Объятый пламенем силуэт приближался. Джейсон не стал защищаться. Он примет смерть достойно. Он ничего не смог сделать самостоятельно, а значит, оказался бесполезен для Императора.

Аполло не слишком хорошо контролировал себя, когда злился, но следует отдать должное, злился он редко. Однако сейчас единственным его желанием было превратить заносчивого низшего в груду мертвого мяса. Он уже приготовился стереть человечишку с лица этого мира, но что-то вокруг неуловимо изменилось.

– Он не нужен тебе, – прозвучал чужой голос в сознании хрона, – тебе нужен я.

Аполло резко оглянулся, но никого рядом не оказалось. Перед глазами на секунду мелькнул образ огромных ворот.

«Там», – пронеслось в голове.

Вместо смертельного удара, хрон лишь от души приложился по челюсти Джейсона – вырубая его.

Аполло распахнул исполинские ворота, ведущие в тронный зал. Собственно от самого трона осталось не так много, но это не имело существенного значения. Человек, которого искал Аполло, находился здесь. Он не нападал и не прятался, этот человек просто ждал. Траян возвышался над телом поверженного противника.

От одного взгляда Императора, по всему телу хрона прошла дрожь.

«Даже отец никогда не излучал такого могущества, – подумал Аполло, – но мне придется попытаться убить его, иначе последствия для моего народа могут оказаться фатальными».

– Ты не сможешь, – спокойно произнес Император и кивнул на безвольное тело у своих ног. – Он был сильнее.

Аура Аполло моментально вспыхнула, озаряя тронный зал яростным пламенем. Он никогда не терпел чужого высокомерия.

В мгновение ока Траян оказался рядом, Аполло не успел даже дернуться. Ладонь Императора уперлась в грудь хрона и бушующий огонь тут же погас.

– Сегодня точно не сможешь, – повторил Император. – Я знаю, кто ты, поэтому не стану тебя убивать.

– Почему? – спросил Аполло, наконец осознавая, что с самого начала у него не было ни единого шанса.

– Я сочту тебя представителем твоего народа. В некотором роде послом. Нам есть о чем поговорить.

Хрон напряженно кивнул. К тому же иных подходящих вариантов не наблюдалось.

– Помнишь, как началось ваше вторжение? – продолжил Траян. – И что случилось, когда люди всерьез вознамерились остановить чужую экспансию? Люди не пожалеют своих жизней, чтобы расквитаться за оскорбление и осквернение всего, во что они верят. Сегодняшний инцидент станет отправной точкой новой волны сражений. Не просто сражений, а настоящей бойни. Подпитываемое ненавистью многих миллионов существ, колесо войны раскрутится с такой силой, что итогом может стать полное уничтожение одной из рас.

– И к чему ты ведешь? – спросил Аполло.

– Возможно, люди и сотрут вас с лица этой планеты, – сказал Император, – но какой ценой? Кем на самом деле является король без подданных? Прошли годы с тех пор, как война между нашими цивилизациями переросла в вялотекущую охрану собственных территорий, да редкие стычки между разведывательными отрядами. Меня устраивало такое положение вещей. Война нужна и хронам и людям, но не та война, что ведет к полному истреблению.

– Зачем ты рассказываешь мне об этом?

– Простые солдаты и мирные жители могут не понимать ситуации, и им не следует ее понимать, но правитель всегда рассуждает иначе. Он видит то, что действительно следует видеть и принимает соответствующие решения. Мне нужен виновный. В происходящем виновен не ты и даже не он, – еще раз кивнул Траян на тело у своих ног. – Во всем виновен лишь один человек.

– Человек?

– Да. Именно из-за этого человека ты пришел сюда. И ты жив лишь потому, что я знаю это. Кто-то должен понести ответственность, а до тех пор люди будут готовиться к настоящей войне. Я хочу, чтобы ты знал – этот человек представляет серьезную угрозу не только для меня и всего человечества, но и для твоей расы. В данный момент он опаснее, чем любая из армий.

– Чего от меня хочешь ты? – задал Аполло главный вопрос.

Траян отрицательно покачал головой.

– Я уже сообщил тебе все что хотел. Ты волен поступать с этой информацией как посчитаешь нужным. Тебя безопасно выведут из города.

Хрона вели по одной из безлюдных улиц, но никто все равно не смог бы увидеть его лица. Мысли Аполло вновь и вновь возвращались к недавнему разговору.

«То, что я услышал от Императора, звучит как настоящий бред. Во всю эту чушь о виновных и нет, мог поверить лишь последний идиот. Найти виновного и доказать, что он виновен, никогда не составляло проблем, будь то хрон или человек. Это старая игра – тебе говорят одно, а услышать ты должен совсем другое. Похоже, Император уверен, что знает все мои дальнейшие действия, и такое развитие событий его полностью устраивает. Считает, что от меня еще может быть польза? Это единственная причина, по которой он мог меня отпустить. Я должен понять, чего он добивается. Хочет остановить войну? Не хочет. Но судя по его словам, он сильно недооценивает военную мощь хронов. Нет, он желает, чтобы я отыскал человека, который привел меня к стенам столицы. Чтобы я сделал то, что и так собирался сделать. Мне это не нравится».

Аполло помнил, как перед уходом в последний раз посмотрел в глаза Императора. Лицо похожее на гипсовую маску, по которой ничего нельзя прочесть. Взгляд, не выражающий ни ненависти, ни угрозы, ни волнения, лишь спокойную равнодушную уверенность. И все же Аполло показалось, что на долю мгновения, он уловил отголосок мыслей этого существа.

«…умрут все…»

Траян задумчиво пересек зал. Первое гвардейское подразделение вернется завтра. Капитану должно понравиться новое задание. На памяти Траяна он еще ни разу не совершал ошибок. Император посмотрел на разрушенный трон, и лицо его неожиданно озарила улыбка.

– Да Лонгин, я тоже умею играть в эту игру.

Примерно в двенадцати километрах от Столицы находилось озеро Хейга. Лонгин хорошо помнил, что отличительной особенностью данного озера являлась его невероятная глубина. Насколько она невероятна, точно не знал никто. Лонгин предполагал, что именно к этому озеру ведет подземная река. Других вариантов попросту не имелось.

Конструкция небольшой подводной лодки оказалась достаточно простой и надежной, поэтому разобраться в управлении не составило особого труда. Впрочем, сама лодка не создавалась для дальнего плавания. В некотором роде это была одноразовая субмарина.

– Что мы будем делать дальше? – спросил Артем. Парень забрал запасную платиновую карточку Куртиза и благополучно добрался до доков. Лонгин уже успел подготовить все к отплытию. Артема несколько обеспокоила девушка, встреченная по пути, но она пребывала в бессознательном состоянии, и юноша счел за благо даже не приближаться к ней. В такие моменты проявление сострадания к женщинам – не лучшее решение. Больше всего парню хотелось убраться отсюда подальше, а не думать о других.

– Река позволит нам немного сократить путь. На наше счастье она течет в нужном направлении. В двух километрах к востоку от озера, из которого мы предположительно выплывем, находится деревня. Там нас ждет один человек. Моя старая знакомая в некотором роде. Она знает о нашем прибытии и в состоянии заштопать Заргала, если он конечно протянет до того времени. Нам следует поторопиться.

Внутри подлодки нашлась одна койка. Хрона аккуратно уложили лицом вниз. В конце концов, он потерял сознание. Рукоять кинжала все еще торчала из его спины.

«Какая ирония», – подумал Артем. Он с некоторым удивлением поймал себя на собственном равнодушии. Несмотря на все пережитое вместе, парень не испытывал ни малейшей жалости к Заргалу.

– Я хочу знать, что будет после того, как мы доберемся до деревни и найдем нужного человека, – сказал юноша.

Лонгин обернулся и едва заметно нахмурился. В мальчишке произошли сильные перемены. Это настораживает.