– И хорошо, наверное, на этом заработали, – Шнырок взял стакан, понюхал. – А пахнет приятно. Слушай, но ведь жустянка, она, я слышал того… шибает сильно.

– Не без этого, – солидно согласился бармен. – Так если бы она не шибала, стал бы я по две с половиной слабогрешных души за стебелек платить?

– Не знаю… – продолжал сомневаться специальный агент, – мне сегодня еще работать…

– Так тебе где работать? На Сельне! – легко успокоил его Дымок. – Ты пока до Сельны доберешься, сто раз проветришься!

– Тоже верно, – Шнырок поймал губами соломинку, втянул солидную порцию и зажмурился: – Ах, хороша! Забористая штука! Как назвать-то думаешь?

Дымок скромно опустил глаза:

– Не решил еще. Сначала хотел «Привет с Трапеции» назвать, но неловко как-то. Абарзел мне, конечно, уже не начальник, но все-таки...

– Не стоит нарываться, – Шнырок понимающе кивнул и снова присосался к стакану.

– Вот-вот. Абарзел, он ведь разбираться не станет, особенно, если обидится. А, например, «Особый Дымковский», как ты думаешь, подойдет?

– «Особый Дымковский», – медленно повторил Шнырок. – Классное название! Ну-ка, бармен, – он щелкнул пальцами, – повтори мне «Особого Дымковского»!

Вечером в пивной было многолюдно, но не шумно. Посетители заходили, чинно здоровались и устраивались за столиками. Беседы велись негромкие и неторопливые, а для того, чтобы попросить очередную кружку пива, достаточно было поднять руку. Реджинальд Хокк уже полчаса сидел за столиком с отставными моряками и, с каждой минутой, все больше убеждался, что совершил ошибку. «Славный парень» Фликст похоже, являлся именно «славным парнем» и ничего больше. Если он и имел какую-то связь с «Ад Инкорпорейтед», Хоку этого обнаружить не удалось. Перед ним сидел обычный отставной моряк и ничего подозрительного или, хотя бы, загадочного, в нем не было. Даже количество пива, которое он поглощал, хотя и вызывало уважение, вовсе не казалось удивительным.

Сам Фликст большого интереса к здешнему знакомому старого приятеля (когда Хокк подошел к столику, Никель, представил его адвокатом Реджинальдом, без лишних подробностей) не проявил. Захотелось молодому парню из адвокатских угостить старых морских волков и послушать их байки – милости просим! Главное, чтобы хозяин с пивом не задерживался, а уж удивительных историй до утра хватит. Хотя, всю ночь этот кабачок, наверное, не работает. Ну и ладно, тогда не до утра, а просто до закрытия!

Никкель, в отличие от старого приятеля, потягивал пиво и молчал. Остроумный план Минисиаха дал осечку. Слуга, который должен был начать громко сплетничать о своем хозяине, естественно, не мог заниматься этим в присутствии самого хозяина. Но бывший корабельный кок предполагал, что адвокату быстро надоест слушать Фликста и он отправится куда-нибудь в другое место. И уж тогда он, Никкель, возьмет слово и расскажет Фликсту такое, что старый приятель рот раскроет!

Действительно, Фликст быстро надоел Хокку непрерывными, слабо связанными между собой фантастическими историями про двух геройских моряков и восхищенные восклицания адвоката становились все более редкими и невыразительными. С гораздо большим интересом, Реджинальд начал приглядываться к посетителям за соседними столиками и прислушиваться к их разговорам.

Ему было ясно, что бывший палубный матрос вовсе не посланец Харрамуха или Минисиаха. Но может быть, дело вовсе не в нем? Может, моряка-пенсионера просто использовали, чтобы заинтересовать его, Реджинальда Хока? Заинтересовать и заставить придти именно сюда, в кабачок, и именно в это время. А если так, значит, придумавший эту комбинацию, особо хитрый представитель «Ад Инкорпорейтед» сидит сейчас где-то рядом и наблюдает. И узнать, с какой целью он все это затеял, пока не представляется возможным. Как и вычислить, кто именно из посетителей не принадлежит, так сказать, нашему миру. Эх, надо было потребовать у Понтонора что-нибудь, вроде амулета, дающего возможность распознавать настоящий вид находящегося рядом с тобой существа. Такие очки, например! Вот, за соседним столиком, сидит парочка поселян, обычные, на первый взгляд люди. Но что будет, если взглянуть на них через волшебные очки-амулет? Может, на плешивой голове того, что в мятом коричневом костюме, появятся аккуратные рожки? А у второго, усатого, выглянет хвост с небольшой кисточкой на конце?

– А вот еще было дело, когда наша «Пантера» чуть не попала в лапы к демонам моря! – Фликст отхлебнул из очередной кружки едва ли не половину за раз и начал новую историю, совершенно, на его взгляд, неотразимую.

Действительно, молодой адвокат вздрогнул и уставился на него с неподдельным интересом.

– К демонам, вы говорите? – может, первое подозрение было верным, и палубный матрос Фликст совсем не тот, за кого себя выдает? Ах, волшебные очки бы сюда!

Никель бросил на приятеля мрачный взгляд.

– Демоны моря, это гигантские осьминоги, – объяснил он Реджинальду.

– Осьмино-о-ги… – даже не пытаясь скрыть разочарования, протянул Хокк.

– Они, – энергично подтвердил Фликст. Он высосал уже столько пива, что не замечал некоторой рассеянности собеседников. Сейчас ему и пустые кружки на столе казались достаточно заинтересованными слушателями. – Гигантские осьминоги – их так и называют, демоны моря. Эти твари гнездятся в проливе Криспинса, и я тебе так скажу, парень: счастливый тот год, когда демонам удается потопить меньше пяти кораблей! Но с нашей кошечкой, с нашей «Панцирной пантерой» у них ничего не вышло! А дело было так: подошли мы к проливу в апреле месяце, самое время, когда эти гады бесчинствуют…

Машинально кивая, Хокк снова начал разглядывать посетителей. Неожиданно, громко стукнула входная дверь. Это было странно – кабачок считался приличным заведением и входящие, обычно, вели себя аккуратнее. А если тяжелая дверь и вырывалась из чьей-то нетвердой руки, было принято извиняться. Но остановившийся на пороге, маленького роста, тощий, невзрачный мужичонка, и не подумал извиниться. Он обвел помещение мутным взглядом, икнул и громко спросил:

– Кто здесь старший черт Длинн?

Народ притих и уставился на невзрачного. Конечно, в сельском кабачке, даже в таком тихом месте, всякое случается. Например, младший помощник почтмейстера (ему уже на пенсию скоро, но он навсегда задержался в младших помощниках именно по причине беспробудного пьянства) регулярно, при помощи швабры, выгонял из-под столов притаившихся там лиловых жирафов. Почему-то именно эти животные особо досаждали ему в алкогольных кошмарах. А местный пекарь, напивающийся только один раз в год – в день восхваления пророка, занимался этим богоугодным делом с такой самоотдачей, что к вечеру ему приходилось буквально отбиваться кружкой от злобных белых индюков, стайками выпархивающих из-за бочек с пивом. В общем, за время, что в деревне стоит кабачок, разные бывали происшествия. Но вот старшего черта Длинна, до сих пор, никто не спрашивал.

Некоторое время, в просторном зале царила тишина. Невзрачный мужичонка, придерживаясь одной рукой за косяк, ждал, а остальные молча рассматривали его, впрочем, вполне благожелательно. Хокк, в первую минуту, как и все, опешивший, нервно напрягся – вот он, его шанс! Этот пьянчужка, несомненно, имеет связь с «Ад Инкорпорейтед», значит теперь главное, не упустить его!

А пьянчужка шмыгнул носом, сделал глубокий вдох и взвыл:

– Кто здесь старший черт Кренн?

Благодарные зрители немного оживились, зашелестели негромко, обсуждая неожиданные и не слишком понятные вопросы. Но никто не откликнулся, кроме усатого мужчины, за соседним столиком. Он откинулся на спину стула и громко произнес:

– Где ж ты так насосался, приятель!

А его спутник вскочил, быстро подошел к мужичонке и, обняв за плечи так ловко, что прихватил и горло, повел его к столику, приговаривая сочным баритоном:

– Разве можно так надираться, дружище? Ну, ничего, сейчас мы тебе поможем, сейчас мы тебе чего-нибудь протрезвляющего… как тебя, кстати, зовут?