- Ну-ка быстро! - приказывала ему Лучия. - Сколько шагов отсюда к пихте? И постарайся сказать точно, так как иначе я заставлю тебя перемеривать расстояние ботинками, так как вы определяете футбольные ворота...

И Дан старался, вымеривая каждый шаг до сантиметра, но все равно опасался, что почувствует придирчивые слова Лучии:

- Тебе не кажется, что та скала в долине похожа на шахматного коня?

- На шахматного коня?.. - он испытал удивление  от ее слов, но поскольку опасался, что его пошлют в долину, сразу восторженно согласился: - А как же, конечно! Он точь-в-точь как мой шахматный конь...

- Сколько будет четырнадцать на двадцать восемь?

Дан от всей души хотел как можно скорее подсчитать, только душа его не хотела ему помогать, а в голове властвовала полнейшая безалаберщина, поэтому он хватал карандаш и бумагу. Но этого уже не нужно было. Голос Лучии тем самым надежным наждаком ласкал ему слух:

- Триста девяносто два! Это же так просто: четырнадцать на тридцать минус двадцать восемь! А для тебя это очень сложно?

- О нет, Лучия... Это очень просто... могло бы быть очень просто, если бы ты не была такой сложной. Почему ты не можешь быть более простая?

־ Не говори ерунду, неумеха!.. Итак,приблизительная площадь поверхности ... Урсу! Какую площадь может иметь этот склон?

Вспомнив  «14 на 28» и желая спасти приятеля от неизвестно-какой топографической кары Лучии, Дан приготовился подсказать ему. Но в этом не было потребности.

- Где-то метров четыреста... почти четыреста метров... - поправил он сам себя, внимательнее глянув на склон.

- Вот видишь! - бросился Дан к Лучии. - Ты тратишь столько времени, вынуждая меня бегать, высунув язык, и разогреваешь мне голову хуже, чем солнце Петрекеску, а Урсу решает все за три секунды. Это у тебя означает простоту !

- Это простое совпадение, - попробовала Лучия скрыть удивление. - Смотри лучше, чтобы не поскользнуться на мхе! Измеряй шагами расстояние вон к тому круглому валуну... Быстро!

Горемычный Дан покорился, а когда дошел к валуну, доложил, тяжело дыша:

- Двести тридцать четыре шага... очень точно!

-Перемножь их на восемьдесят. Быстро! Сколько будет?

Дан вонзил руки у волосы:

- Двести чертей шевелятся у меня в мозгах.

- Только сто восемьдесят семь, - сразу же поправила его Лучия. - Урсу! Какое расстояние может быть между пихтой и валуном?

Один взгляд - и парень ответил без раздумий:

- Немного меньше двухсот метров... Метров на десять меньше...

- Ты ничего не слышал? - подозрительное спросила его Лучия. - Тебе ничего не шепнул Дан?

Урсу даже не услышал вопроса, вместе с тем Дан ощутил себя оскорбленным:

- Я понимаю, что ты меня подозреваешь в мошенничестве... Но подозревать Урсу - это уже слишком!..

Как всегда, самый порядочный Черешар переживал за другого. Урсу равнодушно махнул рукой.

- Извините... - поклонилась Лучия Дану, потом обратилась к Урсу: - Я попросила бы тебя сказать, сколько метров от валуна до сосны... Приблизительно...

- Хотя бы очень приблизительно! - преувеличено уточнил Дан.

Лучия даже не глянула на него. Она смотрела на Урсу, следила за каждым его движением, готовая решить проблему совпадения.

Парень бросил взгляд в направления сосны, потом еще раз глянул сквозь прищуренные веки и ответил:

- Свыше трехсот пятидесяти, может, даже свыше трехсот шестидесяти метров... Около трехсот шестидесяти...

В конце концов Лучия могла проверить! И чтобы не было даже следа неуверенности, она сама, собственными шагами перемерила расстояние. Дойдя до конца, сказала утомленным голосом:

- Пятьсот двадцать три шага! Вычисли, Дан!

Дан уже приготовил бумагу и карандаш. Быстро ответил:

- Четыреста восемнадцать метров и сорок сантиметров!

- Не может быть! - возразил силач.

- И я не верю, - тоже пришла в изумление Лучия.

- Тогда сами считайте! - начал горячиться Дан. - Сколько будет пятьсот двадцать три на восемьдесят?

- Почему  на восемьдесят? - спросила Лучия.

- А разве мы до сих пор считали не так? - пришел в изумление Дан.

Погоди чуток... - успокоила его Лучия. ־ У меня же не твой шаг. Мой шаг имеет только семьдесят сантиметров. Пересчитай снова!

Дан начал дышать так, словно в последний раз в жизни, очень быстро пересчитал и, закончив расчеты, даже изменился в лице лице:

- Невероятно! Триста шестьдесят шесть метров! Урсу, ты - гений топографии! А теперь что ты скажешь, панночка?

- Мне тоже удивительно, - немного колеблясь, призналась Лучия. - Как это тебе удается, Урсу?

־ Это не очень сложно... - безразлично ответил силач. - Я думаю, то есть представляю себе, до которого места километр, а потом делю его на десять частей по сотне метров. При сотнях все упрощается: одна, две, зри сотни, потом четвертую делю на десять... А когда дохожу к декаметрам, делю и их: один, два, три, четыре, пять... на шестом получаю метры, потом делю метры на десять: одном, два, три, четыре, в конце концов пятый метр начинаю делить на десять...

Сперва Лучия воспринимала его всерьез. Но когда Урсу перешел к третьему делению, она попробовала взглянуть ему в глаза: но на лице не было ни следа иронии. Дан, наоборот, сперва чувствовал себя, словно гайдуцкий баран, подвешенный над огнем, а когда Урсу дошел до сантиметров, он взорвался страшным хохотом.

-А потом - миллиметры... - подхватил он, - Ха-ха-ха! А потом... Ха-ха-ха!.. Что там следует за миллиметрами, Лучия?

Лучия немного надулась. И не так ее допекла шутка, как весьма серьезный тон, которым Урсу объяснял это.

- Справедливая кара, - провозгласила она, - назначается сразу же: Урсу будет делать измерения, а Дан - проверки!

- Пардон! - заорал Дан. - Я надеюсь, ты перепутала меня с кем-то другим, кто имеет то же самое имя. Дай мне покой, к черту! Я уже сыт этими измерениями и подсчетами. Я тоже хочу получать удовольствие от видов, прыгать от радости...

- Именно поэтому я и поручила тебе измерения, - сказала Лучия. ־ Чтобы ты смотрел и прыгал... Если ты думаешь немного...

- Я совсем не хочу думать! - продолжил бунтовщик. - Я хочу кувыркаться через голову, вот так!

Не успел он закончить последнее слово, как ощутил, что проваливается без ни одного шанса на спасение в яму, которую он не заметил. Лучия увидела, что он падает сквозь землю, но волнения и страх парализовали ее. Урсу, одним движением сняв с себя весь груз и одним прыжком оказавшись возле трещины, схватил Дана за руку именно в тот миг, когда парень уже исчезал в пропасти, то есть в последний миг. Все длилось лишь долю секунды. Но, подняв Дана на поверхность, Урсу увидел, что весь груз катится вниз, словно подхваченный каким-то неистовым течением, и вместе с ним самое ценное, что у них было, -рация.

Страх Лучиин  перешел в ужас.

- Урсу! - закричала она. - Аппарат! Что нам делать?

Но Урсу даже не слышал ее. Он метнулся за аппаратом и догнал его в метре от исполинского валуна, который чуть держался на месте.

И хотя парень нес его назад очень осторожно, однако не удержался и легенько потряс несколько раз. Внутри все тарахтело.

- Как жаль! - сказал он, кладя аппарат на землю. - Кажется, ему кирдык.

Лучия была бледная, у нее даже слезы выступили на глазах:

- Господи! Лучше...

- Лучше бы я сломал себе шею... - сказал Дан очень смиренно и искренне. - Почему ты не бросил меня, Урсу?

Урсу был подавлен, а еще больше обозлен:

- Это я виноват! Я растерялся, словно бестолочь... Я же мог его положить, а не скинуть...

Лучия открыла коробку и испуганно посмотрела внутрь. Но не об этом аппарате думала она сейчас, а про вторую группу,  о тех, кто был сейчас в пещере, и о тьме, и об опасностях, которые, может, угрожают им там, в подземном мраке.

- Может, еще можно чем-то помочь? - с надеждой посмотрел Дан на Лучию. -Горемыка! Если бы хотя бы были провод и шурупы... Ох-х! Охо-хо!

- Перестань скулить! - одернула его Лучия. - Пока надо найти место для привала, а потом...