- Только не чтобы они жили своей жизнью. Не женились на ком они хотят.

Она насмехается надо мной, качая головой.

- Если я чудовище, то ты наивная, эгоистичная девчонка.

- Потому что я люблю Николаса? Потому что хочу быть с ним и сделать его счастливым - это делает меня эгоистичной?

Она вздергивает подбородок, как профессор на лекции.

- Ты простушка - и это не критика. Простолюдины смотрят на мир через призму одной жизни. Через сто лет никто не вспомнит твоего имени. Вы так же неразличимы, как песчинки на пляже. Монархи видят мир через призму наследия. Спроси Николаса, он скажет тебе то же самое. Что мы оставим после себя? Как нас будут помнить? Потому что будь мы поруганы или почитаемы - нас будут помнить. Николас - лидер. Мужчины преданы ему, они по природе следуют за ним, ты должна это видеть.

Я думаю о Логане, Томми и Джеймсе - о том, как они защищали Николаса. Не только потому, что это была их работа, но и потому, что они этого хотели.

- Когда он станет королем, он сделает жизнь десятков миллионов людей лучше. Он поведет нашу страну в новую эпоху. Он может буквально изменить мир, Оливия. И ты лишила бы его этого– ради чего? Нескольких десятилетий собственного счастья? Да, дитя… по-моему, это делает тебя эгоисткой.

Я стараюсь держать себя в руках, но разочарование заставляет меня запустить руки в волосы. Потому что как, черт возьми, можно с этим поспорить?

- Так вот оно что? - спрашиваю я, раздавленная. - Нет никакого способа... вообще?

Она не сердится, когда говорит это, и не злится. Просто... подводит черту.

- Нет, никакого.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. И тогда я поднимаю голову – сижу лицом к ней, лоб в лоб.

- Тогда, наверное, мне больше нечего сказать. Спасибо, что поговорили со мной.

Я встаю и поворачиваюсь, чтобы уйти, но когда моя рука ложится на дверь, она зовет меня по имени.

- Да? – я разворачиваюсь.

- Я наблюдала за тобой последние месяцы. Видела, как ты относишься к персоналу и людям, к Генри и Николасу. Я видела тебя. - С этого ракурса, при таком освещении, глаза королевы кажутся блестящими. Почти искрящимися. - Я ошиблась в тот день, когда мы встретились, когда сказала, что ты не подойдешь. Если бы все было иначе, ты, моя дорогая, подошла бы... идеально.

Слезы наворачиваются на глаза, а эмоции застревают в горле. Забавно, когда люди скупятся на похвалу, она всегда кажется самой значимой, когда ее произносят.

Я опускаю голову, сгибаю колени и медленно опускаюсь в полном, безупречном реверансе.

Я тренировалась.

И не зависимо от того, кем она является - королевой, матерью, бабушкой - она заслуживает этой чести и уважения.

Когда дверь за мной закрывается, я делаю глубокий вдох. Потому что теперь знаю, что мне делать.