Он смог пробежать до "мертвой зоны" попадания автоматических молотилок раньше, чем они среагировали. И это навело Бирюка на определенные мысли. Вряд ли, если залпы не поспели за ним, установки действительно полностью механизированные. Электроника для таких игрушек сложная и дорогая, и даже местных преступный царек вряд ли позволил бы себе такое. А, значит, что? Да то, что где-то, не так уж и далеко, за гашеткой и поворотным устройством сидит человек. Ну, или мутант, роли особой это не играло. Осталось только найти его и покончить с опасностью. Помог случай в виде отползающего в укрытие охранника.

При падении со стены парень сломал себе обе ноги и сейчас пытался убраться внутрь усадьбы, надеясь на силу рук. Бирюк не дал его надеждам осуществиться.

Сапог бородача вдавил голову часового в липкую от прошедшего дождя грязь. Бирюк оглянулся, не заметив кого-то из других охранников. Со стороны дома его закрывала совершенно глупая статуя голой бабы с обломанными руками, а пушки сюда уже точно не доставали.

- Где сидит стрелок из орудий? Говори!

- А не пошел бы ты?

Бирюк пнул по перелому. Раненый заорал и тут же замолк, ощутив приставленный к голове ствол.

- Говори, живым оставлю.

- Лестница идет за домом.

- Вход внутрь оттуда тоже есть?

- Есть.

- Спасибо.

Убил он его быстро, прострелив череп. Врать нехорошо, но не врагу.

Дело оставалось за малым – успеть добраться до указанного мертвецом каземата, выжить и разнести его к черту. Вот только сказать или подумать всегда куда проще, чем сделать.

Охрана дома начала стрельбу через бойницы. Змей и Михакк отвечали, прикрываясь обломками стены. Бородач прислушался, стараясь понять: сколько стволов сейчас против них? Выходило, что пять. Хотя рассчитывали даже на меньшее количество. Если, конечно, никто сейчас не заходит парням в тыл.

Он двинулся в сторону временно замолчавших орудий. Побежал, низко пригибаясь к земле и стараясь спрятаться за чем-либо. Повезло, двор у Хамзы не пустовал. Несколько больших фургонов, полуразобранная бронемашина, орудием которой к счастью никто не успел воспользоваться, тюки, сваленные прямо на землю. Бирюк порадовался про себя безалаберности хозяина и тому, что бежать осталось всего ничего. Нужная ему лестница уже замаячила впереди, и он поднажал, пролетев оставшиеся метры.

Да, каземат. Сделанный глупо и дилетантски. Успел ли кто-то внутри рассмотреть смазанную темную тень, взмахнувшую рукой? Бирюк над этим задумываться и не собирался. Граната влетела в щель, как специально сделанную под ее металлическое яйцо. Грохнуло, плеснуло наружу пылью и дымом, криков практически не было.

С замком, запирающимся изнутри, Бирюк не церемонился. Просто на время заменил магазин на другой, в приемнике которого нагло выглядывали красные головки бронебойных патронов. Вбежал внутрь, водя по сторонам стволом. Пусто.

Мешок в серой форме, еще стонущий и булькающий кровью, прочертила короткая очередь, заставив замолчать. Бирюк подошел к механизму управления пушками и выругался. Воспользоваться ими в собственных целях уже не выйдет. Осколки повредили и оптику прицела и рукоятки с гашеткой.

- Дай дураку стеклянный хрен… - злой на самого себя он покрутил головой, стараясь найти вход внутрь коридора, ведущего по галерее в дом. – Так… ну, вот нам сюда.

Бирюк вытер пот, выглянул в коридор. Наружные стены, поставленные из бревен и саманных кирпичей, кое-где прошивались пулями чуть ли не насквозь, но не здесь. Сердце дома, три этажа с переходами и лестницами, Хамза заказал из тесаного камня, толстого и прочного. Где-то здесь, если им повезло, он сейчас и отсиживался.

Тройка рисковала всем, и в первую очередь – жизнью жены Михакка. Если, конечно, та существовала на самом деле. Бирюк плана дома-крепости не знал, в отличие от хозяина. Пойманный и выпотрошенный на быструю руку боец рассказал про два хода, и сейчас Змей должен взорвать один и перекрыть второй. Но не врал ли пленник, которому Бирюк предварительно пообещал свободу и жизнь, чьим телом потом прикрывался от выстрелов?

Дверь, толстая, явно дубовая, оказалась прямо перед носом. Бородатый чистильщик бесшумно опустился на колено, стараясь услышать хотя бы что-то. Повезло, сидящий в засаде боец чуть шевельнулся, задев карабином о стену. Бирюк довольно улыбнулся, прикинув – куда надо стрелять. Жаль, что дверь не прошьешь очередью, тут и калибра "питбуля" не хватит с его же скорострельностью. А вражина, услышав стук пуль, вязнущих в древесине, наверняка сместится.

А не перелезть ли ему в эту галерейку по стене и напасть сзади? Бирюк осторожно толкнул раму, распахнув окно полностью. Выглянул, прикинув, за что можно ухватиться, довольно кивнул сам себе.

Кому-то крохотный выступ, оставленный каменщиками по внутренней стене, показался бы неудобным. А предположение о том, что по нему можно подняться - нелепым. В том смысле, что вряд ли кто смог бы перебраться по нему до другого конца галереи. Особенно, если вздумавшему совершить подобный маневр прицепить с десяток полных магазинов, обрезанный дробовик за спину, патронташ к нему, два пистолета и знатный бирюковский "мочет". Но самому Бирюку смеяться не хотелось. Тем более, такая практика в его багаже присутствовала. Правда, сам он тогда был намного моложе. На целых пять лет.

В том месте, откуда он хотел перебраться в окно следующего крыла дома, Бирюк рассмотрел что-то вроде красивого лепного подоконника. Можно ли полагаться на него, и выдержит ли он вес немаленького чистильщика? А кто ж знает, пока сам не попробуешь.

Бирюк как можно тише спустился за свое окно, повиснув на пальцах. Ухватился одной рукой за твердую доску из гранита, выпирающую наружу и начал спускаться. Получилось на удивление хорошо и гладко. И уж совсем великолепным сюрпризом оказался то чувство облегчения, когда его собственные сапоги натолкнулись на еще один схожий выступ, невидимый изнутри дома.

- Попляшем, девочки, – бородач аккуратно двинулся вперед, нащупывая самым концом подошвы опору. – Вот прям щас приду и устрою вам вечеринку.

Пальцы чуть скользили, и один раз под ними мягко и влажно расплющился какой-то мерзкий и противный комок. Если собственный нюх не подвел Бирюка, то только что он вляпался в птичье дерьмо. Липкую и вонючую пасту он еле смог очистить о каменное ребро пройденного участка. И только потом двинулся дальше.

К намеченной цели Бирюк добрался минуты через две. Пять метров, охренеть не встать, всего пять метров. Зато ни разу не задел металлом о камень, не сопел и не кряхтел. Хотя, казалось бы, возраст… да уж. Теперь оставалось только понять – как добраться до тех, кто внутри, и только потом уже попасть в сам "внутри". Помогла страсть хозяина этой великолепно-роскошной берлоги к внешним эффектам.

Высмотренная им "лепнина", притаившаяся на самом углу здания, оказалась только самом началом целого ансамбля архитектурных изысков. Не говоря про еще одно оконце, прячущееся за углом. И именно его закрывал от Бирюка здоровенный голый мужик из камня, душащий ручищами какую-то страшную скотиняку. Присматриваться к элементу декора, чтобы разобраться в подоплеке поединка, по понятным причинам бородач не стал. А вот воспользоваться правой рукой неизвестного героя и несколькими изгибами убиваемого чуда-юда, не преминул.

Вид в окна, открывшийся Бирюку, несказанно его порадовал. Ожидающая его троица душегубов все сделала правильно, за одним небольшим исключением – не стала ждать его со стороны улицы. Ну, что сказать? Бородач вполне их понимал, ведь он сам поверил в возможность добраться сюда по стене только сейчас. Вытер мокрые от пота ладони о ткань брюк и не стал дожидаться еще более удобного случая. Вскинул "питбульа" и просто расстрелял всех троих мутантов, подло и со спины.

А вот уже после этого Бирюк залетел внутрь как можно быстрее. О своем появлении в этом крыле он заявил звоном разлетающегося стекла так же громко, как бьют в колокола в некоторых церквях. И попасться возможным бегущим сюда "прихожанам", сидя на каменном дядьке ему совершенно не хотелось. Он оказался прав.