Часть 2. Роза

В этот момент в дверь постучали.

— Кто там? — заорала Шаня.

— Там я, — послышался голос, явно принадлежавший девочке.

— Я не знаю, кто ты, но заходи.

На пороге стояла темноволосая девчонка лет одиннадцати. В ее волосах красовалась заколка в виде большой красной розы. Она нагло уставилась на Шаню своими зелеными глазами.

— Я тебя где-то видела, — нахмурилась девушка.

— Мы в одной школе учимся, тупица! — рассмеялась девчонка.

— Слышь, малявка, ты не охренела? — зловеще спросила Шаня.

— Ты точно такая, как я себе представляла, — усмехнулась девочка. — Нахальная, грубая, постоянно попадающая в неприятности, злейший враг Вани… Ты ведь сорвала урок английского два раза подряд, чуть не зарезала одноклассника ножницами, закрыла кого-то там в шкафу… А еще вы вместе с подругой танцевали кан-кан в столовой.

Шаня покраснела, вспомнив их с Сарой “выступление”. Да, жизнь Шани богата подобными эпизодами. Она срывала уроки, нападала на одноклассников… Хотя чаще всего доставалось именно ей, а не другим.

— Да, ты перечислила многие мои “подвиги”. А ты ведь сестра Вани, в пятом классе учишься. К нему постоянно все учителя бегают, на тебя жалуются.

— Я такая же неуправляемая, как и ты, — хихикнула девочка. — Ваня все время говорит, что я на тебя похожа.

— А звать тебя как?

Вместо ответа девочка дотронулась до заколки.

— Роза! — догадалась Шаня.

— Мо-ло-дец, угадала, — заявила Роза.

— Наглая какая, — проворчала Шаня.

— Это типичная я, — отозвалась девчонка и скорчила кошмарную рожу.

— УЖИНАТЬ, КОЗЛЫ!!!! — послышалось внезапно откуда-то с первого этажа.

Шаня вопросительно посмотрела на Розу.

— Наша бабушка, — пояснила та. — Лучше спускайся сейчас и как можно скорее, а то огребешь.

— Чего?!

— Огребешь, говорю. Глухая, что ли?

Шмеленкова поплелась за Травкиной-младшей. Кухня находилась на первом этаже. За большим столом со скатертью в розовый цветочек сидела вся семья. Отец отстраненно смотрел куда-то сквозь Шаню, почему-то пытаясь есть суп вилкой. Мать аж засветилась от счастья, увидев Шмеленкову, как будто та была дорогим гостем.

— Шанечка! Садись за стол! — жизнерадостно сказала она, указывая на место рядом с Ваней.

Ваня сделал недовольную гримасу. Шаня, изобразив некое подобие приветливой улыбки, уселась рядом с Травкиным, незаметно пнув его под столом. Тот вздрогнул и отодвинулся от нее подальше. Роза уселась напротив Шани, сделала страшное лицо и ткнула пальцем куда-то в сторону. Посмотрев в том направлении, куда она указывала, Шмеленкова увидела немолодую полную женщину с короткими красными волосами, сидевшую на кресле возле стола.

— Бабушка? — шепотом спросила Шаня.

Роза кивнула.

— Ой, друзья-товарищи, как хорошо, что завтра суббота и никуда идти не надо! — начала свою речь мама. — Как хорошо, что выходные уже наступили! Завтра к нам приезжает Илья…

— Фу, отстой! — прервала ее Роза.

— Прекрати сейчас же, он твой двоюродный брат, — возмутилась мама.

— Ты как себя ведешь? — сухо спросил Ваня, с явным неодобрением глядя на сестру.

— Ой, тебя не спросила! Да не таращь ты на меня свои дурацкие глаза! — дерзко ответила Роза.

— Только Ильи нам и не хватало, — устало сказал отец семейства.

— Коля, прекрати сейчас же! — покраснев от возмущения, завизжала Травкина.

— Оль, отвяжись, а, — лениво отозвался муж.

— Да ну тебя, — раздосадованно махнула рукой Ольга. — Роза, ну чем тебе не нравится Илья?

— Он дебил, — ответила девочка.

Шаня слушала их и не верила ушам своим. Она представляла себе семью Травкиных правильными и занудными, такими же занудными и противными, как и Ваня. Как оказалось, не всё потеряно. Здесь очень даже весело!

“Да, Ванечка, не знала, что ты так живешь”, — подумала она, слегка улыбаясь и продолжая наблюдать за семейными разборками.

— А ты умная, да? — начал злится Ваня.

— Конечно! — самодовольно ответила Роза.

— Ну перестаньте, не будем скандалить, — попыталась успокоить их мама.

— Тогда пусть она прекратит выпендриваться перед Шаней! — заявил Ваня.

— Вообще-то, я всегда так себя веду. И вообще, заткнись, а? — отозвалась Роза.

— Вот именно, не нуди тут, — неожиданно поддержала внучку молчавшая до этого бабушка.

— Но… — возмутился Ваня.

— Не начинай, — оборвала его Роза. — А то я сейчас засну от твоих нравоучений.

“Черт… И она всё это видит. И слышит. Улыбаешься, тварь? Смешно тебе, да? Всё ведь расскажет своим тупым подружкам… Как я не хотел, чтобы она приезжала и всё это видела. Как же неприятно, блин”, — думал Ваня, глядя на Шаню.

На некоторое время наступила тишина. Все спокойно поглощали еду, пока Розе не стало скучно. Она взяла салфетку, скомкала ее и бросила в Ваню, попав прямо в лоб.

— Страйк! — завопила она.

— Ты что, совсем обалдела?! — рявкнул Ваня.

— Не ори на меня, придурок! Постригись сначала, а то у тебя волосы почти как у Шани!

— При чем здесь мои волосы?!

— Не таращь на меня глаза свои, меня бесит, когда ты так делаешь!

— А меня бесишь ты!

— Взаимно!

— ША! — рявкнула бабушка.

Внуки недовольно замолчали, бросая друг на друга косые взгляды.

- Ой, Шанечка! — вспомнила про гостью Ольга. — У нас так всегда…

— Да ничего, это нормально, — ухмыльнулась Шаня, доедая суп.

После ужина Шаня вновь направилась в свою комнату. Она решила в красках описать семью Травкиных Саре. Но сделать это ей не дали. Как только она достала телефон, раздался громкий стук в дверь.

— Кто там? — спросила она.

— Ваня.

— Что тебе нужно?

Вместо ответа Ваня бесцеремонно ворвался в комнату, увидел телефон в руках Шани и воскликнул:

— Я так и знал!

— Я не знаю, что ты там знал, это всё равно не дает тебе права вот так вламываться в мою комнату!

— Она не твоя…

— Хорошо, временно моя, — раздраженно поправилась Шаня. — А теперь потрудись покинуть помещение.

— Ты ведь собиралась позвонить Саре, так? — спросил Ваня, и не думая уходить.

— С какой это стати я должна тебе говорить, что я собиралась сделать?

— Если ты ей расскажешь… — угрожающе произнес Травкин.

— А что такого? — спросила Шаня. — Расскажу, и что?

— Меня бесят сплетницы вроде тебя, я ненавижу, когда сплетничают обо мне! — ответил Ваня, пытаясь просверлить Шмеленкову взглядом.

— Ты что, семью свою стесняешься? — удивилась Шмеленкова.

Ваня задумался.

— С чего ты взяла? Дура, блин, достала уже меня, — сказал он наконец, вспоминая, зачем вообще пришел в комнату Шмеленковой. — Учти, расскажешь кому-нибудь…

— Да нужен ты мне очень, чтобы про тебя рассказывать, — зло ответила Шаня, обидевшись. — Свали уже отсюда.

Постояв еще немного на пороге и задумчиво посмотрев на Шаню, Травкин соизволил покинуть помещение.

— Вот больной, — пробормотала Шмеленкова.

Своим визитом Ваня испортил ей всё настроение. Она снова сделала безрезультатную попытку вспомнить, с чего же началась их вражда. Вообще никаких воспоминаний на этот счет.

Раздумав писать Саре, Шаня убрала телефон. За окном уже смеркалось. Решив лечь спать пораньше, Шмеленкова спустилась вниз, приняла душ, а затем забралась в кровать.

— Ну здравствуй, домик-дурдомик, — задумчиво произнесла она, глядя в деревянный потолок и пытаясь сосчитать количество сучков на нем. — Итак, две недели среди ненормальных начались!