Мертвец посреди пустоты был королем, и я скривилась. Огненный шар задрожал, грозы взорваться. Я подумала о воде — дожде, реках, спокойствии. Она отозвалась быстрее, чем огонь, может, потому что я отчаянно хотела погрузиться во тьму и не видеть больше эти глаза.

Саша была рядом, когда я проснулась, и я тут же заметила ее хмурое выражение лица.

— Что ты видела? — тут же спросила она, не дав мне толком открыть глаза.

Попав в видение, я упала с кресла, и теперь болел затылок. Но, ощупав голову пальцами, я не нашла кровь, лишь небольшую шишку. Я поднялась на ноги и с осторожностью устроилась в кресле.

— Очередное видение Водяного. Я была в длинной комнате в кромешной тьме. Я не видела ничего. Но призвала огонь…

Она вскрикнула:

— Смогла? Это… невероятно!

— Я чуть не взорвалась, но призвала огонь, чтобы разглядеть, куда попала… — я вцепилась в край туники. — Саша, я не хочу больше через это проходить. Призыв огня освобождает мою ярость. Это больно… это… страшно.

— Что случилось? — требовательно спросила она.

— Мне нужен был свет, ведь… я думала, что там мой отец. Но когда огонь появился, это был другой человек, — сказала я. Голос был отрешенным и тихим. — Он лежал там. И плакал. Но на лице не было слез. Он не издавал ни звука. Плач исходил из его сердца.

Саша неодобрительно хмыкнула, мой ответ сбил ее с толку.

— Кого ты видела?

— Короля, — ответила я. — Король лежал на полу. Он точно был мертв. Его глаза не моргали. Он не дышал. Я видела его недолго, но от этого стало так холодно… внутри, — я поежилась, лед снова сковал меня.

Саша притихла. Она скрестила руки на груди и, задумавшись, смотрела в пол.

— Почему в комнате не мог плакать кто-нибудь еще?

— Это была не комната, — сказала я. — Пустое пространство. Не знаю точно, но, похоже, я была в его сознании. Я чувствовала его страх, боязнь, что вокруг ничего нет, словно при мыслях, есть ли загробная жизнь. Вот такой страх. Думаю, король боится смерти. И я увидела его страх. Или так его показал мне Водяной.

— И мы снова пришли к ним, — сказала Саша. — Водяной и король. Дневник, тайная лаборатория и видения… Они должны быть связаны.

— Да, — сказала я. — Водяной угрожал мне перед видением. Говорил, что я должна найти то, что изменит его судьбу, или он оборвет мою историю. Судя по дневнику короля, он чего-то боялся. И хотел, чтобы Бердсли разобрался с этим. Оказалось, что это смерть.

И тут же все кусочки головоломки встали на место. Отчаяние в дневнике, давление на Бердсли, возвращение магии в королевство, его страх…

— Смерть, — повторила я, размышляя вслух. — Конечно,… теперь понятно.

— Объясни.

— Помнишь старинную легенду об Угольном камне?

Я запела:

— На древо старое смотрели поколенья,

Бессмертье получить желая.

Король-старик повсюду рыскал,

Угольный камень так и не обрел…

— Когда в Хальц-Вальден пришли актеры, они пели эту песню. В легенде говорится, что ключ к бессмертию — таинственный черный бриллиант. И люди искали повсюду: и в шахтах Хэдалэнда, и в горах… — я запнулась, увидев, что Саша побледнела.

— Это не бриллиант, — сказала он. — Это амулет. Борганы о нем знают.

— Да? Так легенда правдива?

— Весьма. Это черный камень в ожерелье. О нем написано мало. Говорят, его создал древний король, но амулет был утерян. Он позволяет жить вечно. Так написано в дневниках рожденных с мастерством.

— И где его потеряли? — спросила я.

Она пожала плечами.

— Никто не знает. Все равно это основано на песнях и сказках.

— Так откуда ты знаешь, что он существует? — удивилась я.

— Мы верим в это. В определенном смысле. Наши амулеты — отражение Угольного камня, мы делаем их из янтаря, в них содержится твоя магия. Конечно, они и рядом не стоят с оригиналом.

— И что будет, если король получит Угольный камень?

Саша вскинула брови.

— Он станет самым могущественным королем. Он сможет использовать твою магию. Станет непобедимым. Не будет оружия, способного ранить его. Его не сможет поразить болезнь. Он будет жить вечно.

Я содрогнулась.

— Король хочет воссоздать амулет. Он решил, что это бриллиант, полный магии. Потому он все ресурсы Цины пустил на работу Красного дворца. Не для богатства, а для вечной жизни, — сказала я. Все еще сжимая крошечный камешек в руке, я смотрела на него с трепетом. Как может камень давать вечную жизнь? Силу его можно было только представлять.

— Ты ведь понимаешь, что это значит? — сказала Саша. — Это хуже, чем мы ожидали. Он будет тиранить вечно.

— Этого хочет и Водяной. Аллертон говорил, что в нем страхи его предков, он боится смерти. Если Водяной может умереть от старости или болезни, то ему тоже нужна сила помешать этому, — сказала я. — И когда по Эгунлэнду пошли слухи, что король пытается сделать бриллианты, то он решил подслушать его мысли. Он ведь может?

Саша кивнула.

— Потому ему нужна я, — продолжала я. — Как еще такой слизняк может получить такую мелкую вещь? Он хочет, чтобы я нашла Угольный камень и дала ему силы. А потом он заставит меня принести камень ему. Потому он проклял всех. Потому он истощает меня постоянными видениями. Он хочет, чтобы я не могла сопротивляться, когда найду камень. Чтобы подчинить меня, — я вскочила с кресла. — Но мы уже близко. Амулет где-то в Красном дворце. Нужно поискать!

— Не спеши, — ответила Саша. — Его может и не быть у короля, — она понизила голос. — Водяной может думать, что он здесь. Мей, задумайся, ведь Водяной — огромное существо, он силен. Но полагается он на свои способности. Водяной читает мысли. Но они не всегда правдивы. Они могут путаться. Ты сама это видела в дневнике короля. А если Водяной поспешил? А если он захотел забрать Угольный камень, пока король не заполнил его силой, но расставил ловушку слишком рано?

— Почему ты решила, что у короля нет амулета? — спросила я.

— Только догадка, — сказала она. — Но почему тогда он все еще боится смерти?

Я вздохнула.

— Нельзя верить видениям. Нельзя ничему верить. Хотела бы я доказательства. Или указатель. Как мне их освободить?

— Мы узнаем, — сказала Саша. Ее глаза сузились. — Водяной это еще не получил. А мы составим план, что приведет к тому, что ты зажаришь его, как цыпленка на огне.

— Саша, я не могу рассчитывать на пламя. Один раз удалось, но больше может и не выйти. Видения отличаются, ведь там мне ничего не мешает. Ведь я знаю, что все это понарошку. Или меня подгоняет страх. Думаю, нужен запасной план, — я не сказала, что не хочу потерять контроль над огнем.

Глаза Саши вспыхнули.

— Есть идея!

— Готова? — спросила Саша.

Я не была уверена, но и другого варианта у меня пока что не был. Не было гарантий, что это сработает. Но я уже не обращала на это внимания. Я постоянно делала то, в чем не была уверена полностью. Даже моя жизнь была под вопросом. Но это не важно. Есть то, что важнее меня. Если я сделаю то, что должна, Эгунлэнд стает безопаснее.

— Думаешь, это сработает? — спросила я.

Саша прикусила губу.

— Надеюсь, Мей. Вспомни, о чем мы говорили. Только ты здесь обладаешь магией. Ты — рожденная с мастерством. Водяной лишь использовал часть твоей магии, чтобы активировать проклятие. А это значит, что ты можешь управлять видениями так же, как и Водяной. Это как с призывом души. Ты ведь вызвала меня, даже не думая об этом. Ты можешь и отключиться так же. Нужно лишь подумать, куда ты уйдешь оттуда, и контроль восстановится.

Я кивнула.

— Придется сосредоточиться.

Я взглянула на вход в лабораторию. Мы надежно скрыты фальшивой стеной, что вряд ли так легко сломалась бы и управлялась рычагом изнутри комнаты. И все же мне было тревожно бросать тут Сашу одну, пока я буду пытаться что-то сделать. Мы обе хотели, чтобы Саша могла чего-то касаться и чувствовать, но сейчас она не смогла бы защитить нас, и потому я боялась, что ее могли ранить как-нибудь, пока я буду смотреть видения. Но что я могу сделать? Приходилось с этим мириться.