автоматическая… транс…трансмиссия.

-Боже правый, люди берегитесь, на дорогу выезжает опасная женщина! – Хлоя начинает

визжать, Шайлер хохочет в ответ.

-Зато мы сможем прокатиться с откидным верхом летом, представляешь картину? Твои

волосы треплет ветер, как у кинозвезды шестидесятых годов…

-Детка, мне нужно срочно отрастить волосы до лета, ибо мои обрубки не потреплешь!

Шайлер вновь смеётся.

-Как твоя работа над сценарием?

-Я откорректировала почти половину, эти сценаристы не понимают, что они делают.

Пришлось взять на себя роль писателя, у моей героини даже нет толкового характера.

-Ужасно. – Шайлер качает головой.

-Зато теперь он появился, скоро начнём работу, и это будет потрясно.

Тишину квартиры пронзает звонок в дверь, нахмурившись, Шайлер медленно встаёт, ей до

сих пор неловко распоряжаться, кого впускать, а кого нет в квартиру Чарли.

-Мне кажется, или твоё дыхание участилось?

-Кто-то звонит в дверь.

Хлоя шипит в трубку.

-Так иди и открой… это зомби пришли съесть твои мозги!

Шайлер поджимает губы.

-Очень смешно. – Заглянув в глазок, девушка облегчённо вздыхает. – Это папа, увидимся

завтра, как и договаривались.

-В шесть, жду не дождусь, пока.

Отключившись, Шайлер кладёт телефон на покорёженный стеклянный столик в коридоре.

-Привет. – Открыв дверь, она широко улыбается отцу.

Брайан делает робкий шаг вперёд.

-Можно войти?

-Конечно можно, не бойся, Чарли уехал.

Отец смахивает со лба несуществующий пот, и, испустив облегчённый вздох, заходит в

квартиру.

-Хочешь чаю?

-Я бы не отказался. – Сняв ботинки, Брайан ещё несколько секунд стоит, прислонившись

рукой к стене, пока дочь спешит на кухню.

Он съел уже четыре таблетки, пока добирался сюда, но сжимающая сердце боль не

отступала.

Он к ней уже почти привык, больше недели она-то отступала, то вновь возвращалась.

Судорожно вздохнув, мужчина выбрасывает мысль о больном сердце из головы и спешит

к дочери.

Ему нужно всё запомнить.

Вот она на кухне Чарльза Форса, в своей новой квартире. Мебель у него дома грубая, тёмные занавески, стальной холодильник, огромный холодный стол, запечатлевший в себе

ожоги от сигарет. Тёплым и уютным здесь является лишь тусклый солнечный свет,

заглядывающий в окно и Шайлер в мягких вязаных носках.

Она точно маленькая фея грациозно передвигается по кухне, разливая горячую воду по

чашкам.

Солнечные лучи, точно золотые нити, вплетаются в её волосы, Брайан улыбается,

опускаясь на табурет.

Его дочь выглядит такой счастливой, такой расслабленной здесь.

Шайлер останется с Форсом, он сможет ей помочь, в отличи от Шарлотт она получит

искреннюю поддержку от другого человека.

254

Брайан был уверен, что дочь никогда не бросит мать, как бы та с ней не обращалась, только Шарлотт могла просто-напросто не принять помощь.

С криками: «Я одна в стане врагов!» она могла попытаться покончить с собой.

Поставив перед отцом чашку горячего чая и блюдо с сахарным печеньем, Шайлер села

рядом.

Брайан улыбнулся дочери, проведя рукой по её запястью.

-Как ты милая?

-Всё отлично пап. Как вы с мамой? Пришёл мой чек?

Брайан устало вздохнул, принимать деньги на проживание от собственной дочери было

унизительным.

-Ты прислала слишком много, зачем нам столько?

Шайлер нахмурилась, отрицательно мотнув головой.

-Не говори глупостей, я не хочу, чтобы вы себе в чём-то отказывали.

Брайан отказывал себе в самом главном – рассказать дочери правду о своём состоянии. Он

так много хотел сказать, но обрывал себя на полуслове.

Он оставил ей письмо в её комнате, прикрепил за рамкой с их совместной фотографией.

-Я люблю тебя дочка.

-И я люблю тебя пап… - Шайлер неловко улыбается. – Так что… давай больше не будем о

деньгах, хорошо?

Устало вздохнув, Брайан кивнул.

Потянувшись к чашке, он заметил, как дрожит его рука.

Кожа была бледной, точно белое полотно, даже ногти.

С шумом сглотнув, мужчина сложил руки на коленях.

-Что-то не так?

-Нет, нет милая, всё идеально. – К горлу подкатывал удушающий приступ, Брайан

прикрыл глаза, пытаясь собраться. – Мне… нужно идти.

Вновь нахмурившись, дочь отодвинула чашку.

-Что значит пора идти? Ты ведь только пришёл.

-Твоя мама послала меня за… соусом для спагетти, если я его не найду, уничтожит. А он

продаётся только в одной лавочке, до закрытия осталось пятнадцать минут.

-Давай я съезжу… - Шайлер поднялась.

-Нет, нет. – Поднявшись следом за дочерью, Брайан слабо улыбнулся. – Всё в порядке

милая, я всё сделаю сам.

-Пап… ты… не злишься на меня? Давай я поеду с тобой, сделаем спагетти вместе, поедем

домой?

-Нет, милая. – Брайан положил руку на плечо дочери. – Оставайся здесь и ни о чём не

думай, всё в порядке. Я всё успею.

-А может,… тогда увидимся завтра? Мы с моей подругой Хлоей ужинаем, хочешь пойти с

нами? Я познакомлю вас.

Брайан отрицательно мотнул головой.

-Нет, милая, это твоя подруга, я побуду дома.

-А может… тогда завтрак? Перед тем, как уехать на съёмки, я могла бы заехать к тебе, мы

бы сделали омлет вместе.

Брайан судорожно вздохнул, она как будто чувствовала, что с ним что-то происходит и

пыталась выискать ещё хотя бы один момент совместного счастья.

-Я не хочу тебя утруждать. Всё в порядке милая.

-Тогда на выходных, давай увидимся на выходных, проведём целый день вместе! Мы

можем погулять в Центральном парке, потом…

Улыбнувшись, Брайан наклоняется и целует дочь в лоб.

Она так и осталась для него маленькой девочкой, его маленькой дочкой, которую он качал

на своих руках под ясным голубым небом и листьями яблонь в саду.

255

Крохотный, тёплый свёрток счастья покоился в его руках, двигал нежными ручками и

ножками, улыбался миру беззубой улыбкой и сиял огромными голубыми глазами.

-Я очень люблю тебя доченька.

Он так и оставил её растерянную посреди кухни, вышел из квартиры так быстро, как

только мог, считая каждый удар своего сердца.

***

Думаю, это часть актерской ответственности —

любить персонажа, которого ты играешь.

Хью Лори

Как выяснилось, погода в Англии была куда мягче, чем в Нью-Йорке.

Не смотря на сырость и закутанное серыми тучами небо, жители Лондона смело

расхаживали по мощёным улочкам лишь в тёплых кофтах.

Чарльз Форс заселился в отель Park Plaza County Hall London 4* ровно в 22:03.

Отель находился на южном берегу Лондона в историческом центре, от аэропорта его

отделяли лишь 12 километров.

У круглосуточной стойки регистрации Чарли встретили две светловолосые женщины в

тёмно-красных платьях. Обе были приветливы, приняли его документы и через несколько

минут вызвали швейцара, подхватившего сумку Форса.

Вещей у него было не много, но раз славный малый сам так смело хватается за работу, мешать он не собирался.

Отель был 14-этажным, режиссёр, лично контролирующий заселение своих актёров

предоставил ему номер на 10 этаже.

После короткой поездки в лифте, Чарли оказался в длинном коридоре.

Швейцар двинулся налево, Форс поплёлся следом, скрестив руки на груди. Он бросал

ленивые взгляды на чёрно-белые фотографии в рамках, висевшие на стенах, задевал

локтями вазы на крохотных столиках, набитые камнями и всем своим видом желал

показать, что ему параллельно на то, какой репутацией обладает этот отель.

Его номер был выполнен в кремово-коричневых тонах, как и все номера отеля. Как и все

номера отеля, он был просторным, светлым, имел мини-кухню, кондиционер, ЖК-

телевизор с бесплатными спутниковыми каналами и не ограниченный доступ в интернет.