Когда каждый из нас заказал по чашечке чая, воцарилась тишина, как я и предполагала. Даже Холли, которая не может молчать, молчит, рассматривая стол.

— Так… ты замужем? — спросил мужчина, кинув взгляд на кольцо.

Надеюсь, что он деликатный, иначе будет плохо. Холли просто взорвется, если ее спросят о личной жизни.

— Да… замужем.

Хочется сказать «наверное», но это будет лишним. Мне очень сложно говорить о Джейсоне, когда я не знаю, что между нами. Сердце начинает бешено стучать, когда я вспоминаю, что мы не поддерживаем связь. Самое больное — это не знать, как он там. Я безумно скучаю. Хочется просто обнять его, чтобы понять, есть ли между нами та связь, которая была раньше.

— А я не замужем, — радостно сообщает сестра, выдавливая улыбку. — Наслаждаюсь жизнью, пока есть возможность.

— Это тоже хорошо, — кивает Седрик. — Ты воспитывалась Ниной, да?

— Ага, — кивает она, — воспитывалась, думая, что мой отец — идиот.

Я незаметно бью ее по колену.

Не нужно так говорить о том, кто даже не знал о нашем существовании. Мы уже выяснили, что Нина изменила мужу, поэтому стоит не затрагивать эту историю хотя бы из уважения к матери. Какая никакая, но мама. Главное, что у нас есть возможность расставить все по своим местам. Я очень хочу, чтобы семья Андерсонов была в полном составе. Хочется просто наладить все возможные контакты семьи. Ради Холли, которая ни за что не признается в таком желании.

— Нам врали, — вмешиваюсь я. — А затем сказали, что мы с Холли разлученные двойняшки.

— Хочу извиниться перед вами, — неожиданно говорит он. — Эта ужасная история. Холли, к тебе извинений больше. Прости, что Нина запуталась…

— Не нужно извиняться за нее, — перебивает девушка. — Твои извинения не изменят ее отношения ко мне. К сожалению, вначале она променяла тебя на меня, а позже сделала наоборот.

— Мы можем исправить это.

— Этого не исправить. Нам не быть нормальной семьей, и ты это прекрасно понимаешь, — с серьезностью в голосе сообщает Холли. — Тебе нужно было воспитывать меня в детстве, а не сейчас. Что касается мамы… ей не нужно было менять меня и игнорировать, словно я сломанная игрушка, которую выкинули и теперь неважно как она там.

Когда понимаю, что в горле пересохло, делаю глоток чая и снова чувствую этот дурацкий привкус. Как сосредоточиться на серьезных вещах, если этот привкус просто ужасен.

— Согласен, но мы исправим это, я обещаю, — говорит Седрик, пока я таращусь на дно кружки. — Ты в порядке?..

Понимая, что я выгляжу как сумасшедшая, киваю и ставлю кружку на стол.

— Давайте встретимся вечером? Устроим семейный ужин и поговорим. Нину я возьму на себя, а от вас нужно только понимание и желание поговорить.

Седрик поднялся с места и бросил деньги на меню. Сказав, что он назначит место ужина позже, мужчина покидает кафе.

Не думаю, что это обернется чем-то хорошим, но надеяться никто не запретит. Честно, мне уже надоела эта история с Ниной. Холли нужна мать, которая была раньше. Да, они часто ссорились. Да, непонимания происходили почти каждый день, но ведь это нормально. У Холли был поздний переходный возраст, поэтому все было так натянуто.

— Теперь можно поесть, — потирая ладони, говорит сестра.

— Серьезно?

— Как бы я, по-твоему, выглядела, если бы делала надменное лицо со спагетти во рту?

Когда к нам подошел официант, я решила отойти, чтобы позвонить Джейсону. Не могу больше мириться с этим чувством. Кажется, что все идет к чертям, а я безумно скучаю, что даже дышать сложно.

Нажав на знакомый контакт, часто дышу в ожидании родного голоса, который придаст энергии и остановит эту эмоциональную боль, что так излучается в голове.

Автоответчик.

Шмыгнув носом, я все-таки дала трещину эмоциям и расплакалась.

— Джейсон, нам нужно обсудить все то, что произошло перед тем, как ты улетел на съемку, и… я хочу извиниться. Честно, я очень соскучилась по тебе и не хочу, чтобы мы ссорились. Перезвони.

Сбросив автоответчик, пытаюсь прийти в себя. Надеюсь, что он увидит это сообщение раньше, чем мы с Холли улетим обратно.

Девушка наотрез отказалась селиться в отеле матери, поэтому мы выбрали другой. Весь оставшийся день я ждала ответа от мужа. Чувство тревоги делает сердцебиение неровным. Почему-то мне кажется, что что-то произошло. Долго не думая, решаю съездить на площадку. Терпеть уже нет сил.

У меня всегда есть адреса площадок, где снимается Джейсон. Он по привычке отсылает их на почту, чтобы в нужный момент мне выписали пропуск. Холли просто настойчиво решила поехать со мной, но я отказала. Нам с Джейсоном нужно поговорить наедине, чтобы прояснить каждую мелочь, которая таковой не является.

Чтобы не произошло сюрпризов, прошу у Ральфа телефон, чтобы связаться с мужем, однако номер парня абсолютно другой (новый). Это просто шок, который никак не может уладиться в голове. Нажав на кнопку вызова, слышу гудки, а затем и голос Джейсона.

— Что-то серьезное, Ральф?

Наконец-то. Вот он — этот нежный акцент с капелькой серьезностью. Услышав его, забываю про новый номер и всю обиду, которая так давила.

— Джейсон, — произношу я, и слышу его вздох.

Посмотрев перед собой, вижу красный луч, который быстро исчезает, но Ральф выворачивает руль, и машина врезается в стену здания.

Ремень слишком сильно вдавил меня в сиденье, и я ударилась головой об стекло. Металлический привкус на губах дал понять, что идет кровь. Не знаю, ударилась ли я виском или нет, но рука пытается нащупать телефон, где я могу позвать Джейсона. Пытаясь приоткрыть глаза, чтобы облегчить ситуацию, слышу голос, который насмехается.

— Обожаю иронию. Привет, Джейсон.

Прищурившись в сторону звука, смутно вижу мужской силуэт. На улице уже потемнело, и я пытаюсь справиться с головной болью, которая вызывает головокружение. Заметив лицо Саши, пытаюсь двинуться, чтобы, возможно, сбежать, но он хватает руку. Посмотрев на переднее сидение, вижу, что Ральф в отключке или еще хуже…

— Ты искал меня в Америке. Жаль, что сюрприза не получилось.

Я не слышу голоса парня, поэтому сложно даже предположить, что он отвечает. Посмотрев на Сашу озлобленным взглядом, чувствую удар, от которого в глазах темнеет.

Ощущая укачивание и ужасную головную боль, которая не дает открыть глаза, слышу голоса. Интересно, что происходит. Я не могу нормально мыслить, а про такое простое действие, как открыть глаза я вообще молчу. Складывается впечатление, что я не спала три дня, и теперь приходится терпеть момент, чтобы не заснуть. Кто-то подхватывает меня на руки, и я чувствую, что меня сейчас вырвет, что благополучно оправдывается.

— Сука! — ругается парень, голос которого мне не знаком. Самое удивительное, что и рвотный рефлекс не помогает открыть глаза. Я даже не воспринимаю никакой угрозы, которая вполне возможна.

Позже я поняла, что снова отключилась. Проснулась в полулежащем положении, которое была очень даже удобным, если не считать связанных рук и ног. В глазах все плывет, но я рада, что хотя бы смогла их открыть. Комната полупустая, если не считать кресло, которое раскладывается, и стол. Окна не пропускают света, поэтому не сложно догадаться, что это дешевый мотель без окон с выходом на улицу. (Читай на Книгоед.нет) Говорить нет сил, не то чтобы кричать на помощь. Мои всхлипы и вздохи заполняют пустоту, пока я не слышу звук шагов. Саша, открыв дверь в комнату, ехидно ухмыляется, пока я смотрю на него в предвкушении речи, которую в итоге он задвигает на русском.

— Добро пожаловать в новый дом, сладенькая. Не пятизвездочный отель конечно, к которым ты привыкла, но преимущество, что здесь никого нет, исправляет ситуацию.

Окинув его безразличным взглядом, отворачиваю голову к окну. Честно, мне вообще наплевать на то, чего он хочет. Мы наверняка не успели далеко уехать, поэтому в ближайшем времени меня найдут, а его посадят.

— Ты осознаешь, для чего ты здесь? — спрашивает он, но я не отвечаю. — Мне нравится роль злодея и ты, Луна. Естественно, я не упущу такую замечательную возможность для развития игры.

— Иди к черту, — наконец говорю я, и голос звучит слабо. Надеюсь, он расслышал, куда ему следует пойти. Усмехнувшись, он наклоняется к моему лицу, и карие глаза начинают пугать.

— Не смелость должна быть в твоем приоритете.

— Джейсон найдет меня, Саша, и ты поплатишься.

После моих слов он резко поднялся и прогнулся от смеха.

— Джейсон. Джейсон, Джейсон. Я позволил тебе побыть невестой, затем женой, все! На этом достаточно.

— Ничего ты мне не позволял, кретин, — закатываю глаза я, ерзая на кресле. — Ты вообще никак не касаешься моей личной жизни.

— Пока нет, но я человек творчества. Знаешь, кто мой кумир?

— Осел из «Шрека». Не сложно догадаться.

— Джокер, — крикнул он и нагнулся обратно к моему лицу. Парень хотел что-то сказать, но вместо этого кинул взгляд на мои губы.

— А ты — моя Харли, — шепчет он, и я поднимаю брови.

— Тебе бы полечиться.

Кинув взгляд на выход, вижу незнакомого парня, который держит в руках небольшую коробку. Саша, заметив его, выпрямляется и спрашивает на английском:

— Принес?

— Ага, — отвечает он и ставит коробку на стол. — Много не используй.

— Что там? — спрашиваю я, пытаясь высмотреть. — Что в коробке?

Они выбрали тактику игнорировать, а это только устрашает. Сейчас я в действительности поняла, какие могут быть последствия. Саша — неадекватный человек, и его голову может прийти все, что угодно.

— Ты можешь кричать, вырываться, но здесь никого нет, кроме нас. Пока твой Джейсон ищет нас по всей Америке, мы уже в Англии, причем далеко Лондона.

Быть не может.

— Как долго я была в отключке?

Опять они игнорируют.

Саша подходит к коробке и достает из нее пакет, в котором находится коричневый порошок.

— Подержи ее, — приказывает он парню, который моментально подлетает ко мне и кладет руки на плечи. — Псилоцибин, Луна, хорошо влияет на сознание человека, но не все выдерживают. Взять, к примеру, Макса.