Джесс тяжело вздохнул от их упорства.

– Вот бы сюда ящик тротила…

И тогда случилось худшее. Нахлынула ужасающая боль. Расплата за призыв винчестера. Джесс согнулся пополам и прижал руку ко лбу. У Эбигейл перехватило дыхание:

– Джесс?

– Все хорошо, – сказал он сквозь сжатые зубы. – Я буду в норме.

Несмотря на уверение, Эбигейл охватил страх.

– Ты плохо выглядишь.

У Джесса из носа пошла кровь.

Эбби испуганно глянула на него.

– Милый?

В руке Саши появилось маленькое полотенце, и он бросил его Джессу.

Тот поднес тряпицу к носу и запрокинул голову. Эбигейл испуганно провела рукой по его волосам.

– Могу я чем-то помочь?

Он покачал головой.

– Все в порядке, мой мальчик. Теперь мы на проселочной дороге… – Чу Ко Ла Та начал петь что-то шепотом. Сначала слабо, а затем все с большим нарастанием звука. Напевы звучали громче и громче подобно бесноватому танцу. Ритмично и гармонично, однако Эбби не могла разобрать ни слова. Лишь слушала красоту звуков.

И пока Чу напивал, земля за окнами начала крутиться и подниматься все выше, точно маленькие смерчи.

Эбигейл была поражена разворачивающимся зрелищем. В считанные секунды их окружило облако пыли. Единственная проблема – нулевая видимость.

– Почему ты не сделал этого раньше? – спросил Саша. – Когда это действительно было необходимо?

Джесс убрал полотенце, которое было уже почти все в крови.

– Ему необходимо быть как можно ближе к Долине, чтобы рисовать на песке.

И это был не просто какой-то там песок. Он поднялся в форме гневного кулака и обрушился цунами на их врагов. Песок с оглушительной силой врезался в существ. Послышались крики.

«О да, это больно».

В считанные минуты вихри улеглись, за ними не было ни души.

Эбигейл немного расслабилась в надежде, что им дадут перевести дух до следующего раунда, и перерыв займет больше пары минут. Ей нужен хоть небольшой тайм-аут. Да и всем остальным. Это невероятное путешествие – сплошная гонка на выживание.

Эбигейл слегка прикрыла глаза, облегчение заиграло на тонких чертах лица. Свет в кабине отбросил тени на ее лицо. Она гладила волосы Джесса, пока он боролся за каждый вздох из-за невыносимой боли, разрывающей череп. Он не знал, почему эта способность имела такие отвратительные последствия. Так и хотелось всыпать Артемиде по первое число.

С другой стороны, если благодаря этому он окажется в объятиях Эбби… то оно того стоит.

Они ехали по безлюдной пустынной дороге. Все хранили молчание. Джесс в тайне радовался, что они до сих пор живы и нет нужды сражаться с очередной напастью. Тишина обольщала безоблачным спокойствием. И лишь рев двигателя и скрежет шин об асфальт нарушали молчаливую идиллию.

Но скоро они достигнут Долины, а этого момента Джесс боялся больше всего. Чу Ко Ла Та сбросил скорость, вглядываясь в пейзаж.

– Что высматриваешь? – спросил Джесс.

– Холм, отмечающий тропу.

Эбигейл посмотрела на провалы, расщелины и скалы, обрамляющие обе стороны шоссе. Никогда раньше она не бывала в Долине. Ночью здесь было жутковато. Скелетообразные кусты и кустарники вздымались над землей как злые духи. Казалось, будто за ней наблюдают.

– Ты это чувствуешь? – она посмотрела на Чу Ко Ла Та.

– Что именно?

– Манито? Энергию земли, пронзающую все и всех. Словно это живое существо, способное чувствовать нашу боль и радость. Все что мы из себя представляем, что вкушаем, и какой след оставляем после себя.

Саша выпрямился.

– Это что-то типа призрака?

Чу Ко Ла Та с улыбкой покачал головой.

– Сложно объяснить, это надо почувствовать.

Эбигейл попыталась, но ощутила лишь тяжесть головы Джесса на коленях и огромный камень на совести за совершенные проступки.

Слова старика не помогли. От них стало только паршивей. Она оставит после себя огромный след – четыре мора и невообразимый кошмар, обрушившийся на ни в чем неповинных людей.

Да, хотелось немного потешить себя иллюзиями и вообще не реагировать на происходящее. Но, к сожалению, от правды не убежать.

Все это она натворила сама.

Чу Ко Ла Та остановился на обочине и припарковал трейлер.

Джесс медленно сел.

– Тебе лучше?

Он убрал полотенце и Эбби съежилась. Кровотечение так и не остановилось.

– Саша? Мне нужны салфетки.

Волк покосился на него с подозрением.

– Разве это гигиенично?

– Саша…

– Хорошо-хорошо, но если получишь токсический шок, помни, что я тебя предупреждал.

Он поднял ладонь, и на ней мгновенно появилась коробочка «Клинекс».

Джесс вытащил пару салфеток и засунул их в ноздри, а потом застенчиво улыбнулся Эбигейл.

– Правда, сексуально?

– О да, малыш. Ты такой горячий, что будь я курицей, то снесла бы яйца всмятку.

Саша расхохотался.

Джесс бросил в него коробку.

– Я хотя бы не облизываю собственную промежность.

– Эй! – посерьезнел Саша. – Как грубо. И к твоему сведенью, я подобным не занимаюсь. Голова у меня работает одинаково независимо от формы. Добавить мне нечего. Так что отметаю в сторону наглую ложь. – Он снова выпрямился и продолжил потешаться над Джессом: – Тебе реально стоит посмотреть на себя в зеркало.

– А вот этого делать я точно не собираюсь.

Есть куча вещей, о которых мужчине не стоит знать. Особенно, каким деревенщиной он выглядел перед женщиной, которую жаждал как ни одну другую. У него и так очень живое воображение. И не дай бог действительность окажется еще хуже того образа, который он себе нарисовал в голове.

От такого удара он вряд ли оправится.

Они вышли из машины, Саша телепортировался во вспышке.

Прежде чем последовать их примеру Джесс прихватил винчестер.

Все встретились позади трейлера. Именно тогда Рэн спикировал к ним и вернулся в человеческую форму.

Эбигейл поразило то, как он это сделал. В одно мгновение к ним летела птица, затем небольшая вспышка света, которую легко не заметить, и – вуаля – перед ними уже человек!

Рэн кивнул Чу Ко Ла Та.

– Классно водишь. Честно, я уж было решил, что вы точно умрете, особенно когда трейлер съехал с автомагистрали на бешеной скорости.

Саша фыркнул.

– Мы тоже. Радуйся, что пропустил возможность повизжать.

Эбигейл потерла руки, пытаясь избавиться от внезапного озноба.

– Так что дальше?

Чу Ко Ла Та посмотрел на нее мрачным взглядом.

– Мы найдем священную скалу, и ты принесешь свою жертву.

Глубоко вздохнув, Эбигейл попыталась подавить возрастающий страх. Ради этого она сюда приехала – обменять свою жизнь на мир.

«Ты сможешь это сделать. Нет, не смогу. Точно, не смогу. Я не хочу умирать».

Не сейчас, ведь у нее появилась настоящая причина жить. Она хотела запомнить каждый удар сердца. Каждый вздох. Все изменилось до неузнаваемости. После целой жизни ожиданий чего-то особенного каждая секунда с Джессом стала удивительным приключением в познании… его, но большей частью себя. Она узнала о себе удивительные вещи, о которых даже не подозревала. Джесс открыл для нее заново этот поразительный мир и показал, что даже в самой незначительной мелочи может скрываться невероятное чудо. Одна мысль о расставании с таким удивительным мужчиной приносила мучения.

«Еще один день, пожалуйста…»

Паника стальными когтями впилась в смелость, растерзывая её на части.

И тут она поймала на себе мрачный взгляд Джесса. Ее утешение и надежная гавань. Да, с салфетками в носу он выглядел как глупый ребенок. Тем не менее, это ни капли не убавляло того факта, насколько шикарно он смотрелся с развивающимися на ветру темными волосами, которые непослушно спадали на глаза, точёными скулами и мягкими губами, которые она готова целовать вечность. Весь его вид говорил: «Я надеру ваши задницы так, что вы до конца жизни этого не забудете».

Только Джесс мог сделать «Клинекс» сексуальным.