На некоторое время опыты остановились. Затих и Кьюби. А когда Наруто, три дня назад, с чего-то решил снова попробовать, еще раз использовал частичный покров и создал теневого клона из демонической чакры, клон замер, не атакуя. Видеть себя со стороны в покрове было как-то непривычно. Еще непривычнее понимать, что вот эта твоя собственная копия с тремя хвостами, покрытым шерстью лицом и когтистыми конечностями, зло оглядывающаяся по сторонам – Девятихвостый Демон Лис.

И Лис держался. К себе подходить не давал, сразу исчезая. Говорить ничего не мог. Только смотрел. Смотрел, и чего-то ждал. А сегодня, вызвав его еще раз, предварительно заготовив кусок вяленого мяса, Наруто, стоило Кьюби появиться, бросил мясо демону. И демон кусок мяса съел. И исчез. И удивление на морде его было даже большим, чем то, при котором он развеялся в первый раз.

Боевой полезности в технике пока не было. Клон был очень нестойкий, развеивался даже от простого дождя. А в том, что он сможет удерживать большие объемы чакры, были сильные сомнения. Да и риск. Но отступать Наруто не собирался.

- Поиграли и хватит, - Джирайя поднялся, - тебе нужно возвращаться к…

Он недоговорил, будто прислушавшись к чему-то. Наруто и Сакура тоже замерли. А затем из леса вышел Синоби. Безликий в форме АНБУ Конохи.

- Джирайя-сама. У меня к вам послание.

Старый извращенец, ставший совершенно серьезным, кивнул. Ему в руки перешел свиток, в который старик глянул лишь мельком.

- Наруто. Тебе нужно взглянуть…

Джинчурики подошел к ним и принял свиток. Читал он долго, и не потому, что текст был длинным. А потому, что перечитывал некоторые строки по несколько раз. Его не торопили. Наконец, закончив чтение, он как-то бездумно вернул свиток безликому.

- Значит, война?

Посыльный кивнул. Несколько секунд тишины и уверенные слова:

- Я готов!

Миина зашла в крупный кабинет, рассчитанный для работы десятка человек. Впрочем, сейчас здесь сидели всего пятеро, трое поодиночке за своими столами, а еще двое склонились над картами в дальнем углу кабинета. Но здесь не было того, кого искала девушка.

- Эй! Где Шикамару? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросила она.

Ближайший к ней аналитик, тоже Нара, не отрываясь от работы, показался ей жест указательным пальцем. Указывал он вверх.

- Если нет на крыше, в архиве или библиотеке, мы не знаем, где его искать.

- Именно в такой последовательности? – ухмыльнулась куноити.

Парень кивнул.

Ходить по резиденции в поисках специального дзёнина Миине не хотелось, но деваться было некуда. Лишних людей, которых можно было бы послать на такие поиски, у нее не было. Поэтому на крышу она поднялась сама, никого там не обнаружив. Почти сразу стал ясен намек на то, что искать Шикамару в названных его подчиненным местах бесполезно, но она все же спустилась в архив. Где дзёнина ожидаемо не оказалось. Как не оказалось и в библиотеке. Поэтому она вернулась в кабинет аналитиков.

- И где мне его дальше искать?

Все тот же тюнин пожал плечами:

- Не знаю. Но, перед тем как убежать куда-то, он сказал, цитирую: "нужна большая карта".

Куноити прошла до стола Шикамару, заглядывая в лежащие на нем бумаги. Как ни странно, на столе царил порядок, какой вообще мог царить на столе активно работающего парня. Никакой грязи, а кипы бумаг и свитков разложены, и Миина даже смогла бы определить закономерности, по которым этот порядок был установлен. В "рабочей зоне" лежали материалы по составу войск Огня и Воды, из чего Куноити сделала вывод, что работал аналитик над планами войны. Хотя это могли быть и материалы уже законченного отчета, лежавшего тут же.

- Большая карта, значит? – тихо спросила она сама у себя.

Самая большая карта висела в одном из залов совещаний, где Миина, наконец, нашла молодого Нара.

- Шикамару, - вместо приветствия бросила она на входе.

Синоби не отвлекся от своих размышлений, продолжая делать какие-то пометки в принесенном с собой свитке. Он сидел на краю ближайшего стола, а рядом лежали свитки, судя по виду, какие-то отчеты.

- Сильно занят? – спросила Куноити.

Парень отреагировал:

- Есть три стадии мастерства. Первая: мастерство как искусство. Мастер уже знает основные законы, по которым нужно работать, но все еще действует интуитивно. Он опирается в большей степени на свои врожденные способности, хотя отлично понимает и активно пользуется существующими законами. Вторая стадия: мастерство как наука. Мастер набирается достаточно опыта, чтобы понять, все и всегда работает согласно тонким и сложным законам, которые он в совершенстве изучил. Искусство превращается в четко работающий механизм, на любое действие конкурента или оппонента всегда есть противодействие, даже несколько вариантов. Любые, даже самые неожиданные и кажущиеся непредсказуемыми ходы становятся частью сложной, но вполне понятной системы. В науке почти не остается места личным качествам, потому что личные качества становятся просто частью работающей системы. Они имеют значение не большее, чем все прочие факторы. Третья стадия: мастерство как средство. Мастеру уже известны все законы, все алгоритмы, все возможные сторонние факторы. И мастер не просто способен все их использовать, мастер понимает, как эти законы обходить и где их нарушать, чтобы добиться своего. Мастер видит не только структуру всей системы, но и ее слабые места, точки наибольшего напряжения. Мастер не просто играет по правилам, он может правила диктовать.

Миина кивнула:

- Красиво сказал. Чьи это слова?

Шикамару повернулся к ней.

- Это я сказал. Это мои слова. Я достиг первой стадии, когда Като обыграл меня в сеги. Тогда он уже точно достиг первой стадии, а я еще только приближался к ней. Тогда я уже знал правила, но далеко не все, я не учитывал личностные качества. Я уже опирался на свои способности, но все еще не применял их в полную силу. Второй стадии достиг, когда победил отца в тех же сеги. Он тоже мастер, но мастер на первой стадии. И там, где он пытался анализировать, где он видел мои неожиданные ходы… Для меня все это стало простой и понятной системой.

Миина улыбнулась:

-А когда стал мастером третьей ступени?

Но дзёнин отрицательно покачал головой.

- Не стал. Мастер первой стадии сражается с противников. Мастер второй – с собой. Мастер третьей стадии противостоит самой системе. Я вижу систему. Но ничего не могу с ней сделать. Знаю, к чему стремиться. Но не знаю – как.

Девушка подошла ближе, взглянув на карту. К счастью, Шикамару не стал делать на ценном документе никаких пометок.

- А Като. Как думаешь, на какой он был стадии?

Дзёнин пожал плечами:

- Он плевать на это хотел. Всегда нарушал существующие правила игры, всегда навязывал другим свои. Он всегда играл сразу и с собой, и с противником, и с системой. Когда он мог победить тебя, то побеждал, когда не хватало сил, менял себя, когда не мог победить в существующих правилах, менял правила. Могу лишь предполагать, что он, наверное, всегда шел на шаг впереди меня.

Шикамару поднялся и развернулся к столу.

- А еще я думаю, что он жив.

Миина скептически приподняла бровь.

- И ты туда же?

Нара поморщился:

- Не считай меня идиотом. Когда ты сказала, что у нас утечка, я начал перебирать отчеты. И нашел закономерности. Потом назвал себя придурком, и перестал искать совпадения там, где их нет. Перепроверил, навел кое-какие справки. Сходиться. Либо он жив, либо некто очень удачно выдает себя за него.

Миина подошла ближе, бросив взгляд на отчеты, заодно отметив работающий свиток с печатью тишины. Защита от прослушивания.

- Тогда почему он не возвращается. Даже никакого сигнала нам не подал?

- А это самый интересный вопрос, - кивнул аналитик, - Не хочет? Или не может? У меня есть объяснение. Самое правдоподобное из двадцати девяти придуманных мною вариантов, не пахнущих абсурдом. Первое допущение – он перенес взрыв в тюрьме. Второе допущение – получил травму, резко снижающую его возможности. Если сейчас он едва дотягивает до уровня тюнина, то возвращаться в Коноху ему просто опасно. Как только о нем станет известно, а это вопрос времени, предсказать последствия будет сложно. Но последствия будут. Сарутоби подогреют напряжение, и Совет Дзёнинов попытается задвинуть Корень, снизить наши возможности, и особенно – нашу власть. Смогут или нет – вопрос спорный. С поддержкой одного совсем оппозиционного, но сильного клана, и других, не столько оппозиционных, сколько слегка потесненных, вполне смогут. Вся эта возня никому не нужна. Вот был бы Кьюджин в силе, просто надавил бы на всех авторитетом и страхом. Ни Саске, ни кто-либо другой, этого сделать не смогут. Като не может этого не понимать. И потому просто не создает проблему там, где не имеет возможности ее быстро решить.