— Я бы хотела это исправить, — взгляд Файрсторм метнулся к Макани. — Я бы хотела многое исправить.

Его ответом стал каменный гневный взгляд.

— А он затаил нешуточную обиду, да? — бодро прокомментировала Рейн.

— Я его не виню. Я несу ответственность за почти полное истребление наших людей.

— О? — глаза Рейн лукаво сверкнули. — Он тебе не сказал?

— Не сказал что?

— Семьсот лет назад большинство Драконорожденных избежало смерти, — сказала демоница. — Когда армия Дамариона окружила их для последней большой битвы, я утащила их всех и поместила в безопасное место. Для вас всё выглядело так, будто Драконорожденные умерли, но они ведут вполне комфортную жизнь.

— Где?

— Они благополучно спрятаны в своём собственном мирке внутри моих сот. Там они вполне комфортно живут. Это рай Драконорожденных, место, где каждый ребёнок рождается Драконорожденным магом, и все бессмертны. Я посчитала, что человеческая натура рано или поздно даст о себе знать, и они начнут убивать друг друга, но они такие… счастливые, — Рейн закатила глаза с весьма скучающим видом.

Файрсторм моргнула.

— Как такое возможно?

— И я о том же. За семь сотен лет там не было ни единой войны. Все прекрасно ладят друг с другом, — Рейн скорчила гримасу отвращения. — Вы, Драконорожденные, такие скучные.

— Нет, как ты их спасла? — спросила у неё Файрсторм. — Что это за магия такая?

— Куда более могущественная магия, чем те фокусы, которым научил тебя Дамарион, дорогуша, — парировала Рейн с высокомерным взглядом. — Можно сказать, что я умею сгибать реальность.

Это ещё мягко сказано. Рейн была госпожой магии, которая сгибает реальность.

— Они не умерли, — тихо сказала Файрсторм.

— Я в восторге, что ты ей не сказал. Как бесстыже с твоей стороны заставить её жить с чувством вины, — Рейн широко улыбнулась Макани, словно никогда не слышала ничего столь фантастичного. — Кажется, я передумала на твой счёт, дракон. Ты мне нравишься.

Эта демоница была такой странной.

— Это не трюк? Все Драконорожденные действительно по-прежнему живы? — спросила Файрсторм у Макани.

— Да.

В её глазах полыхнуло облегчение, за которым тут же последовала злость. Это чувство адресовалось Макани за то, что он ей не сказал. На кончиках её пальцев вспыхнула магия.

Шар трещащей молнии появился между ладонями Макани.

— Это ничего не меняет, — холодно произнёс он. — Это не избавляет тебя от вины за твои преступления.

— Если вы собираетесь сражаться на смерть, пожалуйста, выйдите на улицу. Я только закончила отделку, — сказала демоница, наблюдая за ними с рьяным предвкушением.

— Они будут вести себя хорошо, — пообещала ей Наоми.

— О? Какая жалость, — Рейн повернулась к своей говорящей кошке, которая наблюдала за ними с вершины хрустального дерева, произраставшего из мраморного пола. — Отмени попкорн.

— У меня от него всё равно несварение, — ответила кошка.

— Потому что ты всегда перебарщиваешь с маслом.

Кошка замурлыкала.

— Ах ты маленькая жадина, — с любовью сказала Рейн своей кошке. — Ты же это знаешь, да?

Кошка лизнула лапку и принялась тереть ушки. Сегодня питомица Рейн приняла облик обычной полосатой кошки. Это уж точно лучше того, когда она расхаживала по комнате в обличье тигра и облизывала клыки.

— Баэл сказал, что ты забрала от него «Изменение Миров». Это книга заклинаний, которую он использовал, чтобы соединить демонов с моими малышами, — сказала Наоми, обращаясь к Рейн.

— Забрала у него? — её лицо ожесточилось хищной улыбкой. — Это моя книга. Баэл украл её у меня. Я просто стащила её обратно. Баэл не имеет никакого отношения к этой книге. Её заклинания слишком могущественны для таких, как он.

— Если у тебя есть книга, ты можешь обратить заклинание вспять, — с надеждой сказала Наоми.

— Для этого слишком поздно.

Надежда в ней погасла, и зияющая дыра заполнилась головокружительным исступлением. Наоми покачнулась.

— Сядь, пока не хлопнулась в обморок, — рявкнула на неё Рейн. — И печеньку заодно съешь, — в руках Наоми появилась огромная печенька с шоколадной крошкой. — Ты теперь ешь за троих, и двое из них — пожирающие магию электростанции.

— Осторожнее, Рейн. Ты говоришь почти так, будто тебе не всё равно, — Наоми понюхала печеньку. — Она ядовитая?

— Если бы я хотела тебя отравить, Духовный Воин, я бы придумала что-нибудь намного оригинальнее, — демоница выглядела по-настоящему обидевшейся.

Наоми откусила небольшой кусочек печеньки. Она оказалась вкусной.

— У тебя есть для меня что-нибудь, помимо советов для беременных? Что-нибудь, что поможет мне изгнать демонов из моих малышей?

— Магия демонов росла вместе с твоими малышами с самого зачатия. Она не приклеена к ним. Они переплелись между собой, и теперь это такая же часть твоих детей, как их собственная магия.

Наоми приуныла.

— То есть, мы ничего не можем сделать, чтобы изгнать демонов.

— Я этого не говорила.

— Ты сказала…

— Успокойся и ешь печеньку! — рявкнула на неё Рейн. — Я сказала, что магия демонов неотделимо переплетена с магией твоих детей. Однако их души — совсем другое дело.

Надежда вернулась с удвоенной силой, заколотившись в груди Наоми.

— Как только вы проведёте ритуал по разделению двух Драконорожденных душ и их магии в два тела, будет слишком поздно, — продолжала Рейн. — Всё дело в заклинании, которое связывает тело и душу. Оно навеки соединит души демонов с душами ваших малышей. Это точка невозврата. Вы не сумеете извлечь демонов из тел ваших детей или отправить их обратно в ад.

— Если мы не проведём ритуал, мои малыши умрут, — хмуро сказала Наоми.

Рейн ответила улыбкой.

— Да.

Наоми подавила желание врезать демонице кулаком по лицу. Она не могла понять, Рейн просто играет с ними или что?

— То есть, или все умирают, или все живут. Это не решение.

— А ты сварливая, а, фейри?

— Жизнь моих детей — это не шутка, созданная для твоей забавы, — злость, отчаяние и два месяца непрестанной борьбы свели терпение Наоми почти до нуля.

— Вы, слишком хорошенькие люди, редко бываете забавными, — вздохнула Рейн. — Я не шутила, когда говорила, что решение есть. Вам нужно изгнать демонов до рождения ваших детей. До того, как вы проведёте ритуал Драконорожденных.

— Но при изгнании демона из носителя вытесняется всё, магия и душа. Магия демонов переплетена с магией моих детей. Как мне изгнать только души демонов, но не их магию? Это невозможно.

— Ты меня не слушаешь. Это не невозможно. Это просто сложно, — сказала Рейн. — На самом деле, такое заклинание уже делали. Ну, точнее, с обратным эффектом. Но принцип один и тот же.

Магия Наоми нетерпеливо вибрировала на её коже.

— Ты бессмыслицу какую-то несёшь.

— Никогда не слышала, да? — Рейн посмеивалась над ней. — Ты совсем ничего не знаешь о своём магическом наследии? Как думаешь, откуда Духовные Воины получили свои способности, магию духовного царства? Они получили её от ада.

Наоми разинула рот.

— Ты хочешь сказать, что магия Духовных Воинов была… — её рот просто не мог сформулировать эти слова.

— Украдена от демона, да, — с усмешкой сказала Рейн. — Это не включено в приветственную брошюрку для Духовных Воинов, да? Давным-давно, очень дерзкая фейри, совсем как ты, поймала демона в ловушку и убила. Когда демон умер, фейри украла его магию и сделала её частью себя. И она стала первым Духовным Воином. Она передала эту магию своим детям, и детям её детей… вплоть до тебя. Ты демоническая фейри, дорогуша. Поздравляю.

Рейн перевела взгляд с шокированного лица Наоми на свою питомицу. Широко улыбаясь, она объявила:

— Думаю, попкорн нам всё-таки пригодится.