Не верю, что я могла повлиять на него. Раньше ведь не могла. Я следовала за ним, но это не помогало.

Грудь сдавило. Я не могла заставить себя посмотреть на него. Хотелось просто убежать, чтобы избавиться от унижения. Зачем он так со мной? Насколько низко я сейчас нахожусь в его глазах? Какой дурой я себя выставила!

— Я пойду, — вырывается у меня, затем я со скоростью света огибаю фигуру Ромы, устремляясь в прихожую.

— Стой! — Рома догоняет меня в прихожей, хватает за руку. — Верни дневник.

Я оборачиваюсь, пытаюсь вырвать руку из его захвата, другой сильнее прижимаю черную книжку к своей груди.

— Он мой. Это мой дневник. Ты не имел никакого права забирать его у меня!

— Знаю. — Рома не позволяет мне освободиться. Его рука обжигает. Я сдерживаю всхлип. — Но без него не смогу. Оставь мне его.

— Нет. Я… заберу его с собой.

Пожалуйста… — Его голос сорвался, а глаза потемнели. — Он мне нужен. Отдай его. Я не имею права, но… — Рома напрягает скулы, словно борется сам с собой. — Пусть твоя любовь, которая теперь только в нём, останется со мной. Пусть я больше не нужен тебе в реальной жизни, но там… на этих страницах ты все ещё моя.

Мир пошатнулся. Земля словно уходит у меня из-под ног. По щеке скатывается слеза, предвещающая бурю. Грудь Ромы вздымается так часто и высоко, что я могу увидеть. Моё сердце трепыхается с такой же скоростью.

— Сеня… — От его шепота по телу скользит волна. Его пальцы сильнее стиснули мое запястье. Время словно замерло, окутывая дымкой мое сознание. Я задерживаю дыхание, вижу в его глазах страх. Чего он боится? Почему ему так важна эта книжка? Моя любовь? Она нужна ему? — Не оставляй меня…

Это предел. Дальше некуда. Стена, за которую я так отчаянно цеплялась рухнула, подминая под себя все доводы рассудка. Рома не сводит с меня затуманенного взгляда. Я всхлипываю, делаю короткий, но очень глубокий вдох, словно собираюсь нырнуть на глубину.

Секунда, и я выпускаю дневник. Он со шлепком приземляется на паркет, взрывая тишину, прерывающуюся только нашим учащенным дыханием. Рома проследил полет глазами, искрящимися дикой болью. Его пальцы разжались. Он сделал шаг ко мне, видимо, чтобы подхватить книжечку. Я тоже шагаю к нему, но делаю это быстрее, буквально кидаясь в его объятия.

Рома ловит меня, окружая моё тело своими руками. Я вскидываю руки, чтобы ухватиться за его шею, поднимаю лицо к нему, подставляя ему свои губы, в которые он с жадностью впивается.

По телу проходит ток. Я открываю рот, впуская его горячий язык. Душа оживает, а в животе очухиваются бабочки. Они так активно захлопали своими мелкими крылышками, что я задрожала.

Рома хрипло стонет, крепче прижимает меня к себе. Его тело тоже дрожит, дыхание прерывистое.

Безумие. Только так это можно назвать. Наши губы движутся хаотично, словно мы стараемся вобрать друг друга, впитать в кровь.

Дневник забыт. Годы неразделенной любви исчезли, не имея сейчас никакого значения. Важен только Рома, его губы, его руки, его аромат. Я вся окружена им. Сильнее стискиваю его шею, чувствую, как нежная кожа покрывается мурашками. Поднимаю руку, чтобы ладонью пройтись по его колючей щеке, затем пальцами обхватить его лицо.

Руки Ромы тоже оживают. Нам мало движения губ — дикого и неистового. Нам хочется большего. Рома смахивает кардиган с моих плеч, я делаю то же самое с его пиджаком. Мы быстро избавляемся от этих ненужных тряпок.

Рома опускает руки на мою округлую попу, слегка сжимает, вызывая во мне приятный импульс, после чего подхватывает и тянет на себя. Я не понимаю, чего он от меня хочет, но подчиняюсь инстинкту, обхватываю его бедра ногами, хватаясь за него, словно мартышка.

Рома довольно урчит, уткнувшись носом в мою шею. Я же охаю, почувствовав его так близко. Рома поворачивается, устремляется вглубь квартиры, попутно царапая своей щетиной мою шею, после чего скользит по ней языком, разжигая адское пламя в низу живота. Мне остается только отчаянно цепляться за него, чтобы не грохнуться.

Рома подходит к кровати. Я жду, что он опустит меня на неё. Но нет. Рома бухается на спину, я оказываюсь сверху. Он хватает мои руки, вытягивает их над своей головой, заставляя меня вытянуться на его груди. Его лицо окружено моими руками. Мои бедра невольно трутся об него. Рома целует мои губы, дразня мой язык.

Одна его рука продолжает удерживать мои запястья, а другая скользит по моему боку, добираясь до края футболки. Я втягиваю живот, когда понимаю, что его ладонь устремляется между нашими телами. Пальцы щекочут легкими прикосновениями. Я дергаюсь от удовольствия, когда он расстегивает пуговичку на моих джинсах, попутно касаясь чувствительного участка.

Рома отпускает мои руки, чтобы задействовать ещё одну свою руку. Она тоже забирается под футболку, но только затем чтобы щелкнуть застежкой бюстгальтера.

Рома одним быстрым движением переворачивает нас, оказываясь сверху. Я хлопаю глазами, а Рома улыбается, словно я подарок в блестящей обертке, который он собирается распаковать. Он ловко стаскивает с меня футболку, следом смахивает круженой лифчик.

Я прогибаюсь, когда руки Рому оказываются на мне. Он обводит мое тело руками, вторя им искрящимися глазами. Я наблюдаю за его реакций и не вижу ничего кроме восторга и страсти. Я никогда не считала свое тело привлекательным, но то, как Рома облизывается, глядя на него, вселяет уверенность.

— Такая красивая, — шепчет парень, буквально срывая с себя рубашку и галстук, после чего опускается на меня.

Я запрокидываю голову, ощутив его разгоряченную кожу. Я схватилась за его плечи, Рома вновь завладел моими губами, но ненадолго. Он ускользает от моих рук. Его влажный язык скользит вниз. Парень покрывает поцелуями все мое тело, словно боится упустить хотя бы один кусочек.

Я закатываю глаза, желая только одного — чтобы он не останавливался. Мое тело посыпалось мелкой дрожью, покрываясь россыпью мурашек, готовясь к чему-то невероятному.

Рома встает, чтобы избавиться от оставшейся одежды. Он застывает, гладя на меня. Я приподнимаюсь на локтях, чтобы ответить на его взгляд. Щеки загораются румянцем, когда я замечаю что-то кроме его глаз. Он такой красивый.

— Сеня, ты… — Рома вопросительно поднимает брови, и пусть вопрос до конца не озвучен, я понимаю.

— Нет, — выдыхаю, чувствуя горечь на губах, — я не девственница.

Да, я встречалась с Максом. И да, у нас был секс. Пару раз. Неловко и неприятно — так это чувствовалось для меня. Я уже молчу о боли, которую я испытала в первый раз. Я не хотела его, но думала, что должна сделать это, раз мы встречаемся.

В глазах Ромы вспыхивает боль, затем злость. Меня обдает холодом. Я сжимаюсь, думая, что он злится на меня. Рома замечает мою реакцию. Выражение его лица тут же меняется. Он быстро оказывается на мне.

— Прости, — в его голосе слышится тревога. — Я напугал тебя? — Рома касается губами моего лба. Я закрываю глаза, наслаждаясь теплом. — Я зол только на себя. Если бы я раньше очухался, то стал бы первым.

Хоть в его словах не было вопросительной интонации, но в глазах все же застыл вопрос. И я решаю ответить.

— Да, стал бы.

На лице Ромы отражается столько эмоций. Я даже не могу отделить одну от других, чтобы распознать. Все смешалось. Я запустила пальцы в его волосы. Рома прижался лбом к моему лбу. Мы часто дышали, наши лица были так близко. Казалось, я могу взмахнуть ресницами и коснуться его.

Его руки вновь касаются меня. Большой палец медленно ползет вверх, преодолевая пупок, проходя между ребер, чувственно скользя по ложбинке, чтобы забраться вверх по шее, остановившись на нижней губе. Желание вновь накрывает меня. Я отзываюсь на его ласку дрожью. Глаза Ромы затуманиваются, или это мои затягивает пленкой?

Его губы обжигают мой рот, язык возобновляет свой безумный танец. Я закрываю глаза, впиваюсь пальцами в его плечи, отвечая на поцелуй с тем же не уступающим пылом, извиваясь под ним, желая показать, что я готова к большему.

И Рома дает мне то, чего я так хочу. Я отрываюсь от него, чтобы запрокинуть голову. Стон срывается с моих губ. Рома вторит мне. Такие странные ощущения, но никакого дискомфорта не чувствую. Даже наоборот, мне никогда не было так хорошо.

Рома покрывает поцелуями мою шею, я не могу сдержать свои чувства. Я так долго об этом мечтала, так долго хотела почувствовать его. И теперь меня переполняет эйфория.

Это Рома. Парень, которого я люблю с десяти лет. Это он сейчас дарит мне это наслаждение. Его уверенные, но очень трепетные движения, его учащенное дыхание и хриплые стоны срывают башню, заставляя заткнуться отдаленное эхо сомнений.

Я цепляюсь за него, надеясь, что он станет моим якорем, но я ошибаюсь. Он именно тот, кто кидает меня в огненную пучину, из которой нет желания выплывать.

POV Рома

Я вытягиваю руку, чтобы коснуться её. Но моя рука задевает лишь прохладную простынь. Глаза тут же распахиваются, чтобы в отчаянии осмотреться. В квартире тихо. Шум создаю только я. Неужели…

Я вскакиваю на ноги. В голове хаотично мечутся мысли. Одна хуже другой. Сеня ведь не могла уйти? Пожалуйста, не делай этого!

Глаза привыкают к темноте, вижу её вещи, разбросанные по полу. Она ведь не ушла бы без неё. Я обхожу комнату, чтобы найти свою девочку.

Облегченно выдыхаю, заметив её, затем резко хватаю ртом кислород. Ожившая фантазия. Сколько раз я мечтал увидеть её вот так? Тысячу? Две?

Она на балконе. Стоит спиной ко мне, глядя на множество огоньков, заставивших город засиять, словно новогодняя ёлка. Сеня удерживает перила руками, немного отставив ногу назад. На ней моя белая рубашка, достающая до середины её бедер, а волосы собраны в высокий пучок, оголяя точёную шею.

Нереально соблазнительная картина. Мне вдруг захотелось схватить фотоаппарат, чтобы запечатлеть этот момент, от которого у меня развилась тахикардия, не иначе.