– И выпрямись, в конце концов! Не каждый день стоишь перед адмиралами! – закончив подтрунивать над другом, развеселился Энлиль.

Простояв в смущении какое-то время, Энки недоверчиво посмотрел на командира и телохранителя.

– Так это… он? – удивлённо спросил наёмник, глуповато улыбнувшись в ответ.

Бэар и вовсе растерялся, не понимая происходящего. Откуда ему было знать о давних историях обоих наёмников, связанных с лежащим теперь возле их ног военным.

– Он самый, – вздыхая с иронией, заметил Энлиль.

– Бывший адмирал военно-космического флота, предводитель телохранителей Аккадской сокровищницы знаний – командир Хоннор Хор собственной персоной, – поднимаясь на ходу, подытожил он.

Оставив без объяснений озадаченного парня наедине с отцом, оба наёмника, позабыв про недавние колкости, минут десять о чём-то переговаривались поблизости, и Бэар ещё долго ловил в свою сторону их усталые ухмылки, пока эта же усталость не погрузила всех троих в сон.

– Тебе не обязательно оставаться и видеть всё это, – мягко произнёс Антарес. – Ты можешь побыть в моей реальности… Не противься мне… Позволь уничтожить твоё солнце, когда всё закончится.

Красная Звезда промолчала, оставляя уже который раз без ответа все попытки Антареса начать разговор. Он появился у границ её Солнечной системы внезапно, хоть Звезда, лишённая своей силы, и не была уверена, пришёл ли он только что или наблюдал за ней всё это время с того самого момента, как предал её и лишил власти.

– Ты будешь свободна, Илтим, – как заведённый, повторял Антарес, так и не поняв, нужна ли ей свобода.

Его визит не стал для неё неожиданным. Красная Звезда чувствовала, что он придёт, знала наперёд каждое сказанное им слово и удивлялась своей реакции, ощущениям, которых практически не было. Антарес не вызывал в её сознании ничего, кроме отрешённости. Где-то в глубине души её разум ещё рвался и кричал от содеянного им, но внешне, как и её сфера, Звезда уже обросла новым слоем жизни, скрывающим её слабые места. Тот, кого она миллиарды лет называла своим другом, более не существовал для неё, и если она сама практически примирилась с этой мыслью, Антарес не спешил терять надежду, отчего-то снова и снова приходя в её дом.

Она слышала его просьбы, слышала мольбу о прощении, слышала доводы, но всё это звучало для неё как эхо, далёкое и затихающее. Она чувствовала его боль и страдание, даже привкус раскаянья, но всё равно оставалась нема. Постепенно ей удалось закрыться от его присутствия, слышать, но не слушать, видеть, но не смотреть, знать, но не думать, и это состояние вернуло Илтим осколки её разбитого покоя.

Красная Звезда так и не поняла, когда именно она вновь осталась одна.

Глава 13

Капризная, переменчивая и ненадёжная помощница Удача, способная отвернуться от тебя всякий раз, когда ты начинаешь верить в её постоянство… Хозяин раздражённо сжал покрытые мелкими морщинками руки, пытаясь сдержаться. Его Удача ускользала от него, и ему никак не удавалось ухватить её вновь. Не сумев успокоиться, он вихрем снёс со своего стола коллекцию фигурок, разбивая вдребезги дорогие антикварные шедевры, которые собирал уже несколько тысячелетий. Хрупкие украшения в мгновение рассыпались на тысячи осколков хрустального снега, оседая на полу. Но и этого Хозяину показалось мало. На столе ещё оставались старинные канцелярские принадлежности. Отправив на пол и те, Хозяин жадно огляделся, но выплеснуть досаду ему было уже не на чем. В последний раз с силой сжав руки, он крепко прикрыл глаза, глубоко и порывисто задышав, стараясь ни о чем не думать.

Сделав несколько вдохов, он медленно вернул себе самообладание, но до полного спокойствия оставалось ещё далеко. Липкое присутствие страха, прячущегося за его гневом, порывалось пробраться наружу. Хозяину было чего бояться. Он вновь не выполнил одно из условий своего Владыки, вновь подвёл того, кто в обмен на его помощь даровал ему эту силу, и если бы не многолетний опыт, при другом раскладе, он бы не только покрывался сейчас испариной страха, но и метался как настоящий сумасшедший, бьющийся в припадке.

Пока что опыт и самообладание сохраняли его от вышеупомянутой перспективы, но как долго ему удастся держать себя под контролем, Хозяин не знал. Доселе гладкий сценарий его замысла начинал рушиться в основании. Провал в недавнем покушении повлёк за собой провал и в следующем. А теперь не удалось убить не только первых лиц государства, но и Верховного Правителя Александру, ещё более навлекая на себя подозрение.

Удача, отвернувшаяся от него, неожиданно пришла на помощь Правителю и её кортежу. Если бы не появление Главнокомандующего в том секторе, всё прошло бы как надо. Но этот напыщенный хвастун спутал Хозяину все карты, отправившись к ней навстречу.

Впрочем, и в этом случае всё не оказалось бы столь ужасно, не захвати Сварог пленных. На большинство адайцев, доставленных Сварогом на планету, Хозяину было плевать, и их судьба его никак не волновала. Плевать ему было, по большому счёту, и на остальных. Но именно среди захваченных кораблей оказался один из тех, кто лично видел его в лицо – генерал флота адайцев, с которым Хозяин встречался за несколько дней до покушения.

Мало того, что адаец упустил возможность уничтожить кортеж, так теперь он же мог уничтожить и самого Хозяина, указав на предателя и выдав планы будущего вторжения.

Насколько он был осведомлён, лингвистам практически удалось расшифровать речь пришельцев. Те ещё не знали, что генерал и так неплохо понимал илимский язык, что немного оттянуло допрос последнего. Но теперь возглавляющего расследование адмирала Хорса более ничто не удерживало от визита в камеру пленника. И кто знает, что тот решит наговорить.

От подобных предположений у Хозяина вновь участилось сердцебиение. Он насквозь видел гнилые нравы этой расы и не сомневался, что те без промедления предадут его. Немногим отличался от своих собратьев и пленный генерал, хоть он и удивил Хозяина небывалой образованностью и твёрдым, принципиальным характером, несвойственным его расе. Возможно, он даже проникся бы к нему симпатией, при других обстоятельствах.

Как бы там ни было, Хозяин не имел права на ещё одну ошибку. Время, как и удача, сочилось между его пальцев, приближая к тому часу, когда с него спросят сполна.

Реальность лишь отчасти реальна. Ты смотришь на привычный для себя мир и думаешь, что знаешь его, понимаешь, а иногда и контролируешь. Ты думаешь, что можешь что-то построить, сломать. Но чаще всего тебе кажется, что ты способен что-то исправить в этом своём доме.

Возвращаясь в реальность своего мира после короткого визита в Солнечную систему Илтим, Владыка её галактики тщетно старался прекратить ненужный диалог с собой. Но в этом была его давняя привычка – в любые трудные минуты Антареса неизменно тянуло пофилософствовать. И сейчас борьба двух сторон в его мыслях крутилась вокруг привычного для него мира, в котором он слишком уж часто за последнее время пытался что-то исправить.

Перейдя невидимую границу между двумя реальностями, Антарес медленно поднялся в свои покои величественного белого дома, застывшего на пике высокой горы, чем-то напоминающего крепость. Всё здесь было реальной иллюзией, противоречием, игрой его разума, относительностью и константой. Он сам выстроил этот кусочек своего мира, сам оформил свой угол реальности. Ему всегда казалось, что он сделал свой дом неповторимым и оригинальным, как и остальные обитатели высших миров, творящие совершенство красоты и уродства, созидая и разрушая. Но, побывав в доме Илтим, его убеждения впервые дали трещину.

Его реальность не была особенной, он знал это и раньше. Её проекции просачивались в нижестоящие миры и отражались в измерениях простейших форм жизни, точно так же, как вышестоящие реальности влияли и на его дом. Но никогда ещё за все свои перерождения он не встречал ничего подобного в нижестоящих реальностях. Никогда, пока не решился прийти в новый дом Илтим, в её Солнечную систему.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: