Я просто осознаю, что Ло отличается от меня, даже при том, что мы во многом схожи.

- Я, пиздец как, привык полагаться на самого себя, - добавляю я.

Ло просто качает головой, словно я - идиот, потому что не стремлюсь к чему-то большему. Но возможно, я не заслуживаю большего. Возможно, моя цель в этой гребаной жизни - помочь моему брату встать на ноги.

Коннор передает Ло миску со взбитыми яйцами, а мой брат не решается вылить их в унитаз.

- Давайте подождем, пока придут девочки.

- Как дела у Лили? - спрашиваю я.

Брат ставит миску на столешницу.

- Лучше, чем у меня, - он потирает затылок. - Она пытается остановить воздействие на меня отца и алкоголя, но если честно, это иногда просто чертовски сложно, - его янтарные глаза обращены ко мне. - Его юристы сказали, что не могут связаться с тобой, чтобы задать несколько вопросов. Я ответил им, что ты не хочешь привлекать к себе внимание.

- Спасибо, - говорю я.

Ло пожимает плечами.

- Ага, обращайся.

Я провожу руками по волосам, ощущая на себе взгляд Коннора, будто он блядский психиатр. У меня много проблем, ладно? Я не хочу видеться с отцом, и сейчас связующим звеном между нами служит Ло.

- Я пойду проверю, как там Дэйзи в гараже, - говорю я им, избегая разговора, в котором парни точно попытаются убедить меня увидеться с Джонатаном Хейлом. И к тому же, я хочу, бля, узнать, что она там в одиночку делает.

- Скажи ей, что еда почти готова, - говорит Ло.

Я киваю, направляясь к запасному входу.

У каждого есть своя роль, и я знаю свою - следить за Дэйзи и Ло.

Я просто не хочу когда-то встать перед выбором между ними.

Но если этот день все же настанет, тогда убейте меня. 

РИК МЭДОУЗ 

Я закрываю за собой дверь и практически сразу нахожу Дэйзи. Она сидит на своем припаркованном Ducati, таком же как и мой, только ее мотоцикл красный, а мой черный. Она прислонилась спиной к бачку с топливом, а на коленях у нее лежит карта, между зубами зажат колпачок от маркера.

Ее беспечная натура всегда, пиздец как, притягивает меня, даже когда я желал бы оставаться на приличном расстоянии. И тут отнюдь не помогает то, что девушка вытянула ноги. Я так безумно рад, что она сейчас ни с кем не встречается. Я буквально ненавижу ее бывших парней и ненавижу тех мужчин, что глазеют на нее, как на ту, с кем верят, что могут трахнуться. Они не могут. Она вне их гребанной лиги, и однако, она все еще отлично их развлекает.

И это меня раздражает.

- Ты же знаешь, что вечеринка внутри дома, - говорю я грубо, - и ее устроили для тебя, - я иду по бетонному полу прямо к ней.

- Знаю, - бормочет Дэйзи, а затем выдает, - Роуз и Лили закрыли двери прямо передо мной, когда я пыталась войти в ванну вместе с ними. А Коннор с Ло выглядели так, словно хотели поговорить о чем-то наедине, так что я посчитала, что позволю всем обсудить свои дела.

Я хмурюсь.

- Зачем твоим сестрам так поступать?

- Лили на пять лет меня старше, а Роуз на семь, - говорит Дэйзи, пожимая плечами. - Я привыкла, что они меня отталкивают. Это синдром младшего ребенка. - Она садится и подает мне карту.

Я быстро разглядываю ее.

- Это для твоего путешествия по Калифорнии, - объясняет Дэйзи. - Я пометила некоторые места, которые должны быть клевыми.

- А еще ты нарисовала чертов смайлик на Северной Дакоте.

- Только потому что Северная Дакота - самый счастливый штат. Все это знают, - она усмехается, и в ее глазах мерцает свет, чего не было уже долгое время. Это так красиво, что не выразить словами. По ночам этот свет понемногу угасает. Словно Дэйзи Кэллоуэй работает от солнца.

- Кто такое сказал? - спрашиваю я, складывая карту и засовывая ее в задний карман.

- Я прочитала это где-то, - говорит она. - Забыла точно где, но уверена, что источник был надежным.

- Ага, и это сказала девушка, ежедневно читающая гороскоп.

Она театрально ахает.

- Откуда ты это знаешь? Ты читал мой дневник?

- Нет, я просто сплю в твоей кровати.

- Я думала, что это был другой парень, - шутит она.

Я внимательно разглядываю ее позу поверх мотоцикла, то, как ее ноги раскинуты по разные стороны от сиденья, то, как они напряжены в неподвижном положении. Раньше я уже ездил вместе с ней на таком же мотоцикле. И вместо того, чтобы обнять меня за талию или грудь, Дэйзи хваталась за мои бедра. Мне все время приходилось убирать ее ладони подальше от своего члена.

Ей нравится дразниться, наблюдать за тем, насколько сильно она сможет толкнуть меня; ни одна девушка не играла со мной так, излучая уверенность. И это на хрен сводит меня с ума, мне невольно хочется еще чаще находиться рядом с ней, подсознательно стараться создать те моменты компромисса, что вызывают у нее такую неистовую радость.

Но между нами есть негласное понимание. Мы оба знаем, что не можем пересечь некую черту.

- Ты приглашаешь и других парней к себе в кровать? - спрашиваю я, приподнимая брови. Злость разливается болезненным жжением в мышцах, когда представляю всех тех неудачников, с которыми она была, которые трахали ее, были намного старше ее. Не думай об этом.

- В последнее время нет, - ее огромный свитер сползает с плеча, оголяя его, он почти что манит меня прикоснуться к Дэйзи. - Упс.

Мое тело напрягается, и все, что останавливает меня от активных действий, так это воображаемый образ незнакомого парня, возбуждающегося при виде ее снимков. Я не хочу быть одним из таких парней.

Она поправляет свою рубашку, и я читаю надпись у нее на груди: У-ла-ла.

Где-то год назад Дэйзи начала покупать одежду с фразами - это ее своеобразный способ общения с папарацци. И это мило.

- Ты ездил раньше вот так? - спрашивает она, игриво улыбаясь.

- Задом наперед?

Дэйзи кивает.

- Нет. Я не хотел убить себя в результате очередной пришедшей в голову безумной идеи, - говорю я сухо.

- А мне кажется, было бы прикольно так сделать, - отвечает она на мой сарказм. - Но тебе придется тоже сесть на мотоцикл, чтобы вести его, - ее зеленые глаза становятся нереально большими. - Может попробуем?

Я не отказываю ей в реализации этих диких фантазий. На прошлой неделе мы сняли колеса со скейтборда и попытались балансировать на грани мусорного бака. На самом деле это было веселее, чем звучит. Но данная затея - я на мотоцикле с сидящей ко мне лицом Дэйзи - крайне интимна. Я даже не знаю, осознает ли она это.

- Моя голова может столкнуться с твоей, - говорю я. - Мне будет сложно дотянуться до газа и тормозов.

- Ты сможешь обернуть руки вокруг меня и схватиться за руль, - говорит она. - Я могу доказать, что это сработает, - Дэйзи пододвигается ближе к бачку, освобождая место, чтобы я мог сесть. - Если ты, конечно, не боишься.

Я прищуриваю глаза.

- Ты можешь называть меня долбанным трусом или любым угодным тебе нарицательным, сладкая. Я не поведусь на это, - в отличие от моего члена.

- Значит, я попробую проехаться задом наперед без тебя. Как насчет такого? - она делает вид, что собирается повернуть чертов ключ зажигания. У меня даже не возникает сомнения, что она не блефует.

Дэйзи делала и более дикие вещи в свое свободное время, например, училась рафтингу или пилотажу. Я лично видел, как однажды она слетела с этого чертового мотоцикла. Я наблюдал за тем, как она врезалась в дерево, спускаясь на борде по черной трассе. И во время каждого этого безрассудного события я был рядом, заботясь о ней почти каждый раз, как она падала.

- Ладно, - говорю я легкомысленно. Я подхожу к ее Ducati, и она убирает руки от ключа. Закидывая ногу, я располагаюсь на сидении так, как сделал бы это обычный человек - лицом по направлению движения. А Дэйзи сидит спиной к рулю.

Наши колени соприкасаются, и я радуюсь тому, что не могу дотянуться до руля, надеясь, что она откажется от этой затеи. Но Дэйзи не собирается сдаваться. Она закидывает ноги поверх моих и пододвигается к моему телу. Блядь.