Его голос стал злым и едким.

- И мне не нужен тот, кто будет ее шантажировать и подставлять. Это ужасно, Шиори.

Слезы блестели на ее глазах.

- Томо-кун, я только…

- Не называй меня так, - сказал он. – Для тебя я Юу.

Слезы полились по ее щекам, она побежала прочь, покачиваясь из-за тяжелого живота.

- Хидои, - сказал Джун, следя за Шиори. Я тоже думала, что Томо поступил жестоко, но я его не винила. Боль на его лица была ужасной, но я боялась приближаться. А если он меня оттолкнет?

- Убирайся отсюда, Такахаши, - предупредил Томо. – Мне нечего тебе сказать.

- Я хотел убедиться, что с тобой все в порядке, - сказал Джун. – Кэти рассказала о чернилах на досках. Ты ничего не хочешь рассказать?

- Например?

- Помутнения? Необъяснимые рисунки? Ухудшившиеся кошмары?

Голос Томо стал недовольным.

- Нет, - он врал, но я его не винила. Он ненавидел Джуна даже больше, увидев, как он целует меня.

- Отрицание не поможет, Юу.

- Я не присоединюсь к тебе, так что отвали.

Джун взглянул на меня холодными мерцающими глазами.

- Я тревожусь о Кэти. Ты опасен для нее.

Томо сузил глаза.

- Я не просил ее сюда приходить, - слова больно жалили, хотя он и хотел лишь защитить меня. Я хотела быть с ним. Я пришла сюда сама. – Ты можешь пытаться подобраться ко мне с ее помощью, но я ей не наврежу, так что прочь отсюда.

- С ее помощью! – рассмеялся Джун. – Вот что ты думаешь? Нет, Юу, сам ты ее не ранишь. Но ты не можешь игнорировать предупреждения на досках. А если ты ее убьешь?

- Это лишь угрозы! – крикнул Томо, вскакивая на ноги. Он сжал ладони в кулаки. – Лишь кошмары.

Голос Джуна был похож на раскаты грома.

- Нет. И мы оба это знаем. Ты – оружие, Томо. Тебя создали с одной целью. Кара. Возмездие. Вот и все.

Томо покачал головой.

- Я тебе не верю, - он разжал ладони и поднял голову, его взгляд обжигал. – Я. Не. Буду. Убивать.

Заговорила Икеда.

- Джун знает, о чем говорит.

Я взглянула на нее, Джун тоже обернулся.

Икеда смотрела на землю теплым взглядом.

- Он знает, да, Джун? Почему ты не расскажешь Кэти, откуда ты столько знаешь о способностях Ками?

- Икеда, - сказал Джун, - не сейчас.

- Нет, - возразила Икеда, сжимая руки в кулаки. – Думаю, Кэти стоит узнать, что случилось, не так ли?

В ушах шумела кровь. Что происходит? Еще больше секретов?

- Почему ты не спросишь его, Кэти? Что случилось с его отцом? И мы поймем, кому можно доверять.

- Сейчас это не имеет значения! – прорычал Такахаши.

- Они должны знать, - крикнула Икеда. – Я прошла с тобой все, Джун. Я не могу больше стоять и смотреть, как все рушится. Юу должен знать, что могут сделать чернила теми, кого любишь.

- Что случилось, Джун? – спросила я. Томо скривился, но ничего не сказал.

Джун стоял и глубоко дышал. Его светлые пряди почти светились в темноте. Глаза его были холодными. Он вспоминал что-то ужасное. Я уже не хотела этого знать.

- Отец приносил много денег за работу на якудза, - сказал тихим голосом Джун, звуча младше, чем обычно. – Пока не произошла случайность. Парень, которому они продали пистолеты, не оценил товар и потребовал деньги назад. Была стычка… отца подстрелили, - он коснулся рукой волос и прислонился к мотоциклу. – Они не хотели пускать его в больницу, ведь тогда об этом узнала бы полиция,… потому они лечили его силами якудза. Медсестра. Она заботилась о нем, приходила даже к нам домой, когда мама была на работе, а я – в школе, - он сжал ладонь в кулак, глаза вспыхнули… грустью? Злостью? Я попятилась. Мне не нравилось развитие его истории.

Он встал и прошел мимо Томо и меня, остановившись у мостика, ведущего через два пруда. Вдали мерцала гора Фудзи.

- Она влюбилась в него, - наконец, сказал Джун. – И этот подонок месяцами крутил с ней, пока мы не узнали. Однажды я пришел домой раньше… в тот день я сдавал экзамен в среднюю школу, - он понурил голову и опустился на траву рядом с водой. Он покачал головой, словно хотел вытряхнуть из нее воспоминания.

- Короче говоря, его отец убежал с ней, - сказала Икеда.

Джун схватил камешек и крутил его пальцами.

- Мама плакала месяцами. У нас не хватало денег, потому что он потратил все на эту заразу, пока мы едва сводили концы с концами. Вы хоть знаете, как можно готовиться к экзаменам, когда в соседней комнате плачет мама? Как можно согласиться работать с якудза, лишь бы оплатить школу? – он бросил камень в воду, и тот с шумом утонул. Вода брызнула, и капли попали на его челку. Он встал и развернулся к нам.

Он готовился рассказать о худшем. Я понимала.

- И что ты сделал? – прошептала я.

Плечи Джуна опустились, он отвел взгляд на воду.

- Несчастный случай.

- А я-то думал, у тебя такого не было, - сказал Томо. – Значит, не только я – нестабильный Ками.

Икеда села на край своего мотоцикла.

- Он делал домашку. Его мама плакала в ванной. И он сорвался. Я видела блокнот, Кэти. Он все еще в его комнате. Страницы исписаны кандзи. Местами порваны и продырявлены. Все подчеркнуто, чернила размазаны.

Голос Джуна дрожал.

- Я не выдержал. Он подставил нас с мамой.

В горле пересохло. Мне не нравился его рассказ. Мне все это не нравилось.

- Что он написал, Икеда?

- «Подонок. Я ненавижу тебя. Я хочу, чтобы ты умер. УМРИ. УМРИ. УМРИ».

- И он умер, - выдохнула я.

Джун замолчал, заговорила Икеда.

- Он упал прямо в магазине в Гинза, в Токио. Полиция приехала и узнала медсестру, ее арестовали за участие в делах якудза.

- Это все из-за якудза, - прорычал Джун. – Если бы он не работал с ними, он выжил бы.

- Боже, Джун, - сказала я, дрожа. – Ты… убил своего отца.

Он холодно посмотрел на меня, сжимая кулаки.

- Это они, - сказал он. – Это не я. Откуда мне было знать, что эта надпись убьет его? Он довел меня до этого!

Я прижала ладонь ко рту.

- Вы должны знать, - сказала Икеда, - на что способны Ками. Возвращайся в Америку, Кэти. А здесь тебя ждет только тьма, тебе это не нужно.

- Ошибаешься, - покачала головой я. – Я должна остаться. Я – отчасти Ками. Это и мой мир тоже.

- Нет, она права, - сказал Томо, я сверлила его взглядом. – Тебя могут убить мои рисунки, даже мои слова.

- Ты забыл, что Икеда на их стороне? – спросила я. – Конечно, она так скажет. Они все это затеяли, чтобы я бросила тебя, - нет, но это я поняла, когда слова уже вырвались. Она хотела отогнать меня от Джуна. Это было ее манипуляцией, как Шиори сделала с Томо. Икеда хотела вернуть Джуна себе, только и всего. Она хотела, чтобы я его боялась.

Это сработало.

- Кэти, - Джун повернулся ко мне. Его глаза стали теплыми, он протянул руку. Я была напугана и едва могла смотреть на него. Он убил. Убил своего отца. – Пожалуйста, не бойся, - сказал он. – Я никогда тебя не трону. Я уже изменился. Я научился управлять чернилами.

Он шагнул ко мне, я сжалась.

- Назад.

Тепло в его глазах угасло. Какое-то время он стоял и ничего не говорил. А потом в обвиняющем жесте вскинул руку в сторону Томохиро.

- Это все из-за тебя, - заявил Джун. Нас окружил ветер. Он трепал его черно-белые волосы.

- Всегда виноват кто-нибудь, но не ты, да, Такахаши? – спросил Томо. Джун помрачнел.

- Ты ничего не знаешь. Не смей меня осуждать. Это ты убил свою мать.

Томо словно ударили, в его глазах вспыхнула боль.

Джун рассмеялся.

- О, да, а ты думал, я ничего не знаю, Юу? Ты ведь винишь себя? Она приносила тебе обед. Если бы ты не забыл его, она не пошла бы туда. Ты тоже виноват. Ты чуть не убил своего друга Коджи, призвав инугами. А твоя новая жертва… - он указал на меня, я поежилась. – Она выбрала демона, а не меня. Грязного ребенка Сусаноо.

Томо дрожал с каждым вдохом, ему было больно, он злился.

- Ты сошел с ума, - прошептал он.

- У меня всю жизнь все забирают, - сказал Джун. – Я не отдам тебе Кэти.