Олег снова раскрутил барабан, вытащил шарик. Помолчал, обводя взглядом всех девятерых. Массовка замерла, приготовившись свистеть и аплодировать.

- Номер четыре. Денис Райчев.

Мачо!

Твою мать…

Наши взгляды схлестнулись, и…

Нет, это не было ненавистью с первого взгляда, потому что и взгляд был не первым, и чувство не совсем ненавистью. Вражда. Соперничество. Так вернее.

Когда мы сидели в конференц-зале, Яна смотрела на всех парней. Как будто выбирала. Но только мы вдвоем отреагировали на это так, что ее глаза жадно загорелись. В ее отборе мы с ним вышли в финал. И теперь вопрос стоял вполне определенно: кто из нас будет третьим лишним на самом деле, а не в игре.

Точнее, не только в игре. С кем она останется на шоу, тот ее и получит потом. Я в этом не сомневался.

Когда нас инструктировали по ходу съемок, в частности, говорилось и о том, что мы должны почаще поворачиваться к камере. Чтобы зрители видели наши лица. И о том, что мы ни в коем случае нельзя демонстрировать свое предпочтение одному из участников. Ясень пень, интрига должна держаться все три дня. Чтобы за каждого кандидата на вылет проголосовала примерно половина зрителей. Есть разница – дать код со скидкой на следующие три дня пятидесяти или девяноста процентам от всех, нажавших кнопку.

И вот сейчас я очень жалел о том, что Яна спускается по лестнице спиной к камере и зрители не видят выражение ее лица. Потому что ее эмоции были абсолютно ненаигранными. И очень прозрачными.

Удивление. И растерянность.

Она надеялась, что окажется в тройке с кем-то из нас. И ее надежда оправдалась. Бери – он твой. Хотя если бы третьей оказалась девушка, все могло осложниться. Но пришел парень. Как там называется трудный выбор из двух равных, взаимоисключающих возможностей? Дилемма, кажется.

Ну что ж, выбирай. Кого ты любишь больше, деточка, папу или маму?

Только вряд ли мы с ним будем сидеть на попе ровно и ждать ее решения. Нет, не мордобой, конечно, но… На войне все средства хороши. Особенно когда исход не очевиден.

По правде, я никогда еще не оказывался в такой ситуации. Если только в шестом классе, тогда девочка, которая мне нравилась, была влюблена в восьмиклассника. Да нет, это было совсем другое. Конечно, в мыслях мне хотелось, чтобы его переехал камаз, но в реальности восьмиклассник о моем существовании, скорее всего, и не подозревал. Да и девочка о моих чувствах ничего не знала, так что вопрос выбора даже близко не стоял.

- Привет, - неуверенно сказала Яна. – Значит, вот как… все вышло…

Мы с ним снова посмотрели друг на друга. Молча. Потом все-таки поздоровались, достаточно сухо.

Один из нас получил фору – вчерашний вечер и сегодняшнее утро. Но это преимущество не было бесспорным. Слишком мало времени для знакомства, для того чтобы как следует нащупать слабые места, на которые можно давить. Главное начиналось именно сейчас, когда мы оказались лицом к лицу. Все трое.

По регламенту первый день мы должны были провести в доме, никуда не выходя. Желательно все время вместе, не расползаясь по своим комнатам. Тесно общаясь. А что нам еще оставалось делать, если в доме не оказалось ни телевизора, ни интернета, ни книг. Ничто не должно было отвлекать нас друг от друга. Впрочем, имелся музыкальный центр с радиоприемником. Ну а как же – музыка для фона. И еще один пункт инструкции: нельзя включать ее слишком громко, чтобы заглушала разговоры. Видеть и слышать нас зрители должны были отчетливо.

Что мы в итоге и сделали. Нашли какое-то музыкальное FM, уселись в гостиной и начали знакомиться. С каждым словом, с каждым жестом и взглядом напряжение между нами возрастало. И я подумал, что удерживаться в рамках дипломатического протокола нам будет очень сложно.

А может, и не стоит – удерживаться?..