Далия не преследовала. Она отбежала от него в прямо противоположном направлении и, что было сил, рванула шест. И в этот самый момент, раскрученная трехсоставная Игла Коза высвободила значительную энергию молнии, сила вращения и ударная волна вырвали Коготь из хватки Алегни и отправили меч в полет высоко за дальние перила моста.

Херцго Алегни взревел в знак протеста, и прыгнул на эльфийку, схватив ее за тонкое горло и сжимая изо всех сил. Но затем почувствовал сильный укол, когда вращающийся кинжал попал ему в живот, и он заметил предателя Энтрери, поднимающего свой меч с камней моста.

И сверх того, пришел другой грозный враг, пантера, поднявшаяся в воздух и летящая вниз с высоты.

Алегни бросил Далию вниз на камни, но бежать было некуда.

Поэтому Херцго Алегни не побежал.

Вместо этого он шагнул.

Шагнул в Тень.

Гвенвивар врезалась в него на полпути, и они вместе прошли сквозь врата в Царство Теней.

— Мы должны были войти раньше, — сетовал колдун Глорфатель, когда сражение на мосту стихло. Он подался вперед, но сильная рука дворфы схватила его за плечо. Он повернулся и встретился взглядом с Амброй.

— Неа, я говорила, что так будет, и если бы мы вошли туда, мы все были бы мертвы, — ответила Амбра. — Горожане следят, не сомневайся!

Глорфатель огляделся, и увидел подтверждение ее слов — почти во всех домах вокруг местности ставни были либо открыты, либо приоткрыты.

— Как я говорила, — сказала дворфа, и указала на отдаленный угол улицы, где собрались несколько вооруженных горожан. — Они чувствуют свою свободу и близки к тому, чтобы вернуть ее.

— Дрейго Проворный не обрадуется.

— Он обрадуется еще меньше, если ты потеряешь половину своих сил. Лорд Алегни выбрал свой собственный путь, как всегда. Он хотел битвы, и он ее получил, — дворфа взглянула на мост как раз в тот миг, когда пантера прыгнула на Алегни. — О-о, — простонала дворфа. — Да уж, он ее получил!

Глорфатель осмотрел свою группу Кавус Дун и кивнул.

Артемис Энтрери тут же выпрямился, его боль ушла, его рабству пришел конец. Он отшатнулся назад от отступающего тумана Алегни и Гвенвивар, пытаясь разобраться, пытаясь вновь обрести спокойствие.

Далию подобная неуверенность не замедлила. Она вскочила с камней моста, игнорируя порезы и ушибы, и самозабвенно бросилась в пятно, где только что стоял Алегни, рассекая воздух с беспомощной яростью и крича тифлингу: «Умри!»

Крик: «Гвенвивар!» с конца моста заставил Энтрери развернуться, он увидел спотыкающегося ему навстречу Дзирта, сжимавшего в руке ониксовую статуэтку.

Тревога Энтрери росла — Дзирт может идти за ним, учитывая его недавнее предательство. Однако все мысли о темном эльфе покинули убийцу, поскольку его внимание привлекло происходящее за спиной Дзирта.

— Далия, — мрачно сказал он. — Далия, сражение еще не закончено.

За мостом на площади стоял Эффрон, его скрюченная фигура тряслась от негодования. А рядом с ним маячило подкрепление шадовар, сотня и больше.

— Далия, — повторил он более настойчиво, и эльфийка, наконец, прервала свой приступ ярости, чтобы заметить его.

— Я убью каждого из них, — пообещала она шепотом.

— Зови единорога, дроу, — сказал Энтрери, и достал волшебную статуэтку, которая призывала ночного кошмара. Когда Дзирт замедлился, чтобы разглядеть его, он указал мимо следопыта.

Темный эльф оглянулся через плечо, затем обернулся назад к Энтрери, показывая человеку ониксовую статуэтку. Дзирт казался сломленным, выражение безнадежности на лице сменило маску стоицизма, которую он, как правило, носил.

— Мы должны идти, — сказал Энтрери.

Дзирт не двигался, просто смотрел на статуэтку.

— Позже, — пообещал Энтрери.

Наконец, дроу кивнул и потянулся к свистку, но остановился и спросил: «Меч?» и побежал в сторону моста.

— Возьми Далию с собой! — проинструктировал Дзирт. — Я встречу вас в Лесу Невервинтер!

И с этим он убежал вперед к дальнему концу моста, затем пробежался через ограждение и исчез из виду.

— Я сама справлюсь, — прорычала Далия, и набросила капюшон на голову, превратившись в гигантского ворона.

Затем она издала громкий каркающий крик приближающимся к ней шадоварам, похожий на хохочущий вызов.

— Просто улетай, идиотка, — сказал ей Энтрери, и бросил вниз свою фигурку, призвав кошмара.

Он взял меч и прыгнул на спину коня. По привычке он на мгновение стал искать свой кинжал, прежде чем удовлетворился, вспомнив о своем броске, зная, что кинжал прошел в Царство Теней вместе с Алегни, прошел в Царство Теней в брюхе Херцго Алегни.

— Возможно, ты должен поехать со мной, — сказала Далия, в образе птицы голос у нее был более пронзительный и резкий.

Говоря это ему, она указала на дальний конец моста, на войско собирающихся шадовар.

— Мне кажется, что это Херцго Алегни заманил нас в ловушку, а не мы его.

Артемис Энтрери проигнорировал последнее замечание, рассматривая свои варианты. Он мог бы спрыгнуть в реку на своем кошмаре, который спокойно перенес бы подобное падение, как он уже делал это в древоподобной башне Силоры Салм.

Или он действительно мог пойти с Далией — но верил ли он в то, что она и впрямь улетит? Ее гнев граничил с безумием. То, как она бросилась к Алегни, как выплевывала теперь каждое слово… Здесь было нечто большее, некий глубокий шрам, который Энтрери еще не разгадал.

Но который был очень хорошо знаком человеку.

Он собирался отозвать скакуна и улететь с Далией, когда решение было принято за него — на площади, откуда они пришли, начались волнения — зазвучали горны и послышались крики сражения.

Энтрери и Далия развернулись, чтобы засвидетельствовать зрелище, когда прибыли граждане Невервинтера, во главе с Джелвусом Гринчем, с оружием наготове и сжатыми кулаками.

— Бунт, — прошептал Энтрери.

Он обернулся к Далии, но она уже улетела, воспарив над битвой.

Энтрери пустил своего кошмара галопом, и тот громко застучал объятыми пламенем копытами по мостовой. Возможно, последний миг тифлинга Херцго Алегни ускользнул из его рук, но важнее было то, что он ускользнул от Херцго Алегни!

Эффрон потрясенно озирался, когда горожане Невервинтера вышли на площадь, врываясь во фланги его войск прежде, чем они поняли, что враг напал на них.

Как граждане могли знать об этом моменте? Как они могли быть подготовлены к тому, чтобы воспользоваться неожиданной возможностью?

В его представлении это было полной бессмыслицей.

Он смотрел на происходящее, пытаясь оценить, сможет ли он привести шадовар к победе.

Тогда он заметил приближающегося ворона — Далию! — а следом за ней того опасного убийцу. И еще дроу, который стоял на камне на мелководье реки, выбирая себе путь к краю опоры моста, в руках у него был меч Алегни.

Слишком много переменных, рассуждал колдун, качая головой. Слишком много хаоса и непредсказуемости. Он смотрел на гигантскую ворону, спускающуюся в его направлении, и ему ужасно хотелось обрушить на нее свою магию.

Если бы не гнусная пантера, которая вытянула из него слишком много сил.

Эффрон вступил в тени, обратно в Царство Теней.

Волшебник Глорфатель смотрел в сторону дворфы.

— Это не стоило таких потерь, — сказала Амбра. — Дрейго ждет твоих объяснений.

Глорфатель кивнул в знак согласия, затем он сделал жест другим знатным шадоварам, командующим его воинами, давая им разрешение.

Только нетерезские аристократы и прославленные воины практиковали теневой шаг, но всякий использующий эту способность возглавлял, по сути, тот или иной отряд, был в числе командиров и передовых бойцов.