- Ну и, что теперь делать будем? – отчаянно краснея, еле выдавила из себя я, старательно избегая его насмешливого взгляда.
- А ты что предлагаешь? – хмыкнул Леухин.
Неуверенно пожала плечами.
- Ждать. В конце концов, рано или поздно кто-то должен сюда заглянуть.
- Когда? – криво усмехнулся кареглазый. – Завтра?
- Возможно и завтра, - тихо ответила, отворачиваясь к окну. В голове действительно не было ни одной путной мысли. Я даже не представляла себе, что нужно делать в подобных ситуациях. Кричать? Биться головой об стенку? Выламывать дверь? А кто его знает…
Любимый на некоторое время замолчал. Видимо, ему тоже нечего было на это сказать.
- А, ну супер! Проведём здесь ночь вдвоём, - засмеялся шатен, вновь вгоняя меня в краску.
«Ты – не ты. Ему ты не нужна. Закатай губу обратно и просто радуйся тому, что можешь сидеть с ним рядом», - как мантру начала повторять про себя я. Хотелось просто взять и закричать от той боли, что появилась у меня внутри. И ни одна мантра, ни одни даже самые правильные слова не могут помочь мне, потому что глупое сердце всё равно хочет верить в обратное.
- Ну, расскажи, как жизнь хоть? – ткнул меня в бок Дениска.
Невольно пришлось повернуться к нему лицом и встретить с любимыми глазами. Кто бы знал, как я в пятнадцать лет ловила эти встречи. Как, отчаянно краснея под насмешливыми взглядами одноклассников, словно завороженная поедала глазами Леухина, или как невольно подкарауливала его везде и повсюду, лишь бы хоть недолго побыть рядом с ним. И сейчас ничего не изменилось: я всё так же ловлю его взор. Разве что себе не признаюсь в этом и отчаянно делаю вид, что всё идёт так, как и должно. Как могло бы идти, не полюби я этого бесчувственного эгоистичного красавчика.
- Относительно. Если сравнивать с Лениным — то хорошо, если с миллионером — то не очень. А у тебя? – вежливо попыталась поддержать разговор, хотя выходило не очень-то. Я лишь хотела…
- Лучше всех! Хорошо, что никто не завидует, - ответил, он, привычно вызывая улыбку у меня на губах. – Ну, расскажи что-нибудь что ли, а то скучно как-то в тишине сидеть, - продолжил он.
- Ох, ненавижу, когда ты так делаешь!
- Как «так»? – прищурился Дэн.
- Ставишь в тупик! Сначала спрашиваешь «Как дела?», а после просишь рассказать что-нибудь, прекрасно зная, какой из меня рассказчик.
Бывший довольно сощурился, словно кот, объевшийся на халяву сметаны.
- А может мне просто нравится выводить тебя из себя? Когда ты злишься, ты прямо такая…
- Ага, то-то же смотрю любите вы меня все бесить, - фыркнула, перебивая Дениску.
И опять довольная улыбка, за которую я когда-то готова была отдать всё, что угодно, лишь бы знать, что сие чудо предназначено мне и только мне одной.
Но что тогда сейчас изменилось? Неужто мне надоело получать эти улыбки за то время, что мы с ним встречались? Четыре месяца срок не малый. Но и не большой…
«Люди влюбляются не раз», - вспомнила вдруг фразу, услышанную в одном из сериалов. Что ж, возможно это так и есть.
Но, видимо, единственному человеку, которому я когда-то доверила своё сердце, на самом деле было скучно. Поэтому он решил завести разговор сам, рассказывая мне… обо всём. Сокурсниках, друзьях, фильмах, книгах, которые он не любит, но всё же читает. О КВН, а точнее о команде, в которую входит сам и их предстоящем выступлении. Временами интересовался обо мне, моих увлечениях и учёбе. Мне было интересно, действительно интересно слушать его голос, поддерживать разговор, отвечать на вопросы: иногда кратко, а иногда развёрнуто. Вести себя непринуждённо и развязано, как я могу это делать только при общении через сеть, а никак не «в живую».
Не знаю, сколько прошло времени, пока мы говорили, час или два, но мы оба этого не заметили. Разве что я постоянно ловила себя на мысли, что глядя в одни глаза, мысленно вижу перед собой уже другие… чисто голубые, солнечные и ясные, как летнее небо. Нет, я не сравнивала их и рьяно пыталась выкинуть все лишние мысли из головы, но они сами ко мне лезли.
- Да-а, было время, было время, - вздохнула мечтательно я, вспоминая те самые мгновения весёлой, беззаботной жизни в школе.
- Эх, Юлька…
- Что? – улыбнулась я.
- Да так, ничего, - встряхнул головой парень, словно прогнал навязчивое ведение.
Я обиженно надула губки. Никогда не любила недосказанность и недомолвки, но кто ж когда интересовался моим мнением.
«И тем не менее этот человек по прежнему оставался для меня идеалом», - вдруг подумала я, припомнив всю ту кучу недостатков, что заметила у него сегодня. И как только раньше-то проворонила? Воистину, любовь слепа, глуха и безрассудна! Любовь… была?
- А хочешь, я расскажу тебе сказку? – спросила неожиданно для самой себя. Сердце учащённо забилось, как это бывает перед прыжком в пропасть прямо вниз головой, без остановки, задержки и долгих раздумий. Прямо так, с разбегу и сигануть вниз, в неизвестность.
Леухин удивлённо вздёрнул бровь. Ещё бы, он тут меня историями разными развлекал, а я ему в благодарность сказку поведать хочу.
- Ну, давай, - пожал плечами он, приготовившись слушать.
«Господи, дай мне силы», - мысленно вымолила я, прежде чем начать думать на тему того, что творю, и какие последствия ожидают меня уже через несколько минут.
- Жила-была девочка. Жила хорошо, даже прекрасно. Шесть лет было этой девочке, и она ещё ходила в садик. Жила себе, не тужила, с другими детишками дружила, играла, вкусняшки ела, веселилась, спала в обед, с горки каталась. Да вот несчастье с ней приключилось… Или может всё же счастье? Хотя в тот момент это так ей не казалось. Влюбилась девочка наша! Ну и что, что шесть лет ей всего было? Ну, так ведь симпатия-то была очень даже реальная. Да, именно симпатия, ибо в годы такие ранние о любви глубокой и речи идти не могло. Особенно, если учесть, что она смеялась в лицо всем, кто говорил с ней на тему эту. Да, именно так, смеялась в лицо, а пока никто не видел её, наблюдала с радостью за мальчиком из её же группы. Он был ниже её ростом, толще, с вечно кудрявой шевелюрой и тёмно-карими глазами, отчего девчушка сразу окрестила его "Мишкой-лапой". Странное имечко дала она про себя герою будущего романа, но, тем не менее, внутренне светилась счастьем.
Шли дни, недели, месяцы и подходило время выпускного бала. Воспитатели сразу стали готовиться с малышами к предстоящему празднику: ставили спектакль для родителей и традиционно создали пары для простенького детского вальса. Девочка грустить вдруг начала, ведь «Мишка-лапа» достался не ей, а какой-то девчонке кудрявой и белобрысой, почти лысой. И злилась она, и с подруженькой не разговаривала, да вот толку-то было от этого? Мальчика её внимание не волновало.
А после полетели годы школьные. Касс первый, второй, третий... внимание девочке нашей стали выказывать другие мальчики: в любви признаваться, вставать пред ней на колени, шляпы снимать... Да вот только не надобно было ей это, она всё ждала своего «Мишку-лапу». Судьба как назло их сталкивала постоянно! То на празднике каком им выпадет быть парой, то просто мероприятие или он, мальчик тот, к ним, девчонкам, играть подойдёт. Да всё бы ничего, только вот не нужна была ему в эти годы девочка-то наша. И вновь выпускной, только в этот раз в классе четвертом. И вновь в паре другой, тот, кто часто ей внимание оказывал, подарки дарил, Валентином её становился...
Я на время остановилась. Не потому, что запнулась или не знала, что сказать, просто в горле пересохло. Да и догадка в голове промелькнула. Как вспышка, кометой пронеслась она, оставив за собой небольшой мерцающий хвост.
"А ведь и правда," - подумала я, - "он мне столько знаков внимании оказывал... Даже во сне меня не оставлял, всегда помогая. Даже сейчас и то одной быть не позволяет."
- Класс пятый, шестой... простая симпатия переросла в нечто большее. Но девочка по прежнему отрицала очевидное, беспечно смеясь всем в лицо. И так из года в год, из часа в час длились её терзания, борьба с самой собой. До класса этак девятого, когда исполнилось ей пятнадцать лет, и она стала считать себя уже взрослой. Подросток... чем она отличалась от той, кем была в первом классе? Знаниями. Определённо, так как уже понимала, что это любовь, та самая, о которой так много читала она в романах: нежная и трепетная, о которой мечтает каждая девчонка. Разве что у неё подвид любви особый выпал - безответная. Девушка, была собой хорошенькая, и решила она всячески привлекать внимание того парня. К тем годам он уже здорово вымахал и на «Мишку-лапу» совсем никак не походил. Он был высок, накачан... и просто всячески прекрасен! Девчонки были от него без ума, а он... был "холостяком". Но многое изменилось за годы эти: девочка как-то постепенно престала быть центром внимания у мальчишек. Теперь она считалась замарашкой, тихоней, зубрилой, очкариком, чего, как уже говорилось, не скажешь о парне том. Если раньше героиня не могла завоевать внимания своего героя, то теперь и подавно почти распрощалась с шансами на успех.