Вскоре определился перевес на стороне Ольги, она могла поставить мат через три хода, но великодушно предложила:

— Ничья?

— Как хочешь…

Ольга отхлебнула уже давно остывший чай:

— А Камов в шахматы играет?

Антонов взглянул на жену с удивлением:

— Не знаю. А что?

— Да так… — Она помедлила. — Он мог бы временами составить тебе компанию…

Антонова разозлила ее бестактность. Скажите, пожалуйста, какое трогательное внимание к его персоне!

— Спасибо за заботу! Я уж как-нибудь!..

Раздался телефонный звонок.

— Андрей Владимирович! — Ермек, подражая послу, старался говорить с солидной неторопливостью. — Я по поводу артистов из Лагоса. Ждал вас и не дождался. Сам ездил в МИД. Нашел Буше. Помните, к нам в волейбол приезжал играть. Хороший парень. Так он обещал с утра все уладить.

— Спасибо, Ермек! — обрадовался Антонов. Почему-то сейчас было особенно приятно слышать живой, искренний голос человека, который ему, Антонову, желает добра.

Мусабаев посопел в трубку:

— И еще одно… Днем в консульство заходил человек из нашего посольства в Монго. Вас спрашивал. Утверждал, что вы с ним собирались что-то отправить…

— Собирался… — подтвердил упавшим голосом Антонов.

— Перед отъездом снова заходил. Спрашивал, может, письмо или хотя бы записку какую оставили? А я ему говорю: нет, ничего не оставил!