Наконец в глубине одного из коридоров дежурный врач остановился и распахнул перед нею двери в палату. Дурсун сразу узнала Батыра. Он сидел на койке у окна и читал книгу.

—      Батырджан! — вскрикнула Дурсун и бросилась к сыну.

Она заключила его в свои объятья, и слёзы сами собой потекли из её глаз. Нет, она не верила тому, что видела! Её сын был жив, здоров; он весело улыбался, руки его крепко обнимали её шею...

—      Если бы я знала, что ты дашь себя резать, — ни за что бы не отпустила тебя в город! — сказала Дурсун, вытирая платком глаза. — Как тебе не стыдно, Батырджан, ты совсем не жалеешь свою мать...

—      Что ты, мама! Зато я теперь совсем здоров! — воскликнул Батыр.

—      Ты стал такой самостоятельный...

Дурсун окинула взглядом нижнее белье Батыра, тёплый больничный халат, кожаные тапочки. В непривычной для неё одежде сын выглядел гораздо старше своих лет, он словно возмужал за это время. Да и лицо его посвежело; на округлившихся щеках играл румянец.

— Всё-таки надо было посоветоваться. Мы ведь с отцом тебе зла не желаем... — смиряясь, сказала Дурсун.

—      Теперь уже всё позади, мама. Ты же видишь, я совсем здоров.

Пока мать и сын беседовали, начался обход врачей. В палату своей обычной, быстрой походкой вошёл главный хирург. Его окружали врачи.

Профессор подошёл к койке Батыра и, потирая свои белые руки с тонкими, гибкими пальцами, спросил:

—      Ну, как наши дела, Батыр?

—      Спасибо, профессор, очень хорошо, — ответил Батыр и указал на мать: — Это моя мама, профессор.

Хирург протянул женщине руку.

—      Вы можете гордиться своим сыном, — сказал он. — Ваш сын оказался настоящим батыром! Он перенёс очень сложную операцию, — да, очень сложную! Но он молодец. Скоро мы его выпишем из больницы, больше ему здесь делать нечего.

—      Спасибо... — краснея от волнения, вымолвила Дурсун.

Хирург направился уже было к койке другого больного, но,

по-видимому, что-то вспомнив, вернулся назад.

—      Я хотел спросить у вас: давно ли заболел ваш сын?

—      Теперь уже пошёл третий год...

—      Чем же вы его лечили?

Дурсун взглянула на сына. Глаза Батыра требовали от неё правды. Она покраснела ещё больше, потупила взор. Тишина в палате показалась ей звенящей. Профессор ждал. И, как ни горько, как ни стыдно было пожилой женщине признаваться в том, в чём она уже сама в душе раскаивалась, она не утаила ничего. Подробно и честно рассказала Дурсун, как лечили её сына знахарки и тебибы.

—      Да... — сказал после долгого молчания хирург, — из-за всех этих напитков, знахарских прижиганий и массажей вы могли лишиться своего сына. Мы должны изживать это наследие проклятого прошлого.

...Когда профессор покинул палату, мать спросила Батыра:

—      Это он тебя резал?

—      Не резал, а оперировал, — поправил Батыр.

—      Пусть будет оперировал... Ты мне скажи, это он?

—      Да.

—      Как его имя?

—      Григорьев.

—      Как ты сказал? Гюрегер?

Батыр усмехнулся про себя. Русскую фамилию «Григорьев» мать его путала с туркменским словом «гюрегер», что значит «всевидящий». Он хотел ей разъяснить ошибку, но она в это время сказала, глядя на дверь, за которой скрылся профессор:

—      Он настоящий гюрегер, если сумел рассмотреть твою болезнь. У него хорошее имя. Мы не должны забывать его.

Прошло несколько дней, и Батыр выписался из больницы. О болезни своей он вскоре забыл и думать, но тёплое чувство благодарности к опытным рукам хирурга осталось в его сердце навсегда.

Берды Мурадович Кербабаев родился в 1894 году в ауле Коуки-Зерен, Тедженского района. Туркменской ССР. Образование он получил сначала в мектебе (сельской школе), затем, по окончании медресе в Бухаре, поступил в Ленинградский институт востоковедения.

Его первое стихотворение было напечатано в 1923 году. Затем появляются поэмы «•Женский мир», «Закрепощённая», «На весеннем поле». «Аму-Дарья», сборник рассказов, роман в стихах «Айлар», повести «Хакы-кат», «Курбан-Дурды» и другие произведения.

Крупнейшее произведение Б. Кербабаева — роман «Решающий шаг», об участии беднейших слоёв крестьянства Туркмении в социалистической революции.

Широко известна повесть Б. Кербабаева «Айсолтан из страны белого золота» — о трудовых подвигах хлопкоробов Туркмении.

Сейчас писатель закончил работу над большим романом «Небит-Даг» — из жизни нефтяников Туркмении.

Б. Кербабаев много переводит с русского языка на туркменский. Основные его переводы — «Хаджи-Мурат» Л. Толстого, «Мать» М. Горького», «Поднятая целина» М. Шолохова, «Овод» Э. Войнич и др.

Б. Кербабаев — действительный член Академии наук Туркменской ССР, заслуженный деятель искусств Туркмении. За литературную и общественную деятельность он дважды награждён орденом Ленина и дважды орденом Трудового Красного Знамени.

В сборник «Батыр» вошли четыре детских рассказа Кербабаева:

«На границе» — о смелости и находчивости туркменского тюнера Черкеза, помогающего пограничникам задержать нарушителей границы;

«Сын своего отца»—о сыне погибшего на фронте воина Советской Армии, о горячем стремлении мальчика учиться в Суворовском училище и стать достойным своего отца;

«Беспокойный характер» — о туркменском дошкольнике Амане, любознательном и пытливом, стремящемся поскорее поступить в школу и узнать обо всём, что его интересует;

«Батыр» — рассказ, написанный автором в 30-е годы, когда в туркменских деревнях ещё не было школ и больниц и народ верил невежественным обманщикам — знахарям. 14-летний Батыр страдал тяжёлой болезнью, и никакие знахари ему не помогли — лишь русский профессор-хирург возвратил мальчика к жизни.