Шайлер вспомнилось, как в детстве отец подкидывал её вверх, не высоко, сантиметров на

десять, но за те секунды, что она парила в воздухе, девочка успевала почувствовать себя

птицей. Её глаза искрились счастьем, когда она взмывала вверх, затем внутри появлялся

холодок страха, когда сила притяжения вновь тянула вниз, но сильные руки отца ловили

её, не позволяя упасть.

И сейчас внутри появился тот же холодок, и только отец сможет прогнать его.

Шайлер не помнила, что они проезжали, и как быстро оказались напротив больницы, всё

это время она только молилась о том, чтобы всё было хорошо.

Лишь бы он выжил, плевать на себя, плевать на всё, она готова принести в жертву что

угодно, лишь бы он был с ней.

-Приехали.

Бросив таксисту измятые купюры, Шайлер выбралась из машины.

Снаружи это было величественное здание цвета яичной скорлупы.

161

Внутри обычная больница, состоявшая из длинных коридоров, закрытых дверей палат и

блуждающих людей в белых халатах.

Подбежав к стойке регистратуры, Шайлер устроила торнадо из бумаг секретарши, та

недоумённо взглянула на перепуганную девушку.

-Чем могу помочь?

-Мой папа. Мой папа здесь.

Кивнув, девушка нахмурилась, точно бы уже когда-то видела Шайлер, и теперь пыталась

понять, где.

-Его имя.

-Брайан Адамс. Он поступил сегодня, у него…- Руки Шайлер свело в болезненной

судороге, даже мысль о том, что случилось с отцом, отторгалась телом. – Инфаркт…

-Пятьдесят седьмая палата.

-Спасибо, спасибо. – Шайлер уже потянулась к кошельку, когда поняла, что вовсе не

обязана платить за предоставленную информацию, кивнув, она затолкала кошелёк обратно

в сумку.

Дорога к палате оказалась длинной, пришлось преодолеть два лестничных пролёта и

столкнуться с, по меньшей мере, пятью старушками не спешившими уступать ей дорогу, но при этом едва передвигавшими ноги.

-Мисс, сюда только в сменной обуви. – Едва Шайлер попала на нужный этаж, её пыл

осадила взявшаяся из ниоткуда медсестра.

-Но там мой отец, он…

-Практически у каждого из людей, что лежат здесь есть отец, или мать, или брат, или муж, или жена. Так что прошу вас, не нужно ставить себя выше остальных из-за своего горя.

Правила одинаковы для всех.

Сбросив кроссовки, Шайлер швырнула их девушке под ноги. Та взвизгнула, испуганно

отскочив в сторону.

-Ненормальная!

Бросившись вперёд, Шайлер преодолела сестринский пост прежде, чем нашла нужную

палату.

Схватившись за ручку, она судорожно вздохнула, пытаясь успокоиться. Отец не должен

волноваться, пусть он думает, что она спокойна.

Но остановить клокочущее дыхание, или даже вытереть слёзы не удалось, рука точно сама

собой открыла дверь.

-Папа!

Он был жив.

Пусть он был бледным, в глазах боль, к рукам присоединены катетеры, а из-под рубахи

торчат проводки, это всё ещё он.

-Шайлер…- Он слабо улыбнулся.

Зайдя в палату, Шайлер увидела мать, сидевшую на складном стульчике.

Выглядела она усталой, под глазами залегли чёрные тени, бросив на дочь равнодушный

взгляд, она вновь повернулась к мужу.

-Как ты? Как ты себя чувствуешь? Всё хорошо? Всё хорошо?

Ей просто было важно знать, что всё хорошо.

Пусть это будет не правдой, пусть он нагло солжёт, но главное, чтобы он это сказал. Она

вновь отчаянно желала стать ребёнком, не замечавшим проблем вокруг.

Подавшись вперёд, Шайлер накрыла ладонь отца своей.

Пальцы у него были холодными, девушку бросило в дрожь от осознания того, каким

холодным был её отец.

Наклонившись, она прижалась щекой к его руке, желая отдать хотя бы немного своего

тепла.

-Всё хорошо милая. Просто разволновался. Врачи сказали, мне повезло. Приступ… как

они назвали это?

162

Шарлотт раздражённо закатила глаза.

-Купировали.

-Да, купировали быстро.

-Но…

-Шайлер помоги мне. – Поднявшись, Шарлотт подхватила со стола полупустой графин

воды.- Мы вернёмся через минуту милый.

Единственное, чего Шайлер сейчас не хотелось, так это отпускать руку отца.

Улыбнувшись ему, она с трудом заставила себя разжать онемевшие пальцы.

-Я сейчас приду папа…

-Всё в порядке милая. Не бойся.

Шарлотт послала мужу слабую улыбку.

Перед Шайлер точно разыгралась пантомима, как только дверь захлопнулась, улыбка

бесследно исчезла с лица Шарлотт, оставив место лишь злобному оскалу.

-Это ты во всём виновата.

Шайлер изумлённо округлила глаза, она была готова вновь расплакаться.

-Что?

-Это ты виновата во всём. Твой отец слишком разволновался, когда ты попала в больницу.

-Но это же было…

-Какая разница! – В глазах Шарлотт блеснула ненависть. – Ты едва не убила собственного

отца! Это из-за тебя он сейчас лежит там! Его сердце не достойно такой глупой дочери.

Знай, я, какой ты получишься, убила бы ещё в утробе.

Обогнув Шайлер, Шарлотт двинулась вглубь коридора.

Девушка так и осталась стоять у дверей палаты, пока мать не вернулась с полным

графином воды.

Она вновь надела улыбку, и распахнув дверь, втолкнула Шайлер вперёд.

С каждым днём жизнь становилась всё страшнее и страшнее.

17 глава

-Здравствуй Америка, сегодня с тобой как обычно воскресный вечер, и я Сэнди Дженкин.

Девушка послала ослепительную улыбку в объектив камеры, режиссёр сухо улыбнулся в

ответ, точно бы она это сделала для него.

Едва сдержав раздражённый вздох, Сэнди упёрла руки в бока.

-Итак, на этой неделе мы наконец-таки увидим следующую серию сериала «Кто, если не

я?». Как вы уже знаете, Ричарду Ричу понадобилось почти две недели перерыва, и

поверьте отнюдь не из желания помучить нас. – Сэнди нахмурилась, режиссёр недовольно

цокнул языком. – Шайлер Адамс, юную звёздочку преследуют не удачи. Все мы видели

фотографии фанатов, на которых запечатлён съёмочный процесс, страшный пожар

оказался не бутафорией, девушка действительно получила ожог, и едва не отравилась

угарным газом. В следующий раз папарацци и неуёмные фанаты поймали её объективами

своих фотографий у больницы, откуда девушка забирала своего отца, после перенесённого

инфаркта.

Сэнди тяжело вздохнула, раскрывать такие подробности личной жизни не доставляло ей

удовольствия.

Шайлер Адамс не казалась ей зазвездившейся фифой, обычная девчонка, со своими

проблемами, к тому же далеко не шуточными.

-Пожелаем актрисе, справится со всеми невзгодами, что легли на её плечи. Шайлер мы

верим в тебя, удачи.

***

Одно из главных преимуществ богатства — то,

что оно дает нам способность удалять

чужие несчастия от нашего личного внимания.

Брэм Стокер

163

Франко Матьюз портил воздух едва ли не каждому человеку в Нью-Йорке.

По крайней мере, каждому мужчине, ну или женщине, которая с ним уже спала. Как

правило, ещё совсем юные, невинные дарования, пленённые его внешностью, и деньгами

считали Франко ангелом средь каменных джунглей.

Чарльз Форс слишком хорошо знал этого человека, чтобы считать так же.

Франко Матьюз старший сын из обеспеченной семьи, отец знаменитый певец, его баллады

достаточно далёких времён выводили едва ли не каждый вечер, едва ли не на каждой

радиостанции.

Шон Матьюз мог завоевать любую женщину, и в период начала его карьеры, он

путешествовал из города в город, создавая целые группы внебрачных детей.

Родители подоспели вовремя, за пару месяцев они ловко сосватали ему Анжелию,

прекрасную испанку из приличной семьи.

Итог прост, Шон Матьюз получил золотое кольцо на пальце, и океаны слёз фанаток,

которым он больше не мог достаться.

Анжелия же получила богатого и знаменитого мужа, право присутствовать на любых его