- Но я не хочу тебя видеть, - говорю я и закрываю глаза. Я никогда не могла хорошо врать. Эта самая большая ложь, которая сходила с моих губ. Моя злость и разочарование не позволяют большего, пока он не успел ответить, я быстро кладу трубку и глубоко вздыхаю.

- Я пошла в кровать, - сказала я Энни, когда она возвращается на кухню, потому что больше не хочу говорить. Я не готова сейчас отвечать и признаваться в чувствах к Джонатану Хантингтону, ни перед ней, ни перед ним.

Я ничего не могу поделать с тем, что люблю его, но если он это совсем не хочет, то лучше мне начать свыкаться с мыслью, что у нас ничего не получится.

Когда я, спустя полчаса, помылась и переоделась ко сну, раздаётся звонок в дверь. Я медлю. Маркус на соревнованиях в Манчестере, Иан в Шотландии на выходных у родителей, Энни ушла, получив смс от подруги, она пригласила её спонтанно в паб и я ей сказала, чтобы она шла спокойно. Я одна, а так как кто-то звонит в дверь, мне придётся пойти вниз и открыть дверь. Но я в ночнушке и не горю желанием открывать. Если это чужой, то тем более уйдёт. А я никого не жду.

Ещё раз звонок, на этот раз длиннее, моё сердце начинает нервно стучать, я начинаю думать, что это Джонатан. Он наверняка не может согласиться с моим нет. А если это и он, то ему полезно остаться снизу, после того как он обошёлся со мной.

Чтобы посмотреть, кто это, я проскользнула в комнату Энни и посмотрела из окна на улицу. Я хоть и не могу видеть вход, но замечаю спортивный зелёный автомобиль со светлыми спортивными сидениями, который я так хорошо знаю, припаркован на обратной стороне улицы. Это Джонатан стоит у дверей снизу, мой желудок сжимается.

Я знаю, что мне не следует открывать дверь, и не хочу этого. Потом больше нет звонков. Я слышу шаги на лестнице, и раздаётся стук в дверь.

- Грейс, открывай, я знаю, что ты здесь!

Он, наверное, позвонил этажом ниже и ему открыли дверь. Я дрожащими пальцами открыла защёлку.

Передо мной стоит Джонатан. Его чёрные волосы упали на лоб, его грудь тяжело вздымается, он взбежал на лестницу. Его руки свисают, ладони сжаты в кулаки, рукава рубашки закатаны и мне видны его крепкие мышцы под загорелой кожей. Его выражение лица непроницаемо как и последние несколько дней, его глаза загораются, когда он видит меня.

Я тяжело сглатываю.

- Что ты здесь делаешь?

- Я же тебе говорил. Я хотел увидеть тебя.

Мне хватает ума, чтобы не кинуться сразу ему в объятия.

- Почему? Ты же последние три дня хорошо без меня справлялся. – я еле справляюсь со своим желанием, которое меня так тянет к нему.

Так больше не пойдёт. Он целых три дня не звонил. А до этого был холод со мной, я уже начала думать, что это конец. А теперь он здесь, стоит перед дверью и говорит, что хочет видеть, глаза его светятся, ну как я должна за ним поспевать?

- Мы можем об этом поговорить внутри? – спрашивает он.

Я отхожу в сторону и пропускаю его в квартиру, когда за нами закрывается дверь, он резко притягивает меня к себе и целует меня судорожно и нетерпеливо, как  будто он не секунды жить без меня не может.

Сейчас я понимаю, что открыла ему лёгкий путь, но мне всё равно, ведь я хочу быть в его объятиях и чувствую его губы.

Его язык врывается в мой рот и я цепляюсь за него, потому что он для меня как наркотик и он мне очень нужен, мы с ним так долго не виделись, со стоном я начинаю отвечать на его поцелуй. Я чувствую его руги на своей спине, попе, мои руки скользят по его плечам к волосам, пытаюсь понять, так же ли он ощущается как раньше.

Это необычайное ощущение чувствовать его после того, когда я думала что всё кончено и когда он меня приподнимает, я обхватываю его ногами за бёдра и позволяю ему занести меня в комнату.

Джонатан не рассоединяет наш поцелуй, как будто он не хочет, чтобы я опомнилась и остановила его, когда он кладет меня на кровать, я перевожу взгляд на шкаф и вспоминаю, когда мы здесь были в последний раз, перед тем как поехать в поместье и забирали платье. С этим воспоминанием возвращаются и другие, этого хватает, чтобы прийти в себя, тут я кладу руки ему на грудь и отталкиваю его, когда он пытается наклониться и поцеловать меня.

Он еще не ответил на мой вопрос. Так же как и на тот вопрос, почему он не может простить отца и почему он не может признаться в том, что в наших отношениях уже давно его интересует не только секс.

- Почему, Джонатан? - повторяю я свой вопрос и смотрю на него очень внимательно. - Почему ты так настаивал на встрече? Сейчас? У тебя было уже полдня времени увидеться со мной.

Некоторое время он просто смотрит на меня.

- Потому что я не думал, что так сильно буду скучать по тебе, -  говорит он и впервые, с проведенного вместе времени в поместье, он приоткрыл занавес, который он частенько держит закрытым, когда захочет и даёт мне возможность взглянуть на него изнутри.

Это не признание в любви, но мне этого хватает, и я сдаюсь. Я кидаюсь в пропасть своих чувств, я обхватываю его за шею и отвечаю на его поцелуй.

Он на самом деле этого хотел. Он не хотел меня видеть, но не удержался, а теперь в его глазах горит страсть, от чего у меня перехватывает дыхание.

- Как я скучал по этой родинке за твоим ухом, - шепчет он мне на ухо и целует туда же, не отрывая губ он передвигается к шее.

Когда он доходит до края моей ночной рубашки, останавливается и потом резким движением он срывает её с меня. Сразу же он притягивает меня к себе и я выгибаюсь ему навстречу, когда он принялся за мою грудь ладонями и губами.

- И запах твоей кожи, какая она тут мягкая, - носом он провёл между грудями, и проводя по коже языком. - И вкус твоего бутона. - он зажимает губами напрягшийся сосок, сосёт его, пока я не застонала, его слова тронули меня как и его прикосновения.

- Джонатан, - выдыхаю я беспомощно, потому что очень сильно хочу его, он тихонько смеётся. Он стягивает с меня трусики и я лежу абсолютно голая в постели перед ним.

- А этого мне особенно не хватало то как ты шепчешь моё имя, когда ты так желаешь меня.- произносит он и ныряет пальцами в мою щель, давит большим пальцем на клитор, я цепляюсь беспомощно за простынь. Я тоже хочу ощущать его тело, его кожу на моей, поэтому я стягиваю с него рубашку и брюки, не дожидаясь я кусаю его в плечо, хочу чувствовать его вкус.

Его грудь такая мускулистая и широкая, не могу удержаться, и я провожу по ней руками. Из меня вырывается стон, когда он наконец-то освобождается от одежды и я вижу его крепкое достоинство.

- Иди ко мне, - шепчу я, Джонатан встаёт на колени и раздвигает мои ноги пошире. Но за место того, чтобы погрузиться в меня, он берёт мою грудь и продолжает меня мучить, его палец продолжает тереть мой клитор, возбуждая всё больше и больше. Он не даёт мне кончить, дышу тяжело и нахожусь на краю пропасти, он опять останавливается.

- Я так тосковал по тому, как ты всегда готова мне сдаться и капитулировать, - с трудом произносит он и, вытащив язык, он проводит им по животу до пупка, в то время как его руки продолжают ласкать каждый сантиметр моей кожи, и когда его язык оказывается у моего клитора, я начинаю задыхаться.

Я начинаю дрожать, когда его язык разъединяет мои половые губы.

- Я обожаю вкус твоего нектара, - я еле сдерживаюсь от напряжения. Мой клитор уже пульсирует от такого сильного желания и когда он проводит только раз языком по нему, я взрываюсь в сильном оргазме.

Джонатан не ждёт, пока я успокоюсь и, подняв мои ноги себе на плечи, выпрямляясь, входит  в меня одним рывком, пока я кручусь в постели, содрогаясь от оргазма. Мои внутренние мышцы продолжают судорожно сжиматься, сжимая его член, пока он медленно погружается в меня, вызывая новую волну нарастающего оргазма.

- Я скучал по тому, какая ты узкая и горячая, когда сжимаешь мой член. – выдаёт он и это разливает горячий жар в моём теле.

 Он удерживает мои ноги крепко и наклоняется, чтобы изменить угол входа и сделать ещё более приятным мне. И тут я ощущаю, что он теряет контроль. Он отпускает мои ноги, я обхватываю его бёдра и подстраиваюсь его движениям. Когда я почти кончила - он вдруг останавливается.