– Похоже, вы оба уже влюблены. Поздравляю, парень.

Я поворачиваюсь и улыбаюсь ему. Уверен, что и правда люблю её. Когда я ловлю на себе такой её взгляд, каким она сейчас смотрит на меня, думаю, что, может быть, она чувствует ко мне то же самое.

Я говорю ей, что Марк отнесёт наши вещи наверх, так что мы можем идти на пляж. Я беру её сумочку, потому что она ей не понадобится, и протягиваю Марку. Снова благодарю его. Беру Алексию за руку, и мы идём на пляж.

Мне нравится держать её руку в своей, и я не отпускаю её, пока не приходится снять свои туфли, прежде чем встать на песок. Как только туфли сняты, я оставляю их в нашей кабинке для переодевания, чтобы не потерять. Я тороплюсь, чтобы снова взять её за руку, и замечаю, как лунный свет освещает её светлые волосы. Я был прав. Не смог бы представить этот момент идеальней. Она похожа на ангела, сошедшего с небес с нимбом над головой.

Я замечаю, что она сняла свои туфли так же, как я, и это тоже нас объединяет. Она начинает рассказывать, что в детстве строила замки из песка и притворялась, что она принцесса, которая ищет своего прекрасного принца. Надеюсь, её прекрасным принцем буду я. От этой мысли чуть ли не смеюсь. Как я оказался здесь с этой девушкой и так быстро и безнадёжно влюбился в неё?

Я прошу её рассказать мне ещё одну историю, и она рассказывает. Следующая история удивительна, и, похоже, ей с детства нравится проводить время на этом пляже, как и мне. Эта история кажется немного похожей на моё воспоминание о том времени, когда мне было тринадцать. В тот год сломал ногу и много чем не мог заниматься, в том числе, заходить в воду. Мой брат был расстроен, что я не могу проводить время с ним. Я мог только сидеть возле кабинки для переодевания и читать, чем и занимался в то лето. Мой брат нашёл эту девочку, с которой потом строил огромные замки из песка, он был счастлив в том году. Помню, даже краснел, когда рассказывал мне и родителям о том, как провёл день с девчонкой, строя замки. Может быть, завтра, когда мы будем на пляже, нам следует построить замки из песка. У неё будет воспоминание о том, как она строила их со мной. Мой брат был хорош в этом деле и научил строить замки и меня. Мы строили гигантские замки, когда были младше.

Она напоминает мне о том, что нужно вернуться и заняться домашним заданием. Алексия смотрит в сторону дома Меган, и знаю, о чём она думает: "Очередная вечеринка". Я рад, что мы пошли другим путём. Мне интересно, оказались ли Тайлер и Джейкоб в конце концов на вечеринке. Надеюсь, что нет. В этот раз я хочу быть эгоистом и не менять Алексию на роль трезвого водителя. Она замечает моё беспокойство и предлагает позвонить друзьям, когда мы вернёмся в кондо. Она умна, если обратила на меня внимание и поняла, что я волнуюсь за друзей, особенно за Джейкоба, так как он уже начал учебный год с ежедневных вечеринок.

Пока Алексия принимает душ, я могу позвонить своим друзьям. Я шучу с ней и спрашиваю, не нужна ли ей помощь в душе, но она хихикает и отказывается. Подожду, пока она будет готова, и не буду давить, потому что это будет большой шаг в наших отношениях. Пока она в душе, звоню парням, чтобы узнать, где они, и удивляюсь, что они не поехали на вечеринку, а остались играть в футбол. Самый большой сюрприз в том, что Джейкоб сегодня не выпил ни бутылки пива или другого алкоголя. Это шокирует, но я рад. Мне удастся побыть эгоистичным и провести остаток вечера только с Алексией.

Я решаю принять душ в другой ванной, пока она приводит себя в порядок. Я выхожу на балкон и располагаюсь поудобнее на пару минут, пока не слышу, что Алексия выходит из ванной. Я улавливаю дуновение её запаха, прежде чем она выходит на балкон, и вдруг вспоминаю, как сложно будет сегодня удерживать рейтинг нашего свидание до восемнадцати плюс. Мне приходится собраться, чтобы не спугнуть её тем, что я не могу держать руки при себе. Она выглядит сексуально в своей майке и коротких пижамных шортах, и я едва могу мыслить трезво. Она хочет выглянуть на улицу и прислоняется к перилам, после чего с улыбкой разворачивается ко мне. На неё всё ещё падает лунный свет, и не могу сосредоточиться на чём–то еще, кроме её красоты.

Она спрашивает, звонил ли я друзьям, и это приводит меня в чувство. Я отвечаю, что звонил, рассказывая, что даже шокирован поведением Джейкоба. Пока она стоит рядом со мной, я снова вдыхаю её удивительный запах и мгновенно теряю контроль. Я усаживаю её к себе на колени и целую её, как голодный зверь. Алексия целует меня в ответ со всеми своими чувствами, и она определённо умеет целоваться. Я так завожусь, что мои руки начинаю бродить по её телу. Она касается меня точно так же. Знаю, что должен остановиться, пока могу, но мне нужно ещё несколько минут. На вкус Алексия похожа на рай, а её сладкий запах напоминает лёгкий бриз. Мне необходимо остановиться сейчас же, поэтому я заставляю себя сделать это. Я признаюсь своей девушке, что если мы не остановимся сейчас, то я уже не смогу это сделать.

Она извиняется за своё поведение. За то, что целует меня, будто ей никогда не следовало этого делать. Я слишком сильно наслаждался этим, поэтому говорю ей, что тоже виноват, и что ей не за что извиняться. Алексия хранит себя для особенного человека, и я хочу быть всем, чего она заслуживает, и даже больше.

Я встаю, чтобы взять наши книги. Мне приходится сделать передышку, чтобы не взять свои слова обратно и не заняться с ней сексом прямо на балконе. Вернувшись, я успокаиваюсь достаточно, чтобы приступить к учёбе. Спустя некоторое время замечаю, как Алексия пару раз зевает, и говорю ей, что пора спать. Когда мы ложимся в кровать, я надеюсь, что смогу контролировать себя лучше, чем когда мы, разгорячённые, были на балконе. Я не должен думать о том, как она целовала меня на балконе, чтобы держать себя под контролем.

Мы готовимся ко сну, как любая другая пара. Наблюдая за ней при этом, я чувствую счастье, потому что она моя. Она даже не понимает, что заводит меня своими обычными действиями. Она разворачивается и улыбается мне. Я спрашиваю, по какому поводу эта улыбка, и она удивляет меня, отвечая, что благодарна за то, что находится здесь, и рада быть моей девушкой. Алексия прикусывает губу, улыбаясь мне. От этого жеста мне хочется схватить её и бросить на кровать, чтобы разобраться с ней своим способом. Я говорю ей это и прошу прекратить, но она снова прикусывает губу, дразня меня и проверяя, сделаю ли я то, что сказал. Сейчас она мне точно поверит.

Я предупреждал её, поэтому теперь я рычу как хищник, готовый поглотить свою добычу, подхватываю её на руки, и мы приземляемся на кровать. Целуя её с такой страстью, которую никогда не чувствовал раньше, я так теряюсь в своих действиях, что забываю подождать хотя бы секунду. Я начинаю целовать её шею, и она стонет, будто готова к большему. Это заставляет и меня хотеть большего. Я продолжаю целовать её шею, а затем медленно спускаюсь к её плечу.

Вкус Алексии опьяняет, заставляя меня с безумием целовать её тело. Она стонет и прижимается своим телом к моему, из–за чего мне хочется зайти дальше. Я продолжаю двигаться вниз по её коже, приближаясь к груди. Прямо сейчас я могу думать только о том, что попробую её грудь, поэтому начинаю оттягивать её майку, продолжая целовать её. Я близок к своей цели, и мы оба увлечены этим моментом. Не думаю, что мы сможем остановиться, если продолжим в том же духе. Я не останавливаюсь, и Алексия не останавливает меня. Вновь целую её и оттягиваю майку ещё дальше, лизнув ложбинку между её грудей, двигаюсь к соску. Я открываю глаза, чтобы увидеть красоту её грудей, и замечаю шрам в районе её грудной клетки, но не придаю этому внимания, потому что у меня на уме другая цель.

Алексия вдруг вскакивает и поправляет свою майку, снова извиняясь за то, что дразнила меня. Она просит меня простить её. Ей не за что извиняться, но нам нужно остановиться сейчас, пока я контролирую себя. Я говорю, что нам пора ложиться спать, чтобы утром пойти на пляж, и удаляюсь в уборную. Мне действительно нужно плеснуть на лицо холодной воды, чтобы остыть, прежде чем возвращаться в кровать к Алексии. Вытирая лицо, я смотрю в зеркало. Я вижу мужчину, которые должен сейчас же успокоиться. Затем вспоминаю ощущения от прикосновений к её телу и её красоту, и это мешает мне остыть. Мне нужно подумать о чём–нибудь другом, но о чём?