Было что–то неправильное в том, что я бросаю подругу. Хоть она и пыталась меня

убедить в том, что наше уединение с Лэндоном, а в перспективе и переезд – это

нормально.

– Где находится дом?

Крайне странно, что за все время, пока этот дом готовился к въезду своих жильцов, я даже

не поинтересовалась о том, в какой части города он находится. Задавая этот вопрос, я, дабы не видеть выражения лица Лэндона, занялась тем, что перетаскивала

приготовленные пакеты с одеждой в машину парня. Но на этот раз косяка с моей

памятью не было.

– Пусть это будет сюрпризом, – загадочно улыбнулся тот, прежде чем мы отъехали от

дома Кендалла.

Я, удобно устроившись на сидении, повернулась к окну. Через мгновение огни города

замелькали в ускоренном темпе.

Единственное, что я точно могла определить в нашей продолжительной поездке – мы

едем за город. Дом Лэндона находился вдали от всей этой суеты. Это, наверно, должно

быть ужасно романтично. Уединение где–то в нескольких километрах от города. И там, несомненно, есть прекрасный пирс. Ночная поездка, мы в машине одни… Надеюсь,

карма Хэллоуинской ночи нас обойдет стороной и на дороге не материализуется из

воздуха какой–нибудь призрак. Хотя, чего там призрак. Встретить на ночной дороге

Дарка было бы в десять раз страшнее.

Дарк… почему тебя стало в мой голове слишком много?

– Не беспокойся, – заметив мое нервное поведение, Лэндон истолковал это по–своему. –

Тут тебя точно никто не найдет.

– Это… несколько дальше, чем я думала, – продолжала я разглядывать в окно черные

силуэты пальм. – Мне нужно будет запомнить дорогу. В город я буду выезжать часто.

– Ты не очень–то рада, – закусил тот губу. Должно быть, мои слова прозвучали несколько

мрачно.

– Нет, Лэндон, я рада… правда. Просто… я хочу отдохнуть.

– Это хорошо, – протянув руку, Лэндон легонько провел по моей щеке. – Отдых — это то, что я тебе собираюсь предоставить в ближайшее время.

Я изобразила некое подобие улыбки, понимая, что готова уехать куда угодно, лишь бы

весь этот ужас выкинуть из головы.

Когда на горизонте показался намек на цивилизацию, я… несколько опешила. Мы

проехали мимо одной огромной и, несомненно, роскошной виллы.

Всем известно, что тут обитает одна элита.

Мой рот непроизвольно раскрылся от того зрелища, которое передо мной предстало. Мы

подъезжали к вилле, в которой, по моим представлениям, должен обитать президент. Не

меньше. Я… не смогу тут жить. Это слишком. Правда. Лучше бы это был небольшой

домик с одной спальней, кухней и ванной. Мне не надо больше, это правда. А тут…

Я даже комментировать сие зрелище не решалась. Все это не могло уложиться у меня в

голове. Восторг, предвкушение, сомнение, страх, волнение. Это все начинало меня рвать

на части.

– Позволь проводить тебя до ванной комнаты, – подмигнул мне Лэндон. – Экскурсию по

дому мне бы хотелось провести моей девушке, а не… в общем, ты меня поняла.

– Да, – выдавила я из себя улыбку, осознавая, как сильно я не подхожу для такого места, особенно в том виде, в котором я сейчас. – Ванна — это то, что мне нужно.

– Замечательно, – притянул тот меня ближе, убирая непослушные пряди с лица, – весь

вечер мечтаю увидеть мою Мию… настоящую… – его улыбка приобрела какие–то

хитрые нотки, отчего где–то под ложечкой почувствовалось волнение. – Пойдем. Нас

ждет кое–что увлекательное.

Ох… не сомневаюсь…

Аарон упал бы в обморок, наблюдая, как я старательно оттирала от себя все следы его

художественных творений. Но я была рада от всего этого избавиться. Особенно от краски

на лице. Которую, кстати говоря, пришлось нехило так оттирать. От этого кожа на лице

превратилась в сплошное красное нечто. Как-то не особо романтично.

Заглянув в пакет с одеждой, приготовленный для смены, стало понятно - сейчас надевать

это… не очень правильно.

Пришлось воспользоваться подручными средствами. Большое махровое полотенце

должно подойти идеально. Во всяком случае, оно покажется Лэндону в разы

симпатичнее, чем спортивный костюм. Вообще-то, я брала самые удобные вещи, в

которых могла бы добраться домой. Вечернего платья в запасе у меня все равно нет… так

что или полотенце, или ничего. Но к «ничего», наверно, недостаточно веский повод. Для

начала хотелось осмотреться куда же меня собираются запрятать.

Я уже собралась покинуть ванную комнату, но… мои глаза зацепились за синие круги на

коленях. Если они были незаметны в хэллоуинском образе, то сейчас скрыть их

невозможно. Нужно будет запомнить, что эти пластыри бесполезны. Разве что, зацвели

они раньше чем обычно.

Стоило мне выйти из ванной, как аппетитный аромат кофе тут же вскружил мне голову.

Лэндон знает как меня порадовать. Когда не думает о моем должном поведении.

Мое перемещение не могло остаться незамеченным. Каким–то образом, продвигаясь к

источнику аромата, я задела журнальный столик. Статуэтка, что стояла там, пошатнулась

и упала, громко оповестив о своем плачевном состоянии. Лэндон тут же оказался в

проходе. Секундный взгляд на мое одеяние и его лицо расплылось в приветливой

улыбке. Правда, на секунду его взгляд остановился на коленях. Но юноша посчитал, что

усугублять обстановку своими замечаниями было бы уже лишним.

Прогресс…

– Привет, – закусив нижнюю губу, юноша подошел ближе. – Я уже успел соскучиться, –

Лэндон нежно провел своей ладонью по моему лицу, заглядывая в глаза. Сам он выглядел

несколько обеспокоенно. Нервно сглотнув, тот кинул беглый взгляд на кухню. – Как

насчет кофе?

– То, что нужно, – улыбнулась я, наверно, слишком быстро ответив. Но так или иначе, ту

идиллию, что сейчас между нами оживала, в нокаут отправил мой желудок, который

очень неприлично принялся подавать сигналы бедствия о дефиците калорий.

Юноша подарил мне одну из своих самых очаровательных улыбок и, взяв за руку,

потянул на кухню. Кидая взгляды по сторонам, мне даже дышать становилось страшно.

Не покидало ужасное ощущение, что я в больнице. В том смысле, что тут было, пожалуй, даже стерильней, чем в операционном блоке. Ни одной пылинки. Нигде. Идеальная

чистота до скрежета зубов. Мне такая никогда не вызывала дикого восторга. Вообще–то

даже наоборот. Я не могла чувствовать себя комфортно, если хотя бы какая–то вещь, лежащая не на своем месте, не портила всю картину.

И если уж совсем начистоту, не просто так у меня возникает скрежет зубовный от

отсутствия хоть единой пылинки.

Я не смогу. Я, правда, не смогу поддерживать такой идеальный порядок. Ну, знаете, есть

люди, которые готовы весь день напролет тереть, мыть, пылесосить… и чего там еще

нужно делать? А есть такие, как я. Которые могут без каких–либо колебаний совести

оставить немытую посуду до завтрашнего утра, а то и до вечера. Кто может оставить

недоеденный кусок пиццы прямо на столе, не подложив под нее салфетку или не вымыв

руки, с жирными пальцами полезть… к какому–нибудь предмету или технике. Так всегда

было. И переделывать себя – это почти сродни насилию. Я не смогу.

Лэндон усадил меня на стул, где так невзначай меня ожидала белая роза, а сам

отправился общаться с кофеваркой. Я же принялась дальше осматривать все то, с чем я

должна буду справляться, одновременно наслаждаясь приятным ароматом цветка. Стоит

признать, что от этого убежать не удастся. Рано или поздно Лэндон скажет свое твердое