Далия погрузила посох в воду и высвободила разряд энергии. И обе лошади, и все три всадника взвизгнули от этого болезненного укуса.

Но они добились своего: серебристые рыбки повсюду вокруг них плавали теперь мертвые или оглушенные. Тем не менее приближались следующие, но Дзирт не обращал на них внимания. Озеро стало мельче, и дроу направил Андахара вперед, продолжая стрелять перед собой и расчищать берег с помощью магических молний.

Конь Энтрери первым вырвался на мокрый песок, от его черной блестящей гривы валил пар. Они направились прямо ко входу, Дзирт и Далия поскакали за ними следом. Убийца скатился вниз со спины жеребца и сразу отпустил его, чтобы вернуть себе обсидиановую статуэтку, но Дзирт отослал Андахара иначе, когда они с Далией спрыгнули на землю. Вместо того чтобы просто исчезнуть, единорог встал на дыбы, развернулся и понесся на ближайших врагов, низко опустив свой костяной рог.

Трое компаньонов протиснулись сквозь узкий входной туннель и ворвались в большой зал для приемов, где столкнулись с оборонительным рубежом воинов шейдов. Дзирт и Энтрери вошли первыми бок о бок, яростно работая клинками, чтобы отбросить торчащие копья. Одно копье прошло между ними, и Дзирт бросился на него, пригибая к земле, затем отскочил в сторону, пересекая спереди Энтрери, который сделал сальто вбок в противоположном направлении позади дроу. Идеальный кульбит, позволивший ему приземлиться на ноги, и не нарушивший гармонию работы клинков.

Во время своего прыжка Дзирт сцепил три копья, путая линию и вынуждая шейдов отступить. В это единственное мгновение передышки Дзирт бросил взгляд направо вниз, на величественный трон, и сразу за ним представил себе могилу лучшего друга, так как не мог ее видеть.

Враги перед ним оказались опытной и хорошо натренированной командой, и то короткое отступление выстроило их в оборонительный заграждающий полукруг вокруг входного туннеля.

А с другой стороны этого туннеля долетали звуки погони, и один особый голос, голос, слишком знакомый спутникам, в частности, Энтрери, заглушал все остальные.

— Схватить их! — истошно вопил тифлинг-военачальник.

— Он жив! — крикнула Далия, влетев в зал вслед за двумя своими спутниками, в ужасе, в гневе, не желая признавать очевидное.

— Сейчас не время, — закричал Дзирт в ответ, ожидая, что Далия запросто могла развернуться и отправиться за тифлингом, которого так сильно ненавидела.

Как хорошо понимал Дзирт такое желание! Алегни действительно выжил и забрал Гвенвивар, как утверждала та странная женщина шадовар. Мысли дроу бешено закрутились. Он хотел знать, не взял ли Алегни его любимую спутницу на свое попечение. Среди боя он смог коснуться рукой поясной сумки, призывая про себя пантеру, в глубине души надеясь, что, возможно, Алегни допустил ошибку и принес с собой кошку, кошку Дзирта, которая была больше, чем волшебным созданием, которая была верным другом.

Дроу стряхнул с себя эти мысли, когда его чуть не продырявило копье. Про себя он продолжал подзывать Гвенвивар, но вслух снова крикнул Далии прорываться с боем вперед и не оборачиваться.

Но в этом не было нужды, потому что Далия уже пронеслась мимо позади него, двигаясь в сторону. Она уперлась посохом в пол и высоко подпрыгнула, перемахнув через ряд шадовар, копья взметнулись за ней, когда воины попытались развернуться, чтобы встретить угрозу.

Однако Энтрери, разгадав тактику Далии, уже двигался. Он тоже пронесся позади Дзирта, вступив в жестокий бой с шейдами, оттесняя их, разворачивая и опрокидывая, нейтрализуя этот угол защитного строя.

Дзирт бросился вместе с ним, затем за его спиной, двигаясь вдоль стены, подальше от входа в туннель. И как раз вовремя, ибо несколько вспышек черной магической энергии вылетело через проход, направленное облако горящего едкого дыма. Оно разделило линию шейдов на две части. Те, что находились в середине строя, отступили и разбежались, молотя конечностями от боли.

Получив передышку, двигаясь позади убийцы, Дзирт воспользовался способностями темных эльфов, направив их на врага, сражающегося с Далией. Пурпурное пламя охватило шейда, очертив его контур танцующими иллюзорными огнями. Застигнутый врасплох шадовар чуть не уронил свое копье, но все же потерял защиту.

Почти сразу он спохватился, пытаясь перенаправить свое оружие.

Слишком поздно.

Цеп Далии обрушился наотмашь и раздробил ему челюсть, и когда он пошатнулся, воительница развернулась вокруг своей оси, проведя второй вращающийся конец оружия в мощный удар слева. Этот удар проломил затылочную часть черепа бойца и запустил его в кувырок вверх тормашками, после чего шейд упал спиной на каменный пол, дергаясь и дрожа в конвульсиях.

И снова Дзирт призвал свои врожденные магические способности, отточенные на его родине в глубинах Подземья, выбрасывая сферу непроницаемой тьмы прямо перед входом в туннель и перед врагами, преследующими их.

— Давай, давай! — закричал он Энтрери, приближаясь к человеку слева и добавляя крутящиеся скимитары к потасовке.

Энтрери отступил за него и обошел стороной спутанный фланг, а затем во всю прыть припустил за Далией через огромный зал, и Дзирт с магическими ножными браслетами, ускоряющими каждый его шаг, оторвался от копейщиков и присоединился к стремительному бегству.

Троица легко обогнала более тяжело экипированных шадовар, вытянувшись в прямую линию к выходному туннелю впереди справа.

Но сбоку вылезло еще больше шейдов, и в их сторону снова полетели стрелы и копья.

С их скоростью, акробатикой и изрядной долей везения все они добрались под укрытие туннеля и побежали вдоль него. Дзирт и Далия пытались отыскать путь на нижние уровни, Энтрери просто бежал по следу.

Они завернули за угол, и Дзирт резко остановился, дав двум другим знак двигаться дальше. Он опустился на одно колено и, высунувшись назад за угол с луком в руках, косил наступающих шейдов очередью смертоносных стрел.

— Сюда! — услышал он зов Далии, и побежал прочь, полагая, что хотя бы выиграл для них немного времени.

Но не так много, понял он, когда мощный взрыв пронесся по коридору за его спиной. Он оглянулся и увидел искры, ползущие дугой вдоль стен к углу, где он только что стоял на колене, и услышал шум возобновившейся погони.

Они миновали ряд комнат, больше угадывая, чем зная, в какие двери врываться. Беглецы свернули за очередной угол, а потом еще за один, торопясь к тяжелой, слегка приоткрытой металлической двери. Энтрери навалился на нее плечом, прорываясь, Дзирт и Далия влетели следом. И когда большая комната открылась их взору, все трое увидели и услышали, как такая же дверь перед ними со стуком захлопнулась.

Энтрери понесся к ней на всей скорости, Далия за ним следом, пока Дзирт закрывал дверь позади себя. Он поискал засов, но его не было. Но все еще оставалась какая-то мебель, в том числе остов тяжелого каменного кресла, поэтому он подтащил его к двери и припер под углом, чтобы как-то обезопасить вход.

На другом конце комнаты Энтрери с силой дергал и колотил в ту дверь, но тот, кто вышел, уже запер ее.

— Куда теперь? — спросила Далия, мечась по сторонам в поиске других дверей.

Но ни одной не было видно.

— Так куда же теперь? — спросила она снова, более настойчиво.

— Теперь мы будем сражаться, — ответил Энтрери. — Это был голос Алегни, — добавил он и сплюнул на пол.

— Тогда убьем его по крайней мере, перед тем, как умрем сами, — заявила Далия, и Энтрери мрачно кивнул.

— Что бы ты ни делал, Дзирт, доставь меня к нему, — сказал Энтрери. — Я отдам тебе дань уважения последними мгновениями своей жизни, независимо от того, имеет для тебя это какое-то значение или нет.

Дзирт смотрел на них, беспечно стоящих рядом, и казалось, оба совершенно смирились со своей судьбой — до тех пор, пока они могли добраться до Херцго Алегни. Он не мог представить себе ту ненависть, что направляла их, и они снова напомнили ему о своей необъяснимой связи, о чем-то очень глубоком, что их объединяло, но чего он не мог постигнуть, не то, что разделить.