— Льяна, эта местность гористая. Твои родители занимались добычей металлов? — пришпоривая лошадь, чтобы догнать меня, громко спрашивал Димор, — если здесь было золото или серебро, тогда понятно, почему на них напали.

— Я не знала о существовании этого поместья, — судорожно сглотнула, осматривая полуразвалившийся замок, заросший кустарником и высокой травой. Ограда и ворота были тоже обрушены, — но, если бы в этих горах были богатства, то захватчики не ушли бы из этого места, да и жители поселения не рискнули покинуть свои дома.

— Да, загадка, — с сомнением, посмотрел на меня вампир, — зайдем в дом, раз приехали. Может, там найдем подсказки, — и в его глазах, читалось много вопросов, но я, пока, была не готова ни них отвечать.

— Этот замок очень похож на наш, в «Алмазной Долине», — потрогала я холодную каменную стену, и сразу почувствовала вибрацию в ладони. Быстро отдернула руку, и прошла вперед, — значит, родителям в «Высокогорье» нравилось, раз они возвели такое же здание на новом месте.

— Странно, все верхние этажи разрушены, а на первом окна целые и двери заперты на замок, — привязав к большому дереву лошадей, удивлялся принц, дергая мощные, деревянные створы, и даже применил магию. Но чары не подействовали, дверь даже не дернулась.

— Да, действительно, странно, — не понимала я, для чего запирать руины, и не спеша дотронулась до замка, — не враги же беспокоились за имущество родителей?

— Может, поселенцы, — не успел договорить вампир, как двери заскрипели, закачались и медленно раздвинулись в стороны, как бы приглашая нас войти.

— Какое ты применила заклинание? — был немного раздосадован принц, — тебя ему Архимаг научил?

— Нет, я, просто, дотронулась до замка, — удивленно ответила, и задумалась, с интересом рассматривая большой холл и разгромленную, ведущую вверх лестницу, — наверное, это родители поставили тайный магический знак, который настроен на меня, а другим может причинить вред.

— Значит, мы можем смело здесь отдохнуть и перекусить, — успокаиваясь, предложил Димор, и направился к большому камину, чтобы его разжечь.

— Окна покрылись грязью и не пропускают свет, — грустно проговорила я и зажгла магический огонек на потолке, который чудом сохранился. Потом, по возможности очистила пол и мебель, а вампир занялся обедом. Я остановилась около большого портрета, где были изображены мама с отцом, и, на руках, совсем маленькая я. Мои глаза наполнились слезами, так явно представились мне родители и наш дом. Димор тихо подошел, и с интересом рассматривал женщину в богатых одеждах, очень похожую на меня, но с волосами светлого золота. Я понимала, что пришло время открыть еще одну часть моей тайны, раз взяла в этот поход принца, но тянула время, набираясь храбрости и сил. Это место всколыхнуло во мне все трагические воспоминания, и горькие переживания за маму и отца, они опять заползли зловещим холодом в мою душу. Я подошла к осколку, когда то огромного зеркала, очистила от слоя пыли, и пристально посмотрела в него, держась за позолоченную раму.

— О о о…, - воскликнула от неожиданности, и резко отшатнулась в сторону. Мое видение тот час пропало, — не может быть! Димор, подойди ближе, и скажи, что мне это не привиделось?

Вампир, в одно мгновение оказался рядом, и, проследив, за моим испуганным взглядом, всмотрелся в зеркало.

— Там, ты, вся измазанная дорожной пылью, и я, встревоженный твоим криком, — пытался он шутить, но вопросительно поднял бровь, ожидая моих объяснений.

— Не понимаю, — выглядела я виновато, — но в зеркале отразилась эта комната, какой она была в прошлом. Не разрушенная, а чистая и богато убранная. Там были, и мои родители. Мы молча переглянулись с вампиром, и он, немного поразмыслив, поверил мне.

— Повтори все в точности, что ты перед этим сделала, и не торопись. Двери же тебе открылись, вот и зеркало, может быть зачаровано, именно на тебя. Дотронься до него.

Я, медленно подняла руку, и взялась за раму. Яркие картинки, вспыхивая, менялись одна за другой, и мы увидели прошлую жизнь в этом замке.

Моя семья ходила по поместью, занимаясь своими делами. Они смеялись, разговаривали. Кроме родителей, там были и дядя Юлиан с супругой. Их сыновья, мои кузены, Михаэль и Димитр, сильные, смелые и преданные нам, молодые мужчины. Кузина Диана, юная кокетка, красивая и добрая, с большой магической силой. Тетя Гамара, гордая и капризная, но очень одинокая женщина, готовая всегда прийти на помощь. Дядя Жорж, покоритель дамских сердец, и мой лучший друг.

— Где они все сейчас? — думала я, а горючие слезы, катились по щекам, — мне так плохо и страшно жить одной, без вашей любви и дружбы. Я даже не знаю, живы ли вы? Это не дает моему сердцу покоя, а душа скучает, и рвется к вам. Димор не утешал меня, ничего не говорил, и ничего не спрашивал. Он следил за картинками и, молча, сочувствовал мне.

— Мама умела дружить и любила создавать все прекрасное, — тихо проговорила я, не отводя взгляда от зеркала, — вся наша семья нам не родная по крови. Но, наша связь духовная, была сильнее кровных уз. У мамы светлая, созидательная магия, и когда они покинули это место, то и вся красота и богатство, исчезли вместе с ней.

— Значит, силу Света, ты получила от нее, — так же тихо отвечал принц, чтобы не нарушить момент моего откровения, — странно, но твоя аура показывает только темную магию?

— Смотри, ты был прав, — не ответила я на вопрос друга, — в горах действительно идет добыча природной руды, и работы идут полным ходом.

— Н, не понятно, что там добывают, — заинтересовался принц. Мы увидели последнюю картинку и вспышку, потом все исчезло. Зеркало стало обычным.

— Не хочешь, подняться в горы, и узнать, что там происходило подробней. Может, и там наведены чары? — волновался Димор.

— Нет, это может быть опасным. Пока, не узнаю все о жизни родителей, лучше не рисковать, — безразлично отвечала я, — если, даже и узнаем, что находится в горах, мы не сможем сейчас вести там работы. Только, привлечем сюда не нужное внимание.

— Да, ты права, — смутился вампир, — тогда поедим, и решай, что нам делать дальше. Остаемся, или возвращаемся в Академию?

Я согласно кивнула головой и направилась к столу, где нас ждала вкусная еда. Мы так проголодались, что плохое настроение не повлияло на аппетит. Да, и силы магические нужно было восстановить.

— Димор, мне хочется здесь остаться на ночь, — и просительно посмотрела на друга, — а рано утром откроем портал. Еще сможем, и, отдохнуть перед занятиями? Мне кажется, мы не все успели здесь осмотреть, осталось, что то важное, для меня.

— Тогда, останемся. Я доверяю твоим предчувствиям, — быстро согласился вампир, прикидывая, где нам устроиться на ночлег, — нам нужно вымыться и переодеться. Поищем озеро, или лучше ванную комнату? — шутливо подмигнул он, а я, смутилась и покраснела. Еще никогда не оставалась одна с мужчиной на ночь. Это волновало меня, и было ужасно интригующе.

— Скоро стемнеет, давай обследуем дом, — отвечала, как мне казалось, серьезным и твердым голосом, — если судить по нашему второму замку, то нужная нам комната находится на первом этаже в левом крыле.

Там мы действительно нашли огромную ванну, и долго магически наполняли ее горячей водой.

— Будем мыться вместе, — категорично сказал Димор, и предвидя мое возражение, заверил, что подсматривать не будет, — здесь опасно, Льяна, и я не оставлю тебя одну.

Мне пришлось согласиться, и к моему удивлению и немного сожалению, он сдержал слово. Во всяком случае, я не заметила его подглядываний, пока не оделась. Устроились на широком диване, и, не раздеваясь, прилегли, и обняли друг друга.

— Так будет теплей, — усмехнулся Димор и нежно поцеловал. Мне было хорошо и уютно в сильных, мужских объятьях, и я охотно отвечала на его ласки, совсем забыв, что он не мой избранник. Через пару минут стало жарко, и мы не заметили, как покрывало упало на пол, а руки принца, ловко освободили нас от рубашек. Я даже всхлипнула от острого ощущения восторга, когда его горячие губы ласкали грудь. Мое тело расслабилось и совсем не сопротивлялось, позволяя мужчине наслаждаться им, и доставлять мне безумное блаженство. Я уже чувствовала его упругую плоть, что упиралась в мои бедра, и хотела, повинуясь дикому азарту, раздвинуть их, как грудь пронзила жгучая боль, и мой крик боли пронесся эхом по пустому холлу.