— Хай, — ответил тот. — Это личное имя, а есть еще два родовых.

— Мне достаточно личного. Ответьте, Хай, почему мы за сто лет не захватили живым ни одного вашего сородича, а вы почему-то не захотели умирать?

— Вам попадались разведчики, — ответил перевертыш. — Их так обрабатывают, что захват сразу приводит к смерти. А я из группы освоения. Планета уже захвачена, поэтому в подобных предосторожностях нет смысла.

— Вы захватили королевство, а города стоят пустые.

— Не все, ваше величество, — сказал Хай. — Вначале заселяют города в центре и те места, где есть металлы или другие ресурсы. Крестьян завозят туда, где самые хорошие земли. Вы, наверное, были на границе, а приграничные области заселяют последними. Заселение — это длительный процесс: только королевство будут осваивать лет двадцать, а освоение этого мира займет сотни лет. Но учтите, что мы его уже никому не отдадим.

— Даже если у вас его попробует забрать технически развитая цивилизация? — спросил Игорь.

— Нашей цивилизации сотни тысяч лет, — сказал Хай. — Встречали мы и тех, о ком вы говорите. У этих существ нет магии, поэтому они медленно перемещаются из мира в мир в своих стальных кораблях. Тех, кто по внешнему виду и размерам схож с нами, уничтожают, если отличия большие, такие миры обычно не трогают. Есть управа и на них, но есть и риск.

— И как вы с ними расправлялись? Рассказывайте подробно.

— А что в этом сложного? — по-человечески пожал плечами Хай. — Все такие цивилизации состоят из разных государств. Даже если они не враждуют, оружие есть у всех, а гарантией безопасности считается возможность уничтожить соседей. Мы легко добираемся до руководства нескольких самых сильных государств и развязываем войну. Через несколько сотен или тысяч лет мир можно занимать.

— Сколько вас? — спросила Ларка.

— Я не могу ответить на ваш вопрос, — ответил Хай. — Моим видом заселены тысячи миров. Когда-нибудь никаких других разумных не останется.

— Вы нарисовали страшную картину, — насмешливо сказал Игорь. — Остается внести в нее несколько уточнений. Во-первых, если вы такие могучие, почему сто лет возились с таким слабым противником, как эльфы? Во-вторых, меня интересует, как ваши аппетиты ограничивают настоящие хозяева Вселенной. Недавно я с одним таким столкнулся. Вся наша магия ему на один зуб, а в техническом развитии нас просто смешно сравнивать.

— Есть ограничения, — нехотя ответил перевертыш. — Нельзя просто вторгнуться в чужой мир и перебить его обитателей. Вот когда они сами развяжут бойню, тогда с оставшимися можно делать что угодно. Ограниченное вмешательство в жизнь чужих тоже не наказывается. Тех, о ком вы сказали, очень мало, и они заняты своими делами, но мы стараемся придерживаться установленных ими правил. Для этого есть основания.

— Неужели вы так быстро плодитесь? — спросила Ларка.

— Не быстрее вас, ваше величество, — ответил он. — Наша религия требует занять все обитаемые миры. Когда это будет достигнуто, мы перестанем размножаться и будем жить вечно.

— Какая глупость, — высказался Игорь. — И вы в это верите?

— Я не знаю умных религий, — улыбнувшись, ответил Хай. — Они все обращены не к разуму, а к вере. Я в это не верю, но у нас есть немало тех, кто верит. Захват новых миров преследует много целей. Если мир не нужен сейчас, он может понадобиться потом. Мы объявляем его своим и уже из него можем дотянуться до многих других.

— Вы хотите сказать, что дальность магического переноса ограничена? — спросил Игорь.

— Конечно, — ответил перевертыш. — Из одного мира можно попасть в ограниченное число других. Живых среди них очень мало, остальные мертвы. Если вы сюда попали из своего мира, то и мы отсюда сможем попасть в ваш, это только вопрос времени. И для этого вовсе необязательно знать точки привязки, есть другие способы поиска таких миров.

— Значит, этот мир у вас уже не отберут, а из него вы рано или поздно попадете в наш, — подытожил Игорь. — А если мы сейчас уничтожим всех захватчиков и приведем сюда много представителей своего вида?

— Вас не оставят в покое, — ответил Хай. — Если вас будет мало, применят боевые отряды. Такие использовали против вернувшегося войска даштов. Не всех их удалось взять под контроль и заставить убивать друг друга. Таких уничтожали, стреляя в них отравленными дротиками. Это оружие получше здешних арбалетов. Если вас станет больше, и натащите сильное оружие, против вас используют то, что взято из арсеналов погибших цивилизаций. Мы свою технику развиваем мало, но используем кое-что из чужой. Ну а если вас окажется очень много, с вами поступят так же, как с остальными. Мы настолько похожи, что даже не нужно сильно меняться. При слиянии с кем-то мы узнаем всю его жизнь и получаем возможность принять его внешность. Рано или поздно мы подберемся к тем, кто у вас все решает. Под словом «мы» я имею в виду свой вид, мне к своим обратной дороги нет. У тех, кто вернулся из плена, сканируют память, а с меня после такого сканирования снимут кожу. Приму образ эльфа и буду жить сколько получится. Такие группы, как ваша, в новых мирах могут долго не трогать, если они никому не мешают.

— Поговори с даштами, что они за него хотят, — сказал Игорь жене. — Возвращать не будем, он мне понадобится на Земле. Нужно еще многое узнать, а потом предъявить его правительству. В гробу я видал всех перевертышей вместе взятых, но этот должен жить. Ваш мир, видимо, придется занимать, иначе эти сволочи доберутся до Земли. Направь к даштам нашего лейтенанта с хорошей охраной. Когда договорится насчет Хая, пусть едет к графине. Если у нее совсем нет продовольствия, мы можем дать авансом, но расплачиваться будут накопителями. И пусть Алексей предупредит, чтобы на соседей не наезжали. Если будут брать невест, то только по взаимному согласию, а за насилие оторвем головы.

Дорхай был зол, а тут еще опять приперся посланец графини. Наглому эльфу хотелось свернуть шею, но приходилось сдерживаться, что еще больше портило настроение.

— Нет у нас лишнего продовольствия и в ближайшем будущем не будет! — сердито сказал он высокому для эльфа дружиннику. — Пшеница только взошла, а с рыбой у Герта не ладится. Продукты остались, но совсем немного, а у нас достаточно своих едоков!

— Смотри, дашт! — перешел к угрозам посланец. — Пока с вами говорят по-хорошему, а могут и по-плохому. Число ваших едоков нетрудно и сократить!

— К тебе можно? — откинув полог шатра, спросил старшина мастеров. — У тебя гость?

— Незваный, — ответил сотник. — Проходи, Герт, тебя наш разговор тоже касается. К нам опять пожаловали за едой. Если не дадим, угрожают расправой.

— Ты пришел не по адресу, но вовремя, — сказал старшина дружиннику. — Мы приняли власть короля Игара, поэтому договаривайся с его представителем. Он только что приехал в селение по нашим вопросам, а потом собирался ехать к вам, но раз ты здесь, здесь все и решите. Сейчас я его позову.

Он ненадолго вышел и вернулся с Мельниковым.

— Я барон Алекс, — сказал дружиннику Алексей. — Представься.

— Я благородный Ортай Дорб, — ответил тот, неприязненно посмотрев на лейтенанта.

— Слушай внимательно и передай мои слова графине, — сказал Мельников. — Продовольствия у вас нет, и здесь вы его не получите. И потому что вас не обязаны кормить, и просто потому, что его в селении почти нет. Король готов войти в ваше положение и помочь, несмотря на ваше к нему отношение, но просто так ничего не получите. Можете купить за золото, но вам предлагают кое-что получше. Если не струсите, обеспечите себя не только едой, а вообще всем необходимым.

— И что нужно делать? — заинтересовался Ортай.

— Королевство захвачено перевертышами, — сказал Алексей, — но там их пока мало, и почти все собрались в крупных городах. На границе их вообще не должно быть.

— Мы заходили в пограничный городок, и там было только несколько перевертышей, — подтвердил Герт.

— Они очистили города и деревни от даштов и их скота, — продолжил лейтенант. — Обычное продовольствие вроде муки и круп должно сохраниться в больших количествах.