Глава 36.

Когда я вернулся к лодке, Кэррин сидела на стуле на крыше лодочного сарая. Её P90, оружие личной защиты, которое было незаконнорожденным ребёнком штурмовой винтовки и коробки бельгийского шоколада, лежало на перилах, его ствол смотрел в том направление, где я стоял и вёл переговоры мгновение назад.

Я проверил. У неё был хороший обзор того места, где я стоял с Ларой, а также того, где Фрейдис вышла из воды.

- Они обе были под прицелом, а? - спросил я.

Она пожала плечами:

- Я знаю, кто мои друзья.

- Но ты не выстрелила.

Она сложила руки так, сложно замёрзла.

- Я так же знаю и кто мои враги. - Она взглянула вниз, туда, где Лара и Фрейдис отмывались от грязи и переодевались в запасную одежду. Некоторая одежда принадлежала Томасу и вроде бы подходила. - Лара устала и испугалась и действовала инстинктами, - продолжила Кэррин. - Иначе никогда не кинулась бы на тебя так.

Секунду я смотрел на Кэррин. Затем сказал, удивлённо: - Она тебе нравится.

- Я нахожу её ужасающей, - ответила она спокойно. - Но выражу некоторое уважение. Когда мы работали вместе в ОСБ, она всегда делала свою часть работы и держала своё слово. Это не пустой звук.

- Верно, - сказал я. Я открыл лодку, чтобы рёв двигателя помешал Ларе подслушать наш разговор. Вампиры и их слух. - Итак, я сделал из неё врага.

Кэррин фыркнула: - Может быть. Но я всё видела. Ты побил её, но ты не проявил к ней неуважение. Она не такая мелочная, как большинство сверхъестественных существ, которых я встречала. Может она решит пересмотреть это. - Она пожала плечами. - И если она захочет сразиться, мы сразимся.

Эта ночь была напряжённой и особенной. Уверен, что любая битва, которую Лара начнёт в будущем, будет обставлена так, чтобы до нашего хода не дошло, - сказал я.

Кэррин посмотрела на меня яркими голубыми глазами: - И? Ты хочешь убить её прямо сейчас и бросит её в озеро?

- Конечно нет, - сказал я с досадой.

- Тогда брось беспокоиться об этом, - сказал она. - Или разберись с ней сейчас или прими тот, что не сделав этого, ты даёшь ей преимущество. В любом случае, жалобы тебе не помогут.

- Если совет выпнет меня, - сказал я, - ничто не оставит её от того, чтобы придти за мной когда она захочет.

Кэррин фыркнула: - Разве что Мэб.

Я поджал губы. Действительно. Честно говоря, мои долгосрочные прогнозы были на смерть от руки Мэб, так или иначе, но пока я пытаюсь делать что-то для неё, у меня есть определённые преимущества от моей роли официального Бандита Зимы. Я был известным. Любой, кто захочет придти за мной за пределами различных тёмных игр, должен будет составить таблицу рисков, прежде, чем предпринять попытку, и даже тогда, если бы у них не получилось сделать всё идеально, так, что они могли избавиться от тела и избежать моего смертного проклятия, оно всё равно настигло бы их рано или поздно в лице Зимней Королевы.

Никто особенно не заботился о том, чтобы не пересекаться с Зимними, тем более Сидхе, которые правили другими хищниками-фейри с помощью явной злобы и силы. Репутация Мэб и сила её личности создала Неблагие Соглашения, в конце концов.

Мэб не была добрым и мягких боссом, но она и никогда не предавала меня.

Если она давала обещание, она держала его, и все это знали.

Все, кроме Этнуи, видимо.

Я обнаружил, что снова и снова переворачиваю кристалл в руке. Он был около шести дюймов в длину и от дюйма до двух дюймов в толщину и сверкал очень, очень слабым светом, которое можно было увидеть только краем глаза.

- Это такой же, как ты использовал для Томаса? - спросила Мёрфи.

- Ага.

- Ты думаешь, ты сможешь поместить Титана внутрь одного из них?

- Конечно, - солгал я.

Она небрежно сплюнула через борт лодки и посмотрела на меня.

Я поморщился. - Связывание - сложная работа. Ты противопоставляешь свою волю воле того, кого пытаешься связать. Если твоя воля сильнее, это создаёт узы. Если нет...

- То, что ты пытаешь связать, приходит тебя убить?

- Она сделает это в любом случае, - указал я.

Кэррин склонила голову набок в знак согласия. - Так у тебя голова твёрже, чем у Томаса?

- Оно не был в форме, чтобы сражаться, - сказал я. Я задумчиво пожевал губы. - У него был долгий, долгий день.

Кэррин кивнула. - Ты ранил его, поместив его туда. Так ведь.

- Может больше, чем его когда-либо ранили, сказал я. - Но у меня не было много вариантов.

- Матерь Божья, - она посмотрела на меня, а затем в темноту. - Мне жаль, что тебе пришлось сделать это с ним.

- Меня не ранило.

- Конечно. Что случится с Томасом, если ты не выберешься из этой битвы?

- Он останется тут, - сказал я. - Возможно, к лучшему.

- Гарри, мне нужна твоя честность здесь. Его можно вылечить? Или ты просто покупаешь ему время?

Я пожал плечами и тряхнул головой. - Я не знаю.

- Не знаешь?

- Эй, я придумываю на ходу, - я подумал о брате, пойманному в ловушку в тюрьме из кристалла на следующую обозримую вечность. И о Жюстине и её ребёнке, одних. - Но я должен попытаться.

Она выдохнула через зубы и кивнула. - Да.

Лодка медленно плыла через озеро обратно в город. Мы оба стояли, глядя на него, безмолвное напряжение нарастало.

Я почувствовал, как её рука скользнула в мою.

Теперь в городе горели огни, хотя мы не могли видеть их, пока не оказались в пределах видимости берега, - свечи в окнах. Огни большего размера, возможно, в мусорных баках.

Город был тихим и тусклым в темноте, неестественно неподвижным.

Ожидающим.

И где-то в нём, моя дочь сейчас спит, Мыш где-то у её ног.

Я подумал об отвратительном алом свете Ока, пронизывающем маленькую крепость Марконе.

- Это... - я вздохнул. - Это слишком велико.

- Что ты имеешь в виду? - спросила она.

- Это слишком велико, - сказал я. - Это не раздираемая войной страна, где всё можно объяснить. И не чудак-частный детектив с причудливой фишкой. Это Чикаго. Этнуи и Король Корб не пытаются держать всё в тайне. Такая кровь будет пролита... Он будет вопить.

- Люди будет в ужасе, - сказала Мёрфи.

- И они возьмутся уничтожать то, что их пугает, - сказал я. - Это сделает Испанскую Инквизицию похожей на надувной замок.

Мёрфи вздрогнула. - Если Этнуи и Корб провернут это дело, это приведёт мир смертных и сверхъестественный мир к войне.

Я смотрел вперёд на тусклый горизонт моего города, призрачного во тьме.

- Да, - прорычал я. - Если.

И я выжал из старой лодки всё, что мог.