Смотреть в отражение, что не приносило ничего, кроме боли, казалось сродни пытки. Избавиться от тягостных ощущений полностью не получилось, но, по крайней мере, когда я рухнула на кафель, то лицо и частичка боли — исчезли. Правда, одно из них все же вернулось, засев в моей груди маленькой сокрушительной волной, отчего подрагивали ребра. Я плачу? Нет. Я рыдаю… И эти слезы были вызваны даже не тем, что я узнала о своем прошлом, а тем, что должно было быть со мной в настоящем — Артуром.

Согнув колени и уткнувшись в них лбом, я всхлипнула. Вся реальность казалась мне кошмаром, от которого хотела поскорее выпутаться, но некоторые факторы, как нескончаемая боль, давали трезво понять, где я нахожусь в самом деле.

И в этой реальности Артур погиб.

Его убил псина Мэйсон.

Дэрек свергнут.

Клан почти разрушен.

У меня не осталось ни дома, ни семьи — если ее можно было таковой назвать…

Совершенно ничего.

Даже той прежней Айви Фрост, что сейчас превратилась в свой полный антипод.

Ужасный антипод.

Наполовину демонический антипод.

***

Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я закрылась в ванной. Может быть, часа два. А то и три. Впрочем, это было не так важно, как другое, из-за чего я не желала успокаиваться: воспоминания о смерти Артура истязали меня. Если предположить, что в этом доме я пробыла всю ночь, то он погиб вчера. Вчера поздно вечером…

Разомкнув мокрые глаза, я, наконец, поднялась с холодной плиты и прошествовала к двери. Надеюсь, за этот долгий промежуток Эйдан не захотел в туалет или там… принять душ. Все-таки, я заняла его ванную и поступила эгоистично, прилично проторчав тут. Однако отсутствие каких-либо просьб освободить это местечко или любых других слов вообще навеяли меня на мысль, что Эйдан забил на меня и ушел куда-нибудь. Конечно, кому нужна плачущая идиотка, что кидается почти на всех подряд? Демонам так тем более не нужна подобная ноша, но… тут же возникает вопрос: какого черта они притащили меня сюда, раз давно дали понять, что мы с ними не друзья?..

Вопросы переполняли меня. Желая поскорее получить на них ответы, я вытерла влагу с щек и выползла из своего временного убежища. К моему удивлению шикарная комната, какой бы позавидовал любой парень, не пустовала. Эйдан сидел на краю кровати и в его руках находился…

— Мой телефон?

Это действительно был он, если учесть, что все мои мобильники не обходились без трещин — да-а, каждый раз при какой-нибудь стачки с демонами страдали в первую очередь мои хрупкие гаджеты, что я обожала носить в заднем кармане джинс. С тех пор, как Дэрек понял, какая я неаккуратная, новенькие смартфоны поступали в мои некультяпистые руки все реже, да реже…

— Какого черта? — мне пришлось совсем нескромно облапать себя на глазах ошарашенного Эйдана, не понимавшего, что я вытворяю. Вообще-то я проверяла, действительно ли мой телефон у того придурка… К несчастью, это было горькой правдой, которую подтвердил Высший, оповестив:

— Нужно избавиться от него, Айви.

— Чего?

Он совсем съехал с катушек?

Стараясь не обдумывать тот факт, откуда у него мой мобильник, я кинулась к Эйдану, дабы предотвратить воплощения в реальность его сумасшедших слов, но яркий огонек остановил меня на полпути. Совершенно с невозмутимой физиономией, словно все происходящее было в порядке вещей, демон… спалил мой телефон. Дотла. Где были фотки, все контакты и музыка… Элвиса — порой мне нравились его песенки. А затем, когда от моего гаджета не осталось и следа, он затушил яростное пламя, обращая на меня невинный взгляд — тот самый, который обычно проявлялся у нашкодивших детей.

Вот ведь дерьмо.

Сил на крики, драки и особенно на обезбашенные приемчики из армрестлинга, что я любила демонстрировать на манекенах (а то и на обнаглевших демонах), вовсе не было. Пытаясь дышать спокойно, я поинтересовалась:

— Зачем ты это сделал?

Объяснение было на редкость разумнее, чем я ожидала.

— С помощью него тебя могли выследить.

Вполне вероятно, что так и есть, но на вряд ли новый глава Западного клана образумился бы выследить мое местоположение таким образом: наверняка его пыл не угаснет, пока я не буду мертва, но он приложит другие вычислительные силы, чтобы, в конечном счете, обнаружить и грохнуть меня. Заодно и эту банду красавчиков…

— А… нельзя было это сделать только с сим-кой?

Довольно хороший вопрос. Несмотря на то, что я не врубалась во всяких шпионских штучках, зато знала некоторые элементарные вещи: оппонента можно было вычислить по сим-карте в телефоне. И только… Ну, я так думаю.

Но Эйдан расширил диапазон моих познаний, объявив:

— Есть вероятность, что кто-то додумался вставить жучок в телефон. Нельзя было рисковать. Тем более, — парень нахмурился из-за раздавшегося шума за полуоткрытой дверью, — Охотники не должны знать, где мы живем.

— Кто бы сомневался, — пробурчала я, недовольно шагая в центр спальни. Быть без средства связи тоже самое, что не иметь рук — короче, довольно сложно.

Но на этом мантра Эйдана не заканчивалась. Помешкав, он решил удивить меня следующим, о чем я пока не вспоминала.

— Я успел выписать несколько номеров из твоего телефона. Пришлось сообщить в школу, что ты, якобы, болеешь. И твоей подруге… — он почесал взлохмаченные волосы, — … Майи вроде бы? — я тоже написал о твоем плохом состоянии. Думаю, не следует говорить, что она на это ответила…

— О, господи, — я схватилась за волосы, представляя, сколько дел он успел натворить, пока я восседала в ванной. Возможно, это лишь начало, и меня скоро ждет нечто более удивительное из этого рода.

— Не все так ужасно, Айви, — уверял Эйдан, шагая к двери — источник шума привлекал его, и, кажется, тот, кто создавал этот дребезг, был точно не малых размеров…

— Да ну? — поплелась за ним, сжав кулаки и проглотив ком слез. — Эйдан, ты хоть помнишь, что произошло с нами? — Я притормозила, когда он обернулся ко мне и, совершенно игнорируя мой вопрос, прошептал:

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Чтобы ни терзало сейчас тебя сильнее, оставь это: кроме ран на сердце ты ничего не получишь.

Легко сказать.

Я обняла себя руками и заглянула в его искрящиеся карие глаза, что напоминали цвет густого меда.

— Артура нет. — Напоминание этого факта сдавило мою грудь в тиски. — Его нет, понимаешь? Я больше не смогу просто так поваляться с ним в кровати, прикоснуться к нему, — робко улыбнулась, вспоминая то самое драгоценное ощущение его кожи, — поболтать в конце концов и сказать, что я… люблю его. — Мои веки опустились, и слезы струйками скатились по щекам. — Всегда.

Выбирать для обсуждения столь личной темы Высшего демона было абсурднее всего — могла бы я подумать пару секунд назад, но не сейчас. То, что произошло далее разве что могло присниться в самом безумном сне, где мир перевернулся вверх тормашками. Ощущения приятного тепла окутало меня, и сильные руки прижали меня к их не менее мощному обладателю, сотканному из каскада сплошных мышц — я их четко ощущала почти каждой клеточкой, напряженной до предела. Прежде чем я бы поняла, что произошло и — ну, не знаю — попыталась бы оттолкнуть парня, он прошелестел, опустив губы к моему уху.

— Все мы сталкиваемся с трудностями, Ангел. Они могут заводить нас в тупик, крушить, испытывать, но мы не должны им поддаваться и опускать рук. Мы должны пытаться с ними справиться: любыми способами. И должны жить дальше, несмотря на то, что судьба будет подбрасывать нам и другие неприятности, тем самым желая сломить нас окончательно. Мы должны быть сильными и вольными, как ветер, стойкими и мощными, как древнее древо, страстными и решительными, как пламя. — Эйдан чуть отстранился от меня, и когда мое сердце совершила в груди невообразимый кульбит, он невероятно трепетно для своей сущности продолжил: — И мы будем такими, Ангел. Мы справимся со всем этим. Вместе. Я обещаю тебе — нет — клянусь Небесами…

Получить поддержку от Эйдана было также неожиданно, как увидеть Призывника в трусах. Ладно, с сравнением я опять облажалась, но факт, что его слова были как снег на голову в знойное лето, не менялся. В данный момент мне необходимо было услышать нечто подобное. Обычно, меня успокаивал или наоборот — подбадривал Артур, а когда его не стало, это занятие стало некому «исполнять». У меня не было столь близких отношений с кем-то. Мы с Артуром понимали друг друга, и он всегда подставлял свое мужественное плечо, когда это требовалось. Эйдан же был полной противоположностью ему, и когда он совершил такой «благородный» поступок, меня это приятно поразило. Я даже на секунду задумалась о том, что хочу знать настоящего Эйдана: того, кто являлся ко мне в самых сложных ситуациях в моей жизни. Но… вскоре это желание улетучилось: Эйдан отстранился от меня, наверняка почувствовав со стороны проема тот же горячий пар, что и я… Когда он обернулся, то и я увидела, откуда взялись эти пары «гейзера», заставившие меня забыть о его проявлении доброты (или жалости).