Маггс тем временем шел в сторону финишных ворот, откуда к нему навстречу уже двигался Тритан. Выскочил второй, тот самый, со шрамом, подбежал к бочке, выдернул меч и кинулся на местного чемпиона. Я отвела взгляд, посмотрела на экран. Оказывается, его зовут Васкес. Вернее, звали. Они с Тританом зарубились на мечах, но схватка вышла короткой. Несколько быстрых ударов, и вот он уже лежал на песке с перерезанным горлом, а Тритан поднял руку с мечом под восторженные вопли трибун.

Ну что же, игроков осталось четверо.

Я подняла меч, встала. Что будет, если победит Тритан? Что изменится, если победит Маггс?

Их схватку я видела плохо. Они дрались далеко от меня, у самых финишных ворот, да и Маггс все время стоял спиной. Наконец, он сделал что‑то такое, эдакое… Увернулся, всадил короткий меч противнику в живот. Затем, когда Тритан упал, добил его привычным движением гладиатора, словно до этого многократно дрался на Арене.

Победил. Выдернул из тела меч. Поднял руку, купаясь в овациях. Пошел ко мне. Вернее, к нам с Дорсом. Ласси опять завыла.

Я ждала Маггса. Мыслей не было; они пугливо разбежались, попрятались кто куда. Вместо них — лишь звук собственного судорожного дыхания. Попыталась вспомнить, чему учил отец. На мечах драться не приходилось, но я заставила себя успокоиться, готовясь принять бой.

Зачем? Ради чего?! Ради кого?! Ради Дорса?.. Ради себя? Да черт побери!..

Опустила меч. Не буду с ним драться! Дорс все равно не жилец, да и мне… Меня приговорили и казнили в центральной тюрьме Рагхи, а все, что произошло после — лишь затяжная агония. Хорошо хоть удалось вытащить Ласси и Сари, детей кассанов. Остальное…

Остальное не получилось.

— Маша, — Маггс остановился передо мной.

— Маггс, — отозвалась я. — Ты победил. Можешь забрать наши жизни. Я не буду с тобой драться.

Разжала пальцы, бросила меч, и он вонзился в песок Арены.

— Видишь ли, — с усмешкой произнес Маггс, — я тоже не буду с тобой драться.

— Тогда нас убьют. Расстреляют в упор. Прости, Маггс! Я думала, если вытащу детей кассанов, Наместник остановит Игры. Поймет, что кровопролитие приводит к еще большему кровопролитию. Этого не произошло.

— Не произошло, — согласился он.

— У тебя нет выбора, — сказала я. Ему придется нас убить, даже если он этого не хочет. Или мы погибнем. Все.

— Выбор есть всегда, — заверил он. — Живи, Маша! Ради Ферга… Ты победила.

Я… остолбенела. Не поверила своим глазам, когда он отбросил меч и с силой вонзил охотничий нож себе в грудь.

— Ма — аггс! — заорала я, кинувшись к нему. — Нет!

Не хотела я этого! Видят боги, долбаные боги этого мира, не хотела, чтобы он умирал. Не из‑за меня!

Когда опустилась перед ним на колени, Маггс уже не дышал. Рыдая, погладила его по лицу. Взяла окровавленный меч, лежавший рядом с телом. Поднялась.

— Они мертвы! — закричала бессловесной, шевелящейся, похожей на похотливую до эмоций, страхов и боли гусеницу толпы. — Они все мертвы. Вы ведь этого хотели?! Этого?! Мало вам смертей?! Тогда наслаждайтесь! Они мертвы… Они все мертвы!

Увидела, как выдвигалась ложа Наместника, затем опускалась на землю. Раскрылся бортик, выпустив человека. Он шел ко мне, но как‑то странно, чуть боком. Несомненно, для того, чтобы убить меня.

Выпустила меч, чувствуя, как разжимаются пальцы. Сил не осталось. Смерть Маггса забрала, унесла их с собой.

— Маша, — услышала голос. Повернулась. Дорс! — Не сдавайся, Маша! Только не сейчас!

Подбежала, опустилась перед ним на колени.

— Лежи, — прошептала ему, видя, что он попытался встать. — Боги, сделай вид, что ты мертв! Ласси, — прошептала я. — Ласси, отключи его датчики. Если он умрет, тогда… Тогда я выиграю, и все закончится.

— Да, — отозвалась Ласси. — Маша, Астайр…

Подруга хотела что‑то сказать, но я качнула головой. Поднялась на ноги, подхватила меч, пошла к Наместнику, уверенная, что Дорс меня понял, а Ласси сделает все как надо. Краем глаза заметила, как на экранах под моим изображением появилась надпись: "Победительница Сто Пятнадцатых Игр".

— Я выиграла, — сказала Касту Рицэ, уставившись в худое, смуглое лицо. Наместник чем‑то напоминал самца — тетрапода — пусть не плотоядный, но от этого не менее опасный, — и ухожу с Игр. Ухожу и забираю тела своих друзей, чтобы похоронить, как этого требует обычай.

— Ты останешься, — приказал Рицэ. — Останешься и будешь биться со мной.

— Все закончилось, — возразила ему. — Я знаю правила.

Он покачал головой.

— Я вызываю тебя на поединок, Майри Таннис!

— Зачем?! — заорала на него. — Зачем тебе этонадо? Я ухожу, а ты будешь править Таурусом. Или тебе тоже не хватило крови?!

— Слишком многие видят тебя на моем месте, — он обвел взглядом трибуны. — Так что пойди и возьми его!

— Нет, — сказала ему. — Я не буду драться.

— Будешь, Майри Таннис! Я не отпущу тебя просто так. Они не отпустят тебя просто так!

Трибуны скандировали мое имя, призывая принять бой.

— Я не собираюсь…

— Майри, Майри Таннис! — сочный мужской баритон заполнил собой все пространство Амфитеатра.

— Маша, — вторил ему голос Ласси в ухе. — Я переключила камеры и микрофоны на Астайра. Он вытащит тебя. У нас нет времени разбираться с Рицэ. Сделай то, что должна.

— Майри Таннис, ты выйдешь за меня замуж? — спросил, улыбаясь, мужчина, чье лицо занимало весь экран.

Я обомлела. Он был высоким и светловолосым. Прямой нос, красивые губы. В глазах — озорные огоньки. Мелкие морщины на лбу, трехдневная щетина. Что, выйти за него замуж?! Зачем?!

Пока раздумывала, он каким‑то непостижимым образом преодолел разделительный барьер между трибунами — думаю, Ласси помогла — и уже бежал по полю. Ко мне. Правда, в сопровождении охраны.

Наместник скривился.

Любовь, догадалась я. Ну конечно же! Сюжет, обожаемый Ригасом, уже однажды разыгранный в истории Тауруса, похоже, воплотился в жизнь еще раз. Только с участием меня и этого… Как его зовут?!

— Я отклоняю твой вызов, — сказала Касту Рицэ, — по уважительной причине.

— Любовь, — пробормотал Наместник.

— Любовь! — с вызовом ответила ему, протягивая руки к подоспевшему незнакомцу.

— Значит, решила пойти по пути Киннси? — едко поинтересовался Рицэ.

Ответить не успела. Мужчина сжал меня в объятиях, закружил по полю.

— Кто ты такой, черт тебя побери?! — тихо спросила у него, когда все же поставил меня на землю. В голове мелькали, кружась, разноцветные звездочки.

— Тот, кто любит тебя! — громогласно возвестил он, и трибуны ответили согласным стоном. — А еще у меня есть регенератор, — прищурившись, шепнул мне.

— Жених с приданым, — пробормотала я. — Беру!

— Тогда терпи, — улыбнулся он.

Притянул к себе и поцеловал. Долго, вкусно, с расстановкой. Нашел же время! Или это требовалось по сюжету? Мой второй поцелуй… Неужели Астайр и есть второй муж, обещанный Массидой?!

Тут Каст Рицэ, морщась, протянул к нам руки. Пришлось встать на колени. Наместник положил свои длани нам на головы и, будто заправский священник, властью, данной народом Тауруса, под вопли этого самого народа, объявил нас мужем и женой.

Вот и все!

Жуткие Игры закончились, только вот конец вышел скомканный. Правда, трибуны неистовствовали, комментаторы вопили, что это — самые зрелищные игры в истории Тауруса. Любовь, кровь, смерть, тайны… Я принимала скудные поздравления от Каста Рицэ. Отказалась от места в администрации Асе, с трудом удержалась, чтобы не заехать Наместнику по лицу. За всех, кто погиб в Лабиринте. За Маггса, за Дорса…

Хотя виноват ли он, ведь играл по правилам этой жуткой планеты? Пусть мухлевал, но…

— Пропустите моих друзей, — попросила у него.

Подбежали Ласси, Ригас и Сари. Доктор нагнулась над Дорсом, затем что‑то приказала Ригасу.

— Мы уходим. Сейчас же, — сказала я Рицэ, а затем повернулась к трибунам. — Свадьба… — новоявленный муж пожал мне руку, — не терпится отпраздновать…