— Тогда поехали, нельзя терять время. Но ее мы взять не сможем, она не доедет. Ей нужны доктора. Пока ещё нужны… Потом привезем бабушку Злату, она обязательно поможет. Только вот, гаджо, не смотри так на нее. Не нужно. Лазо тебя бы за это только зарезал. Он никогда не отдаст дочь не цыгану.

— Как они тогда вообще ее от себя отпустили? — хмыкнул Кирилл, поднимаясь. Оставлять Чирикли не хотелось, но как ещё ее спасти? Да и Ира остается, она приходит каждый день, часами с подругой сидит. Кажется, Вознесенский все же в ней ошибся, и подруга любит Чирикли, по-наcтоящему любит. И не пытается использовать. Даже странно было, что он мог так плохо думать о ней. Когда слетела ее маска, когда Ирка перестала cтроить из себя королеву Одессы, оказалось, что она спокойная и рассудительная. И вовсе не стерва. А то, что гулена… не его это дело. Хочет, пусть гуляет. Ее жизнь.

— Поехали, гаджо, — поторопил его Мусатов. — Поехали. Дорога долгая, времени мало.