не отказывала. Даже получала удовольствие. Я снова расслабился. Когда пришло первое приглашения провести лекцию в Американском колледже, я согласился. Вернувшись, Лизку я не застал. Она порезала вены на двух руках и охрана не придумала ничего лучше как вызвать скорую. Из больницы она снова сбежала. Не пойму, что ей не хватало? Стала бы моей женой, мир под ноги ей кинул. Дура баба.

— Ты ее отпустил?

— Э нет. Чем дольше я не мог ее найти, тем больше разгорался азарт. Целых три года она жила невидимкой. Ее выдали документы по трудоустройству. Она устроилась нянечкой в доме малютки. Получала копейки, зато ей предоставили жилье. Видел бы ты то жилье — конура у собаки больше. Когда я увидел на какое убожество она променяла мою любовь и все блага к ней прилагаемые, то обезумел от ярости. Меня личная охрана оттаскивала, а я все вбивал и вбивал ногами в труп стервы свою ярость.

— Отец, зачем ты создавал себе проблемы. Вокруг тебя постоянно вьются женщины, желающие залезть к тебе в постель. Да и любая низшая к твоим услугам.

— Сам не раз задавал себе этот вопрос. Наверное хотел вернуть утраченное счастье. Десять месяцев прожитых с Лизой были до того яркими, что я могу вспомнить поминутно каждый день. Та Лиза ассоциировалась у меня с "лучом света в темном царстве". Таким лучом сейчас стала Ника. Она последний мой шанс обрести счастье. И я из кожи вылезу, но не упущу его.

*****

Оставшись одной, Нику непреодолимо потянуло к креслу-качалке стоящего у окна. На сидушке лежала маленькая подушка — в красном бархате с вышитой желтым бисером розой. Надо же, единственная цветная вещь в белом коконе. Девушка взяла в руки яркую вещицу ведь сидеть на красоте кощунственно.

Кресло тихо поскрипывало, пальцы бегали по бисеринкам, им не хватало клавиатуры. Чертов отчим, ладно одежду не передал, ей пришлось воспользоваться простыней, так еще смартфон зажилил. Как она выдержит полтора суток в белом царстве без интернета?

Изнасилуй он ее, Ника с радостью ознакомилась бы с творчеством неизвестной Лизы. Но насилие было и никуда теперь от воспоминаний не деться. Поэтому картины стали противны так же как все, что связано со старым козлом Игорьком.

Зря она строила из себя хорошую девочку. Не работает выбранное ею поведение "английской леди". Этим козлам покажи палец, они руку оттяпают. Что ж хотят сделать из нее шлюху? Будет им шлюха. Терять ей нечего. Все, что было, уже потеряла.

От переизбытка негативных чувств пальцы сжали подушку пытаясь скомкать ее. Как странно, вещица из перьев не хотела комкаться. Что-то твердое прощупывалось внутри. На одном боку нашлась потайная змейка. В середине красочной наволочки оказалась невзрачная, бежевая подушка и общая, еще советских времен, тетрадь. На титульном листе было написано:

" Некрасова Елизавета КРИК ДУШИ "

Вряд ли Мерзликины знают о наличии тетрадки. Ника перевернула страницу. Крупные буквы с наклоном вправо читались легко.

Первые строчки захватили Нику и понесли по истекающим кровью обнаженным ранам Елизаветиной души.

Ника плакала над тетрадью, добавляя кляксы слез к тем, что когда-то оставила Лиза. Плакала горько, переживая вместе с несчастной женщиной.

" Он предложил мне свободу если я рожу ему девочку. Есть Бог на свете. Само провидение заставило поделиться его со мной своими планами на ребенка.

Своего двух летнего сына он заставляет мять и сосать мою грудь, когда сам насилует меня. Страшно подумать каким изломанным, исковерканным вырастет ребенок с печальными глазами. На девочку у больного извращенца более ужасно-изощренные планы.

Вчера я поняла, что беременная. А сегодня боюсь дать жизнь своему ребенку. У меня два выхода — умереть не родив или сбежать пока он не понял о моем состоянии. Правда придется оставить ребенка в роддоме. Одна мысль об этом заставляет сердце истекать кровью. Что значит материнская боль в сравнении с надеждой на счастливую жизнь ребенка?"

" То как прижимала к себе маленькая блондинка, кажется детский врач, ребенка, я поняла моя дочь нашла мать"

С этого момента глаза у Ники высохли и дальше она продолжила читать затаив дыхание, со смешанным чувством нереальности и страхом подтверждения ее подозрения.

" Сидя в машине приятеля я наблюдала как врач, блондинка с сияющими радостью глазами смотрела на своего мужа. Ее радость была тенью безграничного счастья излучающего высоким красивым летчиком, трепетно прижимавшим к широкой груди мою девочку. Кроха тонула в его больших руках. И я испытала облегчение — такой папа сможет уберечь малышку от любых невзгод.

Я проследила за родителями уже не моей дочери. Теперь смогу, со стороны, иногда смотреть на малышку."

Ника услышала как позади открылась дверь. В спешке она сунула тетрадь в наволочку и застегнула молнию в нервозном состоянии чуть не порвав ее.

Шаги, явно мужские приближались к ней.

— Не подходи! — Сама не ожидая от себя, заорала она, прижимая к груди подушку.

Шаги замерли.

— Ника, это я, Богдан. Я принес тебе поесть. — Состояние девушки его напугало.

— В жопу засунь своему уроду-отцу жрачку! — В ее крике слышались истерические нотки.