прыснуть от смеха.

Шайлер уводит взгляд в сторону, смотреть на чужие взаимоотношения в последнее время

невыносимо.

Каждый мужчина магическим образом превращался в Чарли.

Даже сейчас мужчина из массовки вдруг оборачивается Форсом.

У Шайлер захватывает дыхание, она точно ненормальная следит за каждым движением

его пальцев, соскальзывавшей с головы шляпы и развязной улыбкой.

Он целует девушку в висок, и та тает в его объятьях. Любая бы растаяла.

Шайлер судорожно вздыхает, нужно переключаться на что-то другое. Любая вещь,

человек, не важно, лишь бы не видеть его.

-Всё хорошо?

Оказавшийся рядом вновь из ниоткуда Мейсон, озадаченно хмурится, изучая Шайлер

пристальным взглядом.

-Да… с чего бы… не было? – с трудом выдавливает из себя девушка.

-Вы кажетесь бледной.

Шайлер усмехается, оказывается некоторые особи мужского пола ещё способны

обращаться уважительно к девушке, которую не знают.

-Со мной всё хорошо, давайте на «ты».

Кивнув, Мейсон поправляет шляпу.

-Ну, кто убийца?

Недоумённо нахмурившись, Шайлер поворачивается к нему.

-Убийца?

-Давай я расскажу свой метод дедукции, - Мейсон старательно прочищает горло. –

Сначала ты изучала зал пристальным взглядом, а потом внезапно побледнела, увидев эту

парочку.

Мейсон кивает в сторону занятых только собой актёров.

-Поэтому напарник, я интересуюсь, кто из них убийца?

Шайлер слабо улыбается, закатывая глаза.

-Конечно же, он. Она просто невинная жертва. А у него рот в хищном оскале. По сути, все

мужчины убийцы, а женщины лишь жертвы.

-Нет, это не правда, - Мейсон отрицательно качает головой. – Есть разные женщины, и

разные мужчины. Просто противоположности притягиваются. Каждая жертва

подсознательно ищет своего хищника, а каждый хищник свою жертву. Если бы сошлись

хищники, убили бы друг друга. Если бы сошлись жертвы, умерли бы от скуки.

Улыбнувшись, Шайлер кивает.

-Не знала, что общаюсь с философом.

Отогнув в сторону пиджак, Мейсон обнажает подтяжки и, щёлкнув ими, хитро улыбается.

-Я полон сюрпризов Элирия.

Шайлер открывает рот, чтобы облизнуть губы, когда вспоминает, что гримёрши убьют её, если она ещё раз испортит своё новое лицо.

-Господи, я никогда к ней не привыкну.

371

-А мне кажется тебе лучше без неё. Так даже красивее.

Улыбнувшись, Мейсон пятится к режиссёру.

Удостоив его лишь фырканьем, Шайлер скрещивает руки на груди.

-Ну, что ребята, пора начинать! – голос Рона заполняет пространство бара, пора работать.

***

Быстрее всего учишься в трех случаях — до 7 лет, на тренингах, и когда жизнь загнала

тебя в угол.

Стивен Кови

-Что ты здесь делаешь?

Услышав чужой голос, Чарли испуганно шарахается в сторону и прячет блокнот в карман.

Он уже целый час сидел в зале тогда, как все легли спать и никак не мог вспомнить, сколько всего он сегодня съел.

Премьера «Шпаны» прошла слишком бурно, вокруг было так много взрослых, что Чарли

ничего не оставалось, кроме как отъедаться, стоя в сторонке.

Всё было бы хорошо, если бы кто-то из официантов не шепнул, что еду, Ричард оплатил из

своего кармана. Если бы она была куплена на деньги студии, Чарли мог бы спокойно

насытиться, а из-за того, что она оплачена из кармана Ричарда, придётся подсчитать всё, что поглотил желудок и записать в блокнот долгов.

Чарли помнил, что съел четыре эклера, два кекса, которые ему совсем не понравились, но

отказать нарядной женщине, которая всё восклицала: «Ты такой тощенький!» было не

вежливо.

-Я просто… - Чарли кусает губы, пытаясь придумать достойный ответ. В конце концов, он

вспоминает о полученном пятне на рубашке и демонстрирует его Ричарду. – Думал о том, как выведу это пятно.

Улыбнувшись, Ричард опускается на диван рядом с Чарли. От него пахнет алкоголем, и на

ногах всё ещё лакированные ботинки.

Плечи опустились от усталости, в глазах нет того блеска, с которым он работал на

съёмочной площадке.

-Не думай об этом, я всё улажу.

-Нет, я сам, - Чарли поджимает губы.

-Чарли… - тяжело вздохнув, Ричард наклоняется к мальчику. – Скажи мне,… что я делаю

не так? Почему ты не можешь довериться мне?

Чарли кусает губы. Ричард пытался притвориться его папой.

Только у Чарли уже был папа, и его звали Том Форс, и другого ему не нужно.

-Я доверяю вам.

Отрицательно мотнув головой, Ричард вновь тяжело вздыхает.

-«Тебе». Тебе, а не «вам».

Глаза Чарли наполняются слезами, ему хочется домой.

Господи, как же хочется домой, к маме. Вот бы услышать её голос. Вернуться домой после

вечерней прогулки, запрыгнуть к ней на колени и поцеловать в щёку.

От неё так вкусно пахло духами и чистой бумагой…

Она умела готовить чай с малиной, играла с ним, помогая строить крепости, учила

читать…

Чарли судорожно вздыхает, вспоминая её нежный голос, которым для него звучали все

прочитанные в детстве книжки.

И увидеть бы папу…

Папу, который мастерил для него игрушки и качал на качелях, даруя сынишке это

необыкновенное ощущение полёта, от которого по спине бежал холодок.

372

-Чарли… - Ричард кладёт руку на хрупкие плечи мальчика, но он отшатывается в сторону, слёзы текут по впалым щекам и мальчик судорожно всхлипывает.

-Ты мне не папа! И не пытайся стать моим папой! Мой папа умер! И моя мама… - Чарли

пытается подавить всхлип. – Я никогда тебя не полюблю! Никогда!

-Чарли… - Ричард разводит руки в стороны, будто хочет принять мальчика в свои объятья.

-Я никогда тебя не полюблю! Ты никогда не станешь моим папой! Мой папа умер!

Телефон в руке, как оружие массового поражения.

Так просто сделать заряд и выстрелить, набрав чужой номер.

Судорожно дыша, Чарли подносит трубку к уху, слушая мерные, спокойные гудки.

Интересно, а какими будут гудки, если он позвонит самому себе? Они как-то зависят от

темперамента человека? Если бы зависели, то у Чарли они были бы сбивчивыми и

короткими, или их вообще бы не было.

-Чарли?

Голос Ричарда кажется изумлённым, Форс задумчиво чешет затылок, пытаясь придумать

первую фразу.

-Да… это я, - поморщившись, Чарли падает на постель. – Ну,… как Касси?

Ричард судорожно вздыхает в ответ, точно пытаясь собраться с мыслями.

-Касси… она прекрасно. Она… написала сценарий, уже седьмой, честно говоря, но только

сейчас сказала, что покажет мне его… - Ричард смеётся. – Ты бы видел эту папку с

текстом, вся обклеена цветами…

Чарли слабо улыбается в ответ.

-Она… молодец.

-Да… она…

-А как Челси? – оба знают, что рано, или поздно Ричард задаст вопрос о Шайлер, но это не

значит, что не следует попытаться оттянуть момент.

-У неё всё хорошо. Увлеклась выпечкой… Чарли…

-А я ведь не боялся Касси маленькой, правда? – Чарли задумчиво изучает потолок,

пытаясь вспомнить крохотную девочку в розовых ползунках.

-Нет, нет, вовсе нет,… ты не боялся её, ты напротив очень хотел… с ней поиграть.

-А Челси не разрешала… - как, будто он был заразным, как будто мог наградить девочку

букетом неведомых доселе заболеваний лишь одним прикосновением.

-Чарли… мне очень жаль, что вы с Шайлер… развелись.

Усмехнувшись, Чарли кусает губу.

-Правда? Или это лишь слова?

-Нет, это, правда. Ты… общаешься с дочкой?

Чарли вновь усмехается, только на этот раз выходит хуже.

-Нет. Я самый паршивый отец на всём белом свете. Так громко порицал остальных, тогда

как сам ещё хуже.

-Чарли…

-Знаешь, я осуждал тебя, - Чарли резко садится, точно сам не ожидает от себя таких

откровений, Ричард на том конце резко замолкает. – Я думал, что ты пытаешься оторвать

меня у моих родителей, будто это твой коварный план. Я так кричал тебе, что ты никогда