– Прости, я не должен был, - выдохнул он виновато.

– Что? – я недоуменно моргнула на него.

Ласковое касание его пальцев моей щеки не способствовало моему здравому мышлению.

– Я не должен был тебя целовать, - зачарованно повторил он, глядя затуманенными глазами на мои губы.

В ответ хотелось огреть его чем-то страшно тяжелым и заставить повторить содеянное. Я несмело потянулась к воссозданию начатого, но он отшагнул, словно испугался чего-то и уже тверже произнес:

– Нам надо лететь. Поздно уже. Ты должна быть с Забавой.

Я недоуменно моргнула, сгоняя остатки искристого фейерверка. Раззадорить, раззадорил и на попятную! Что за человек?! Я потянулась упрямо в его сторону, желая продолжения, но он решительно поймав мою кисть, мягко забросил меня на шею Лирита и сел сзади рядом. Я расслабленно прильнула к нему, потершись об него, как мартовская кошка. Робким откликом послужило его судорожное дыхание, которое он силился контролировать. Что со мной происходит?! Я не могу себя узнать! Где делась моя выдержка? Мои страхи? Гормоны и ферамоны лишили меня рассудка, и это сказочное место… Спасите меня! Я проваливаюсь в бездну желаний!

Лирит легко и быстро доставил нас прямо на балкон моей комнаты, где Лахрет скоро ссадил меня со спины, поставил на пол, и совсем осоловевшую, оставил стоять на балконе, исчезнув на спине своего нура в темной синеве ночи.

***             ***

Проснулась я мокрой от пота. Снилась какая-то билибурдистика! Ночь. Я бегу по темному сосновому лесу. Меня кто-то преследует. Страшно до зюзиков. Часто оглядываюсь, пытаясь определить, далеко ли преследователи? Спотыкаюсь, падаю, вскакиваю и снова бегу. В последнее время я нередко вижу этот кошмар, и с каждым разом он становится все яснее и яснее. Сегодня я увидела лица тех, от кого бежала. Двое мужчин среднего возраста и лица их некрасивые, не ириданские. А еще у одного что-то было на носу перед глазами, в тонких оправах и со стеклом. Зачем он его носит, ведь это его уродует!

Сев резко в постели, обернулась на Забаву.  Она возвысилась надо мной, стоя на кровати, и блестит своими огромнющими глазищами. Я сперва не поняла, откуда идет легкое свечение, лишь проморгавшись, поняла, что от моей королевы. В ее переливающихся глазах светилось беспокойство.

– Что с тобой? Тебе плохо?

– Ничего, милая, просто плохой сон приснился, - уронив лицо на ладони и массируя виски, ответила я ей.

– Мне не нравится этот сон. Ты боишься. Мне не нравится, когда ты боишься, - тревожно запричитала она.

– Ты тоже их видишь? Мои сны?

– Только некоторые, - мигнула она вторым веком. – Там я видела плохих людей. Они хотели причинить тебе вред! Я бы оставила их в зиянии!

– Ты же там не была!

– Ну и что! Я могу туда попасть в любой момент! – гордо задрала Забава голову.

– А! – махнула я рукой. Бесполезно с ней спорить о ее способностях. По ее словам, она может слишком много для ниясыти ее возраста. Ну, да ладно. – Слушай! Забава, я тебе хочу сказать… кх… - как же поведать ей, что мое социальное положение скоро изменится? – Я вчера разговаривала с Лахретом. Ты его помнишь?

– Да, этот тот мужчина, о котором ты постоянно думаешь.

– С чего ты взяла, что я о нем думаю?

– Я знаю.

– Ай! – снова я махнула на нее. – В общем, мы решили пожениться, - доложила я и уставилась на нее, ожидая удивления.

Забава пару раз мигнула и коротко ответила:

– Хорошо. Мне его Лирит понравился.

Пфф! Вот и все? Неужели Забава знает о том, что ее выбор партнера зависит от меня?

– Мне не сложно выбирать, - ответила она на мой немой вопрос. – Я чувствую то, что чувствуешь ты, разве ты забыла? – для Забавы было все элементарным и не причиняло неудобств и возмущения.

Так, да и так. О чем тут спорить? Я, молча, устремила невидящие глаза перед собой, вспомнив вчерашний вечер с Лахретом, его руки, взгляд, глаза, губы… и снова мурашки осыпали кожу и приятная нега, обняв все тело, медленно сняла напряжение. Рядом послышалось урчание.

– Что? – удивилась я, оглянувшись на королеву.

–  Я чувствую тебя, ты же знаешь… - ответила она.

– Ааа, - протянула я и заставила себя взять в руки, за что получила недовольное возмущенное ворчание.

Пришла Фия и привезла столик с завтраком. Я легко поднялась с кровати и, поздоровавшись с каотой, направилась в ванную. После завтрака и переодевшись, направилась к выходу. У двери девушка спросила меня об указаниях на день, буду ли я обедать здесь или же в столовой, на что ей ответила, что, скорее всего, в столовой, и, выпустив вперед Забаву, вышла.

– Лана? – знакомый голос у двери заставил меня повернуть стремительно голову.

– Лахрет? – удивилась я, увидев слева от себя у входа в мою комнату ятгора. – Что ты здесь делаешь? И давно ты ждешь?

Он игриво улыбнулся и приблизился.

– Доброе утро. Как спалось?

– Хорошо. Что ты здесь делаешь?

– Жду тебя.

– Давно?

– Не совсем, - неясно ответил он и ласково коснулся моей руки, скользнув ладонью от локтя до моего запястья. – Просто хотел тебя увидеть с утра. Уверен, мне полегчает.

– От чего? – я почувствовала, как брови подскочили удивленно вверх.

Лахрет склонился надо мной, положив руки на талию, и, упершись лбом о мой лоб, тихо произнес:

– Я не мог заснуть сегодня ночью. Все думал о тебе.

– Зря! – съязвила я. – А как же ты будешь сегодня биологию вести? – делая вид, что не замечаю его поползновений, бросила взгляд на озадаченную Забаву.

– Так я вам самостоятельную дам.

– Чего?! – я возмущенно нахмурилась. – Тогда я пошла готовиться! – вывернувшись из его рук, горделивой походкой направилась к лифту.

– Я провожу… -  он поравнялся, схватив за руку.

Попыталась ее высмыкнуть, но… если Лахрет чего-то хочет, трудно его переубедить. В лифте я кокетливо вздернула подбородок и отвернулась, демонстрируя, что недовольна будущей самостоятельной работой по биологии. Он же, не обращая внимания на мои жесты, обхватил рукой за плечи и прошептал на ушко:

– Я соскучился.

– Чего это ты такой ласковый сегодня? – покосилась я на него.

– А что? Нельзя?

– Да, вроде как бы и можно… - я пальчиком провела по груди. – Но нас могут застукать…

– Так я не стесняюсь…

– Так я стесняюсь…

Он лукаво улыбнулся, но отпустил, и в этот момент дверца лифта отъехала в сторону, открыв выход в коридор учебного сектора.

– А как там по-поводу библиотеки? Есть новости, - выходя, спросила я Лахрета.

Он вышел вслед за мной, сосредоточенно всматриваясь в мой профиль.

– Наран целую ночь там провел, но без результатов, - пожал он плечами, провожая меня до двери раздевалки.

В коридоре народу было немного, но внимания особого на нас никто не обращал. Что зазорного в том, что идут двое по коридору и непринужденно общаются? Выглядело это, будто мы случайно встретились с учителем и идем вместе в одну сторону, вежливо ведя беседу. Лишь протяжные взгляды в мою сторону с явно выраженным мужским привкусом могли выдать расположенность Лахрета ко мне. Забава ковыляла сзади, с большим интересом наблюдая за нами. Я же, как мне казалось, была сама застенчивость и самообладание.

– Вы, господин Лахрет, расскажете мне обязательно о том, как появятся какие-либо результаты? – я кокетливо взмахнула длинными ресницами, устремив на мужчину взор «невинной» девушки.

Он криво усмехнулся моей дилетантской актерской игре и лишь кивнул в ответ, не отрывая от меня взгляда кобры, гипнотизирующей свою жертву. И с чего это он на меня так слюнки пускает? Я прикусила губу и открыла дверцу раздевалки.

– Ну, я пошла? Увидимся? – помахала я ему ручкой и скользнула вовнутрь.

Он, заложив руки за спину, проводил взглядом, пока я не закрыла за собой двери. Что за дурацкая беседа у нас получилась? Как же неловко я с ним себя чувствую, совершенно запутавшись и в себе и в нем и не понимая, как же мне вести себя с ним при людях. Наедине, я так понимаю, он определяет в основном все, а вот на людях… Я еще не готова демонстрировать свои отношения, пока мы все не зарегистрируем. У меня еще настроится для этого есть целых… эээ… пять дней или около того. Это если Лахрет приведет званцев в дом моих приемных родителей в шестой день недели, а сейчас второй… пфф… значит, не полных  пять дней. За это время я должна привыкнуть и успокоится, я так думаю.