— Долго ты тут? — растеряно спросила я парня.

— Где-то двадцать-тридцать минут, — ответил Артур и сел рядом.

— Почему не сказал ничего? — удивленно спросила я.

— Мне понравилось, как ты увлечено рисовала, и я решил тебя не тревожить, — объяснил мне парень и посмотрел на мой рисунок. — Очень красиво.

— Спасибо, — поблагодарила я, и между нами повисло молчание, которое меня, очень напрягало, но его, видимо, нет.

— Ты будешь не против, если я ещё понаблюдаю за тем, как ты рисуешь? — спросил парень, а я удивилась.

— Давай в следующий раз, а то я замерзла уже, — сказала я, складывая свои вещи.

— Хорошо, — улыбнувшись, ответил Артур и поднялся со скамейки. — Давай, я помогу донести? — спросил он, а я, кивнув, отдала ему скетчбук и пенал.

На пороге школы нас встретил директор, который позвал меня в свой кабинет. Конечно же, я не могла не пойти, хотя мне не очень хотелось туда идти и прерывать беседу с Артуром, но выбора у меня совсем не было. В кабинете меня ждал не только директор, но и его и мой отцы.

— Здравствуйте, — поздоровалась я со всеми и развязала шарф.

— Привет, малышка, — поздоровался папа и обнял меня.

— Мы посовещались и решили, что тебе пора узнать всё, — сказал Деймон.

— Наконец-то, — ответила я и, расстегнув пальто, села на кресло.

— Дочь, я сын ведьмы и вампира, — начал папа, а я, чтобы не сдать директора, не стала говорить, что знаю об этом, — я знаю, что твой друг рассказал тебе легенду о моём рождении, — я кивнула, а папа продолжил. — Бог, когда узнал, что появились вампиры и оборотни, заставил ведьму, проклявшую оборотней, сделать так, чтобы те, кто несёт в себе кровь двух видов, смогли иметь потомство только с теми, кто несёт в себе кровь или таких же видов или является одним из этих видов.

— Я поняла, то есть, волк-человек, только с волком-человеком или с человеком, или с волком, — проще объяснила я, а папа кивнул.

— Но природа удивительна и я влюбился в твою маму, и у нас родилась ты, — сказал папа и, посмотрев в мои глаза, улыбнулся, — единственная отрада моего сердца, — добавил он, и я улыбнулась.

— И из-за сильной любви твоего отца и матери, проклятие ведьмы не сработало и сейчас перед нами оборотень, ведьма, вампир и человек, ещё и потомок самой могущественной ведьмы, — сделал итог Деймон.

— Отец, она бы сама поняла, — зло сказал директор.

— Ты родилась в красную луну, и она забрала твои силы, но в день твоего семнадцатилетия, она вернёт тебе твои силы, увеличив их, — сказал папа, взяв в свои ладони мои.

— Поэтому у меня такой запах? — спросила я.

— Да, — ответил отец, — но это ещё не всё.

— Отступники готовят план, чтобы похитить тебя, — сказал директор, смотря в окно.

— Кто такие отступники? — спросила я, — и зачем я им нужна?

— У короля вампиров есть брат, заточённый в зеркальную тюрьму, — сказал Деймон, — а отступники — вампиры, которых он создал, прислуживающие ему.

— Мне рассказала Аника, что тот хотел убить своего брата и стать новым королём, — сказала я.

— А ты знаешь, что король вампиров твой дедушка? — язвительно спросил Деймон и получил гневный взгляд от папы.

— Сразу видно — дьявол, — усмехнувшись, сказала я, и Деймон одобрительно посмотрел на меня.

— Лер, мы позвали тебя, чтобы ты знала, что тебе грозит большая опасность, — сказал директор, — будь внимательна к тем, кто рядом с тобой. Лучше будь рядом с друзьями, — предупредил директор, а его отец хмыкнул.

— А это нормально, что мне снится чёрный волк с зелёными глазами? — спросила я, а Деймон и папа переглянулись.

— Лера, тебе пора на ужин, — сказал директор, а я непонимающе посмотрела на него, — будет не хорошо, если ты опоздаешь, и твои друзья будут переживать, — объяснил директор.

— Как всегда, — закатив глаза, сказала я и, попрощавшись с папой и Деймоном, вышла из кабинета директора.

Занеся пальто со скетчбуком и пеналом в комнату, я пошла в столовую. Там я рассказала всё друзьям. Конечно же, друзья испугались за меня, но меня удивило, что они сразу же составили график того, кто и когда будет выходить со мной на улицу, чтобы я рисовала. Мне грел душу тот факт, что, не смотря на все проблемы, мои друзья рядом со мной и готовы мне помочь любой ценой. Это было очень приятно и придавало силы и уверенность в себе, ведь с такими друзьями ничего не страшно, а бояться есть чего.

Глава 12

Спустя два месяца, с начала занятий, я, наконец-то, начала понимать, о чём идет речь на уроках французского и даже начала отвечать. Да, мне ещё сложно и я выполняю упрощённые задания, которые мне даёт учитель, но прогресс ощутим, и из-за этого я часто задумываюсь о том, что было бы со мной, если бы я сейчас не училась в школе «Серебряного клыка», а продолжила обучение в своей школе и перешла в одиннадцатый класс. Возможно, я бы до сих пор не знала своего отца или вообще была похищена отступниками, хотя я не очень понимаю, зачем они охотятся на меня с сентября, если до моего семнадцатилетия ещё почти полмесяца, и сил у меня нет.

— После ужина приди в мой кабинет с вещами, чтобы выйти на улицу, — сказал директор, забирая выполненные мной задания, а я просто кивнула, погружённая в свои размышления, и вышла из класса.

— Сегодня со мной ты идёшь? — спросила я, когда вышла из комнаты одетая в пальто и красные шапку и палантин.

— Верно, — ответил Коля, беря мой пенал и скетчбук.

Когда мы пришли в беседку, я долго думала, что нарисовать. Из-за размышлений не было вдохновения, но оно ко мне пришло, когда я посмотрела на задумчиво читающего Колю. Я начала рисовать друга. Коля очень проницательный толи из-за множества книг по психологии, которые он прочитал, толи это его талант с рождения. Он всегда поймёт, если ты что-то скрываешь или обманываешь его. Он просчитывает всё на два-три шага вперёд, что меня очень удивляет. Он всегда на своей волне, но с нами. Всё это я пыталась передать на бумаге. Ещё, не могу этого не заметить, ему очень идут очки. Он их надевает, к моему сожалению, только тогда, когда читает или сидит на уроках.

— Неужели, ты рисуешь меня? — не отрываясь от книги, спросил друг.

— Угадал, — ответила я и улыбнулась.

— Покажешь? — подняв глаза, спросил Коля.

— Как закончу, обязательно покажу, — ответила я и снова принялась рисовать.

Мы так просидели до того, пока не начало темнеть, и пошли в школу, немного замерзнув, хотя, я совсем не ощущала холод, пока рисовала. Придя в комнату, я обнаружила только Анику, а потом вспомнила, что Кира на занятиях игры на виолончели. Из-за того, что сильно замёрзла, я сразу же сняла холодную форму и надела джинсы и футболку.

— Что ты сегодня рисовала? — с интересом спросила Аника.

— Потом покажу, — улыбнувшись, ответила я, завалившись к ней на кровать.

— Чувствую, — зайдя в комнату, сказала Кира, — твоя кузина меня скоро убьёт.

— Что опять случилось? — спросила я и села.

— Эта змея была сегодня на уроке, — переодеваясь, начала Кира, — решила попробовать себя в качестве оперной певицы.

— Но у неё действительно хорошие вокальные данные, — сказала Аника.

— Да, но слушай, — надев джинсы и рубашку, сказала она и села на стул напротив нас, — она спела, ей сделали несколько замечаний, и эта змея сказала, что всё из-за нашей плохой игры.

— Ну а ты что? — сгорая от любопытства, спросила я, зная, что моя подруга просто так это точно не оставила.

— Сказала, что из-за её пения у меня виолончель расстроилась и играть не хотела, — пожав плечами, ответила Кира.

— Ты при всех оскорбила её голос? — удивленно спросила Аника, а Кира довольно кивнула. — Она тебе этого никогда не простит.

— Главное, что я сама себе простила, — ответила девушка, и мы рассмеялись.

— К вам можно? — спросил Петя, войдя в комнату.

— Сначала стучат, потом спрашивают, а потом входят, — заметила я, смотря на парней.

— Мы рушим систему, — сказал Андрей.

— Пошли в столовую, — сказал Петя и потянул нас с Аникой за руки, чтобы мы поднялись.

— Сейчас, обуюсь, — сказала я и обула свои коричневые ботинки.

— А почему ты обуваешь ботинки? — удивилась Кира.

— Директор попросил после ужина прийти в кабинет в верхней одежде, — объяснила я. — А ещё сегодня же полнолуние, хотя, я не знаю, зачем мне уходить, ведь все же уже привыкли ко мне, — сказала я, и мы вышли из комнаты.

— Кто с кем идёт на бал Красной луны? — спросила Аника, когда мы уже сидели за столом.

— Я с тобой, милая, — сказал Андрей, смотря на Анику.

— Я с Самантой, — довольно сказал Петя, а я посмотрела на него, подняв одну бровь.

— Она всё-таки согласилась, — недоверчиво спросила я, а парень кивнул.

— Я с Яном, — улыбаясь, ответила Кира.

— Я так и знала, что у вас что-то намечается, — сказала Аника, улыбаясь. — Коля, ты с кем? — спросила она Колю, а тот потупил взгляд.

— Я пойду с Любой, — сказал друг, а я с удивлением посмотрела на друзей.

— А я одна, — сказала я, подперев голову рукой.

— Лера, — сказал кто-то позади меня, а когда я обернулась, то увидела Артура, — ты не хотела бы пойти со мной на бал? — мы с удивление переглянулись с друзьями, и я снова посмотрела на парня.

— Можно, — ответила я и улыбнулась.

— Отлично, — обрадовавшись, сказал парень и ушёл к своему столу.

— Вот бы все мои проблемы так решались, — вздохнув, сказала я, а друзья рассмеялись.

После ужина я в комнате взяла пальто, шапку и палантин и пошла к директору, гадая, зачем мы пойдём на улицу. В голове было множество идей, но одна была глупее другой, что в принципе меня не удивляло. Когда я зашла в кабинет, то удивилась ещё больше. Директор был в кроссовках, серых спортивных штанах, серой толстовке, чёрной куртке и синей шапке, хотя он даже в город с нами ездил в брюках и рубашке.

— Значит, всё-таки на улицу идем, — себе под нос сказала я и надела пальто.

— Не замерзнешь? — спросил директор, когда я надела шапку.

— Намана, — ответила я и, завернув шею и лицо в палантин, показала класс.

Директор улыбнулся и повел меня на улицу. «И зачем в такую темень и холод идти на улицу? Там же совсем не месяц май», — рассуждала я, идя за директором. Выйдя за ворота школы, мы подошли к машине чёрного цвета, и директор открыл её.