Когда до полуночи оставалось пять минут, директора школы Света и Тьмы пригласили всех выйти во двор школы, чтобы увидеть, как краснеет луна. Я в толпе не нашла Артура, поэтому пошла вместе с Аникой и Андреем, а на улице к нам присоединились Коля с Любой, Кира с Яном, Петя, потому что Саманта не захотела быть с нами, и директор. В ровно полночь луна начала краснеть и когда стала совсем красной, я ощутила прилив силы, и её было так много, что у меня потемнело в глазах, и я чуть не упала, благо, меня подхватили Петя и Коля.

— Как ты? — обеспокоено спросил меня директор.

— Такое чувство, что я пробежала марафон без подготовки, — сказала я, придя в себя.

Всё тело ныло, и мне было тяжело стоять, но я смогла улыбнуться друзьям. Неожиданно Андрей и Петя вручили мне коробку с бантом. Я удивленно посмотрела на них и на друзей, которые встали рядом с ними.

— С Днем рождения! — крикнули хором друзья, что многие, кто стоял рядом обернулись.

— Как вы умудрились спрятать такую большую коробку? — удивленно спросила я.

— Спасибо Анике и её юбке, — сказал Петя.

— Вы не против, если я открою в школе? — спросила я, тряся коробку.

— Не против, — сказал Кира, и обняла меня.

— А что там? — сгорая от любопытства, спросила я.

— Набор для… — начал Андрей и получил подзатыльник от Пети.

— Рисования? — спросила я.

— Да, — ответил Коля.

— Спасибо вам большое друзья, — сказала я и расставила руки для объятий.

Первый меня обнял Петя, потом Аника и Кира обняли нас, а затем и Коля с Андреем.

— Вы не против, если и я поздравлю? — спросил директор.

— Конечно, — сказал Коля, и друзья отстранились от меня.

— С Днем рождения, — сказал директор и протянул мне маленькую коробочку. — Открой сейчас, пожалуйста.

Я открыла коробочку, в которой находилась маленькая подвеска в форме кружочка с чёрным камнем, на тонкой цепочке.

— Спасибо, — сказала я, взяв в руки цепочку.

— Это белое золото и чёрный бриллиант, — рассказал мне директор. — Хочешь, надену? — спросил он, а я кивнула и встала к нему спиной.

— Спасибо, — повернувшись лицом, сказала я, когда директор застегнул цепочку.

Пока меня поздравляли, многие зашли уже в школу, и мы отправились туда, где бал подходил к концу. Собравшись, мы пошли к автобусам, и только там я встретила Артура.

— Что за коробка? — просил он, когда мы заходили в автобус.

— Наш подарок, на её день рождения, — сказал Петя, который шел передо мной.

— С Днем рождения, — смутившись, поздравил меня Артур.

— Спасибо, — поблагодарила я, улыбнувшись. К ни го ед. нет

Когда мы проехали полпути до школы, автобус резко остановился, и когда я перевела своё внимание с окна на салон автобуса, то увидела, что все спали. Я вышла в проход и посмотрела на водителе, который был в противогазе.

— Что происходит? — спросила я, и у меня резко потемнело в глазах, и закружилась голова.

Последнее, что я запомнила — как я падаю и полная темнота.

Когда я очнулась, я уже сидела в кресле. Голова болела так, будто меня по ней ударили, но потом я вспомнила, что произошло в автобусе, и поняла, почему она так болит. Я осмотрелась и увидела, что нахожусь в какой-то большой комнате с большими окнами, лунный свет из которых освещал её. Неожиданно резко зажегся свет из люстры, и в комнату зашли три человека. Двое катили что-то высокое и накрытое тканью, а третий подошёл ко мне. Он был высокий, бледный и худой, с почти чёрными глазами и чёрным волосом.

— Добро пожаловать в дом короля Луонола, — сказал мужчина, а я поняла, что меня похитили отступники, а под этой тканью находится зеркало матери Луонола и Леона.

— Не с добром пожаловала, — сказала я и мило улыбнулась.

— Маврикий, ты совсем не научил дочь манерам, — сказал незнакомец, смотря не за спину.

Обернувшись, я увидела своего отца, который подходил к нам. Я не верила своим глазам и до последнего надеялась, что это галлюцинация после удара, но нет. И я сразу поняла, к чему были слова Деймона и Рудольфа, неуверенность в том, знают ли отступники мою внешность, почему его не было в тот день, когда нас собрали в кабинете директора, и почему он не спас меня от яда вампиров.

— Ты же знаешь, я не воспитывал её, — сказал папа и посмотрел на меня. — Привет, красавица, — сказал он мне и протянул руки для объятий. — С Днем рождения, дочка.

— Что тут происходит? — спросила я папу, игнорируя его жест.

— Нам пришлось тебя украсть, милая, потому что твой сторожевой пёс Рудольф и его папаша не позволили бы мне тебя забрать. Они даже не позволяли мне приходить в школу, — сказал папа и присел передо мной на корточки. — Ты здесь, чтобы помочь освободить из тюрьмы своего дедушку, — сказал он, и двое стянули ткань с большого зеркала, которое уже поставили на пол.

— Не поняла, — сказала я и посмотрела на зеркало.

— Легенда на самом деле лжёт, — начал папа и встал, — ведьму изнасиловал старший сын очень знатной семьи, когда та пришла к младшему сыну, которого очень сильно любила, — сказал папа и посмотрел в зеркало, — из-за этого она и прокляла всю семью вместе со мной — своим сыном.

— И как давно ты отступник? — спросила я.

— Семнадцать лет, — сказал папа и посмотрел на меня. — Отец связался со мной с помощью сна и рассказал всё.

— То есть, твой отец не забрал тебя после твоего рождения и смерти твоей мамы, но связался с тобой после того, как у тебя в Красную луну родилась дочь, имеющая кровь одной из сильнейших ведьм? — усмехнувшись, спросила я.

— Что ты хочешь этим сказать? — не понял папа.

— А почему ты тогда меня оставил? — вопросом на вопрос ответила я. — Разве не логичнее было воспитывать меня так, чтобы я сама захотела спасти своего деда? — иронично выделила я последнее слово.

— Я хотел, но твои бабушка и дедушка были против, да и Деймон мне не позволил, — сказал папа.

— А как же они позволили тебе вернуться в мою жизнь сейчас? — удивилась я.

— Я их убедил, что оставил отступников и планы освободить своего отца, — сказал мне папа, а я усмехнулась, — но они поняли всё, когда я не захотел жертвовать своей жизнью, ради твоей жизни.

— Ты в курсе, что предал меня? — спросила я и облокотилась на спинку кресла, — Ты поступил со мной так же, как твой отец поступил с тобой.

И это было действительно так. Мой папа просто хочет воспользоваться мной, как это делает его отец. Хотя, какой он мне папа? Это просто мужчина, благодаря которому я появилась на свет, и который просто играл роль моего отца. Да, мне обидно и больно, но я не могу сейчас позволить этим чувствам завладеть мной, потому что я не могу дать позволить Луонолу выбраться из тюрьмы.

Глава 19

Почему-то, сидя в плену отступников, я не чувствую страха, ужаса или чего-то подобного. Я спокойна. Возможно, это всё из-за того, что я столько много об этом думала, что сейчас для меня это нормально, даже ожидаемо. Хотя, очень странно, что я считаю нормальным моё похищение и предательство отца.

— Прочти это заклинание и протяни свою руку в зеркало, — сказал незнакомец и протянул мне листок.

— А ты кто? — спросила я, посмотрев на него. — И почему я должна слушать твои приказы?

— Меня зовут Феликс, и я командую отступниками, пока ты не освободишь короля, — сказал незнакомец. — А слушаться ты меня должна по той причине, что ты находишься у нас в плену.

— А разве ты и мне не должен прислуживать, ведь я, как ни как, внучка твоего господина, — спросила я с наигранным удивлением. — Да и то, что я у вас в плену, роли не играет, ведь вам не выгодно меня убивать.

— Да кем ты себя возомнила? — крикнул Феликс и замахнулся, но его остановил мой отец.

— Не смей, — строго сказал отец, — иначе она точно ничего не сделает, — шёпотом добавил он, но я услышала.

— Я что так, что так ничего делать не буду, — сказала я. — Это же преступление — содействовать преступнику в побеге.

— Не преступнику, а королю, — прошипел Феликс.

— По-моему, человек, который покушался на жизнь другого человека, а тем более совершил массовое убийство — является преступником, — сказала я и усмехнулась, — но никак не монархом.

— Не выводи меня из себя, — выделив каждое слово, сказал Феликс и схватил меня за плечо.

— А то что? — смотря ему в глаза, спросила я. Я знала, что играю с огнём, но освобождать Луонола и быть причиной войны, я не хочу.

— А то меня даже твой отец не остановит, — сказал он и поднял меня с кресла. — Бери и читай, — приказал он и всунул мне в ладонь листок. Феликс подвел меня в зеркалу и отошел. Я развернула листок, но ничего не поняла: там было что-то написано, но я даже букв таких нигде не встречала. Я вытянула руку, ладонь которой была в двадцати сантиметрах от поверхности зеркала.

— Абра-кадабра швабра, — сказала я с такой интонацией, будто действительно читаю мощное заклинание.

— Ах ты… — подлитая ко мне начал Феликс, но его прервала громко открывающаяся дверь.

— Ну вот, на самом интересном, — сказала я и посмотрела на вошедших директора, Деймона и какого-то мужчину возраста Деймона с пшеничным цветом волос, как у моего отца и карими глазами, видимо, короля вампиров. — Я вызывала швабру, но вы на много лучше. А больше людей не было?

— Как ты тут? — спросил директор, идя ко мне, но путь ему перегородил Феликс.

— Общалась с этими уродами, пока вы переодеваться ходили, — сказала я, выглядывая из-за спины Феликса.

— Твоя армия очень слаба, брат, — сказал король вампиров, а я удивленно на него посмотрела.

— Никогда не сомневайся во мне, — сказало, в прямом смысле слова, зеркало, а я от неожиданности даже подпрыгнула и повернулась к нему.

— В книге этого написано не было, — сказала я, показывая пальцем на зеркало, — хотя и то, что отец моего отца маньяк-убийца-брат короля вампиров тоже история умолчала.

— Как же много ты болтаешь, — взвыл Феликс.

— А ты мне рот не затыкай, — возмутилась я, — сам похитил, теперь не жалуйся.

Неожиданно в комнату вошло ещё человек тридцать и окружило моих спасителей. Вот что имело ввиду зеркало, но видимо, Луонол. Я хотела побежать к своим, но меня снова схватил Феликс. Я пыталась вырваться, но всё было тщетно.