Тогда, для того чтобы уступить, у тебя появляется второй шанс. Если ты не можешь принять то, что окружает тебя снаружи, тогда прими то, что есть внутри. Если не можешь принять внешние условия — прими внутренние. Это означает вот что: не сопротивляйся боли. Позволь ей быть. Уступи горю, отчаянию, одиночеству или страданию, какую бы форму они ни приняли. Будь свидетелем, не навешивая на это ментальных ярлыков. Прими это в свои объятия. Потом наблюдай за тем, как волшебная сила уступания трансмутирует тяжелое страдание в глубокое спокойствие. Это твое распятие на кресте. Позволь ему стать своим воскрешением и вознесением.

Я не понимаю, как можно уступить страданию. Как вы сами подчеркнули, страдание является не-уступанием. Каким образом можно уступить не-уступанию?

На миг забудь об уступании. Если твоя боль тяжела, то всякие разговоры об уступании могут казаться тщетными и бессмысленными. Если твоя боль глубока, то, скорее всего, у тебя появится гораздо более сильное желание избавиться от нее, чем примириться с ней. Просто ты не хочешь чувствовать то, что чувствуешь. Что может быть еще более заурядным? Но от боли не убежишь — просто некуда. Правда, есть много псевдо-выходов, таких как работа, выпивка, наркотики, гнев, отметание, подавление и так далее, — но ни один из них не освобождает тебя от боли. Когда ты делаешь страдание бессознательным, оно не становится от этого менее интенсивным. Когда ты отрицаешь эмоциональную боль, она загрязняет все, чем ты занимаешься и о чем думаешь, включая также и твои взаимоотношения. Ты излучаешь боль как энергию, а другие ее подсознательно принимают. Если они неосознанны, то могут почувствовать, что что-то заставляет их нападать на тебя или причинять тебе боль как-то иначе, либо ты сам можешь задеть их в тумане бессознательной проекции своей боли. Ты притягиваешь к себе и проявляешь то, что отвечает твоему внутреннему состоянию.

Когда из боли нет выхода, тогда всегда есть путь сквозь нее. Поэтому не отворачивайся от боли. Смотри ей прямо в лицо. Чувствуй ее целиком и полностью. Чувствуй ее — не думайо ней! Если необходимо, то выражай ее, но не создавай ее описания в уме. Направь все внимание на ощущение, а не на личность, не на событие или ситуацию, которые, как тебе кажется, ее породили. Не позволяй рассудку использовать эту боль для того, чтобы ты превратил себя в ее жертву. Чувство жалости к себе и пересказы своей истории другим людям будут удерживать тебя зажатым в тисках собственного страдания. Раз уж невозможно уйти от того, чтобы чувствовать боль, то единственной возможностью для перемен остается только войти в нее — иначе ничего не сдвинется. Поэтому направляй все свое внимание на то, что ты чувствуешь, и избегай ментальных определений. Погружаясь в ощущения, будь в высшей степени чувствителен и внимателен. Поначалу она может показаться тебе чем-то совершенно беспросветным и ужасным, но когда у тебя появится сильное желание отвернуться от нее, то просто возьми и наблюдай за ней, но ничего с ней не делай. Продолжай удерживать внимание на чувстве боли, продолжай чувствовать горе, страх, боязнь, одиночество, все, что там будет. Оставайся начеку, будь в присутствии — в присутствии со всем своим Существом, с каждой клеточкой своего тела. Так ты вносишь свет в темноту. Это и есть яркий и ясный свет твоего сознания.

На этом этапе тебе уже больше не нужно будет беспокоиться об уступании. Это уже произошло. Как? Полное внимание и есть полное принятие, полное примирение. Фокусируя все свое внимание, ты используешь силу настоящего момента, которой и является сила твоего присутствия. В ней не сможет уцелеть ни один затаившийся комочек сопротивления. Присутствие ликвидирует время. А при отсутствии времени ни страдание, ни негативность выжить не могут.

Принятие страдания — это путешествие в смерть. Стать лицом к лицу с глубокой болью, позволяя ей быть, устремляя свое внимание внутрь нее, означает осознанно войти в смерть. Когда ты умираешь такой смертью, то понимаешь, что смерти нет — и бояться нечего. Умирает только эго. Представь себе луч солнечного света, который забыл, что является неотделимой частью солнца и сбивает себя с толку тем, что ему будто бы нужно биться за выживание и цепляться за какое-нибудь другое отождествление, иное чем солнце. Разве смерть этого заблуждения не станет для тебя невиданным освобождением?

Хочешь ли ты умереть легко? Хотел бы ты умереть хотя бы без боли, без агонии? Тогда каждый сущий миг умирай для прошлого и позволь свету своего присутствия высветить и придать блеск тому тяжелому и скованному временем “себе”, которого ты считаешь своим “я”.

Имеется множество сообщений от людей, которые говорят, что обрели Бога через глубокое страдание, и вместе с тем существует христианское выражение “Путь Креста”, которое, как я полагаю, указывает на то же самое.

Мы здесь ничего другого и не рассматриваем.

Строго говоря, они обрели Бога не через страдание, потому что страдание содержит в себе сопротивление. Они обрели Бога через уступание, через полное принятие того, что есть, внутрь чего их втолкнуло собственное сильнейшее страдание. На некотором уровне они должны понять, что сами создали свою боль.

Каким образом вы уравниваете уступание с обретением Бога?

Поскольку сопротивление неотделимо от ума, то отказ от сопротивления, то есть уступание, — это конец владычеству ума, конец хозяину, самозванцу и лжецу, претендующему на то, чтобы называться “тобой”, это кончина ложного бога. Суждения и негативность растворяются в нем. Царство Сущего, которое прежде заслонял ум, начинает раскрывать себя. Внутри тебя внезапно воцаряется глубочайшее спокойствие, непостижимое и необъяснимое чувство покоя. А внутри этого покоя — великая радость. А внутри этой радости — любовь. А в самой сердцевине, в самой сокровенной ее глубине пребывает священное, не поддающееся никакому измерению То, что не может иметь никакого названия.

Я не называю это обретением Бога, ибо как же ты можешь найти то, чего никогда не терял, как же ты можешь отыскать жизнь, которой сам и являешься? Слово Бог представляется имеющим ограничения не только вследствие неверного восприятия и употребления на протяжении тысячелетий, но также и вследствие того, что подразумевает наличие отделенного от тебя существа. Бог — это само Сущее, а вовсе не существо. Здесь нет места отношениям типа субъект-объект, не может быть никакой двойственности, никаких тебя иБога. Осознавание Бога — это самое естественное из всего, что есть. Поразительно и непостижимо не то, что ты можешь осознавать Бога, а то, что ты не осознаешь Его.

Путь Креста, о котором ты упомянул, это старый путь к просветлению, и до последнего времени он был единственным. Но не списывай его со счетов и не недооценивай его эффективность. Он по-прежнему работает.

Путь Креста — это совершенная и полная перестановка. Он означает, что самое худшее из того, с чем ты сталкиваешься в жизни, превращается в самое лучшее из всего, что вообще когда-либо могло с тобой произойти. Этот путь пролегает через принуждение тебя сдаться, капитулировать, через вталкивание тебя в “смерть”, через побуждение тебя стать таким, как ничто, стать таким, как Бог, — потому что Бог тоже Ничто.

Что касается большинства людей, продолжающих оставаться неосознанными, то в наше время Путь Креста по-прежнему остается для них единственным. Они будут пробуждаться только через дальнейшее страдание, а просветлению как массовому явлению будут предшествовать предсказанные пророками грандиозные общественные сдвиги. Этот процесс отражает действие известных вселенских законов, управляющих ростом сознания, и поэтому он предсказан некоторыми видящими. Кроме того, это предсказано в Книге Откровений или Апокалипсисе, хотя и замаскировано под невразумительной и, порой, непроницаемой символикой. Это страдание ниспослано не Богом, оно ниспослано самими людьми — каждым самому себе и друг другу, — так же как, впрочем, предсказаны и определенные защитные меры, которые Земля, будучи живым, разумным организмом, предпримет для своей защиты от бешеной атаки человеческого безумия.